— Так, а что у нас в меню? — поинтересовалась Тони.

— Холодный ростбиф, салат капрезе и сэндвичи с крабом, — ответил я.

— О! Хочу с крабом! И салата тоже!

Некоторое время рты у нас были заняты. Я, честно говоря, опасался, что, перекусив, Тони вернется к расспросам о моих родителях. Но ее интересовало другое.

— Расскажите о своей жене, Рэй, — сказала она, промокнув губы салфеткой. — Надеюсь, это не причинит вам боли. Если не хотите об этом говорить…

— Нет-нет! — Я допил вино и воткнул ножку бокала в песок. — Все в порядке! Просто думаю, с чего начать.

Я испытал облегчение — мы удалялись от опасных рифов и направлялись в спокойные воды. Хотя можно ли было считать эти воды спокойными? Еще недавно я с большей охотой говорил бы о маме, чем о Клэр. Но теперь все переменилось. Я прикрыл глаза и представил бывшую жену.

По субботам я обычно просыпался поздно: в одиннадцать — половине двенадцатого. В это время Клэр отправлялась на урок по танго. Она наклонялась и нежно целовала меня:

— Я пошла, Рэй.

Я не хотел отпускать ее, тянул к себе, но она упиралась рукой мне в грудь:

— Не соблазняй меня, Рэй! Мне надо идти, можешь сделать себе на завтрак яичницу.

Я пытался ухватить Клэр за руку или ущипнуть за попу, но она ловко уворачивалась и уходила, оставляя меня в обществе нашего кота Стенфорда.

Я открыл глаза. Тони повернулась на бок и лежала теперь, подперев голову рукой и с интересом разглядывая меня.

— Как вы с ней познакомились?

— Она танцевала танго, — ответил я, все еще находясь во власти воспоминаний.

— О! Как романтично! Значит, вы познакомились на танцах?

— Нет, с Клэр мы познакомились на рождественской вечеринке, устроенной моим бывшим коллегой по издательству Дэниэлом Берроузом.

На самом деле мы с этим Берроузом были едва знакомы, и почему он вообще меня пригласил, я не знаю. Сначала я не хотел никуда идти, но потом подумал, что очередной вечер у телевизора или одинокий поход в кино ничем не лучше. Короче, я отправился в гости. Это была обычная рождественская вечеринка — шумная и бестолковая. В небольшую квартиру набилась туча народу. Никто никого не знал. Я налил себе пива и стал искать место, куда можно было приткнуться. Гремела музыка. Под ногами хрустели рассыпанные кем-то чипсы. В гостиной на большом угловом диване развалился рыжеволосый толстяк. Он что-то втирал пухлой крашеной блондинке, сидевшей справа от него. А слева потягивала винцо из пластикового стаканчика миловидная брюнетка с пирсингом в носу. Я еще тогда подумал, что на месте толстяка посмотрел бы налево. Впрочем, о вкусах не спорят. Короче, я ввинтился на диван между этим парнем и брюнеткой, слегка толкнув девушку под локоть так, что немного вина из стакана пролилось ей на джинсы.

— Извините меня, ради бога! — пробормотал я.

— Ничего страшного, вино белое, — ответила девушка и поскребла ногтем пятно на брюках. — Кстати, я Клэр.

— А я Рэй.

И дальше все пошло по нарастающей. Через десять минут Клэр уже так громко хохотала над моими рассказами об опечатках, которые иногда попадаются в книгах, что сосед-толстяк стал недовольно коситься на меня — он явно не имел такого успеха у своей блондинки. Потом мы с Клэр отправились на кухню, чтобы налить себе еще. Потом толкались среди гостей и даже пытались танцевать, что было решительно невозможно в предлагаемых обстоятельствах. Я как бы невзначай касался Клэр — то обнимал за талию, то клал руку на бедро. Она не выказывала никакого недовольства, а когда в узком коридоре толпа прижала нас друг к другу, не спешила отлепиться от меня.

Поздним вечером мы вывалились наконец на улицу. Дул ветер, шел мокрый снег. Метрах в десяти от нас на краю тротуара стояла та самая блондинка с дивана. Она зябко куталась в короткую серую шубку, курила и, видимо, ждала такси. Толстяка рядом с ней не было. Когда мы с Клэр проходили мимо, блондинка посмотрела на меня с некоторым сожалением. Интересно, как сложилась бы моя судьба, если бы в тот вечер я ушел с ней? Кстати, Дэниэла Берроуза я больше никогда не видел. И если бы у нас с Клэр все получилось, я бы вполне мог бы считать его этаким гонцом судьбы. Впрочем, и так мог считать.

— Какое прекрасное воспоминание! — сказала Тони, мечтательно глядя на море. — Я прямо вижу эту картину: вы с Клэр на заснеженной нью-йоркской улице. Начало романа — удивительный момент, когда еще все возможно! А что было дальше?

— Что было? Мы стали встречаться. Пирсинг у нее был не только в носу, но и в других местах. У нас был хороший секс. В начале две тысячи шестнадцатого года мы поженились.

— А чем занималась ваша жена?

— Род ее занятий трудно описать одним словом. Какой-то постоянной работы у Клэр не было. Она сотрудничала с некоммерческими организациями либерального толка, боровшимися то против женского обрезания в Африке, то против попыток отменить позитивные действия в американских университетах. Какова была роль Клэр во всех этих кампаниях? Не знаю. — Я пожал плечами. — Она называла себя то супервайзером, то координатором. Что это означало на самом деле, я объяснить не могу. Меня вся эта чепуха не очень интересовала. Впрочем, ее, кажется, тоже. Настоящим ее увлечением было танго!

— А вы не танцуете, Рэй?

— Нет, к сожалению. Или к счастью. Мне медведь наступил на ухо, на ноги и на все остальные части тела.

— И, познакомившись с танго-девушкой, вы даже не пытались научиться?

— Пытался. Попробовал пару раз, но это было ужасно.

Клэр отлично танцевала. Я же не мог сделать и двух шагов, не отдавив ноги партнерше. Клэр было просто неинтересно танцевать со мной! В начале нашего знакомства она попробовала было встать со мной в пару, но ее энтузиазм быстро угас. И мы вернулись в постель, где у меня, как она считала, получалось лучше.

— Неужели вы не ревновали?

— К кому?

— Ну, к мужчинам, с которыми ваша жена танцевала. Ведь танго — это… — Тони закатила глаза. — Это страсть! Наверное, нельзя танцевать танго, совсем ничего не испытывая к своему партнеру.

Это были те самые вопросы, которые я задавал себе когда-то. Мысль о том, что моя жена два раза в неделю переживала на танцполе что-то вроде любовной истории с другим мужчиной, мне не нравилась. К тому времени я узнал, что до меня у Клэр были любовники из числа партнеров по танцам. Когда