— Ты не веришь, что существует этот таинственный вор? — спросила Катерина. Их лица были так близко друг к другу, что она ощутила на щеке его дыхание.

— Нет, разумеется, — фыркнул Дерешев. — Мимо нас точно никто не пройдёт, так что извне никакой вор не смог бы проникать в замок раз за разом. Значит, это может быть только кто-то из своих. Но, Катя, кто в своём уме будет воровать гречку после вашей годичной диеты? Вы же на неё смотрите исключительно с отвращением. Если только у кого-то выработалась странная зависимость. Ты экономка и должна знать всех слуг. Как по-твоему, в замке есть зависимый от гречки маньяк?

В ответ Катерина только тихонько рассмеялась. Их взгляды встретились, и смех резко оборвался. Олег развернулся и отвёл прядь с её лица, а потом запустил руку в волосы и наклонил голову.

— Ты же прекрасно понимаешь, чем эта нелепая засада в любом случае закончилась бы, — прошептал он, касаясь губами её губ. — Катя, если ты не хочешь…

Она снова не ответила, а подалась вперёд, закрыв глаза. Их губы соприкоснулись, и тут чуткий слух оборотня уловил какой-то шорох. Дерешев велел себе не отвлекаться, потому что подобного шанса может больше не представиться, но тут шорох повторился, и он нехотя отстранился. Катерина смотрела на него затуманенным взглядом, не понимая, почему он остановился на таком моменте.

— Тсс, — Олег прижал палец к её губам и, неслышно развернувшись, выглянул из-за мешка. Возле дальней стены явно кто-то копошился. Кто-то маленький и юркий. — Ты же говорила, что здесь нет мышей, — прошептал он, озадаченно глядя на мелькнувшую тень. Втянув носом воздух, Дерешев нахмурился ещё сильнее, потому что мышами здесь не пахло.

Легко поднявшись, он переместился так, чтобы можно было молниеносным броском поймать вора, и уже протянул руку, но тут дверь с грохотом распахнулась:

— Мяу-у-у, — на склад ворвался Савелий с торжествующим мявком. Копошение у стены резко прекратилось, и тень исчезла.

Тогда Олег, уже не скрываясь, встал и с досадой произнёс:

— Да, Хранитель, засады — это точно не твоё. Мало того, что вы мне помешали, так ты ещё и вора умудрился спугнуть, — он покачал головой, и протянул руку Катерине, помогая ей вылезти из их закутка.

Сидеть здесь больше не было смысла, и он лихорадочно соображал, как бы половчее пригласить её ещё и завтра посидеть в засаде. Может быть, у вора проснётся совесть, и он больше не отвлечёт его от действительно важного дела?

Савелий же сел на задницу, почесал за ухом лапой, посмотрел на Дерешева, потом на Катерину, и вышел из склада, высоко задрав хвост. О чём он думал в этот момент осталось неизвестно, всё-таки полнолуние уже прошло, а Андрея поблизости не было, чтобы кот мог высказать кому-то свои претензии.

Глава 8

Князь Мишин оценивающе разглядывал меня. Первозванцев же сделал шаг назад, словно пытаясь дистанцироваться от происходящего. При этом он смотрел на меня, и в его глазах можно было прочитать предупреждение, словно Данила Петрович говорил: «Осторожней, Андрей, не нарывайся слишком сильно. Этот тип вполне может испортить тебе жизнь».

— Почему вы всё-таки решили, что эти убийства — не дело рук озёрной нежити? — медленно спросил советник. — «Сказать» они могут всё что угодно, на самом деле.

— У водяного не было причин лгать, — ответил я спокойно. — В этот момент они меня и двух моих помощников утопить хотели, и совершенно не скрывали своих намерений. Но вы правы, я не идиот, во всяком случае, не настолько, как вы думаете, и не верю уже давно на слово никому. И это к людям относится в первую очередь.

— Тогда что вас убедило? — Мишин продолжал сверлить меня начальственным взглядом. Такие вот взгляды стали для меня не последним поводом уйти со службы в частный сыск.

— Я всё очень подробно изложил в своём отчёте, что конкретно вам не понятно? — ответил я довольно сухо.

— А вы разве не можете кратенько пояснить? — он усмехнулся, а я с трудом сдержался, чтобы не нахамить.

— Трупы все были найдены и даже не частично обглоданные — это был основной критерий. Нежить добычу на тропинках не оставляет. Собственно, когда я шёл к озеру, то уже знал, что нежить, скорее всего, здесь ни при чём, мне просто нужно было подтверждение. Опять же странные посмертные отметины… Или у нас появился новый вид нечисти или нежити, убивающий просто ради любви к искусству, или же нам всё-таки нужно признать: такое удобное и универсальное объяснение, как нападение нежити, в данном случае не подходит, — пока я говорил, Мишин продолжал весьма пакостно улыбаться.

— Это все ваши доводы? — наконец произнёс он, когда я закончил.

— Ну почему же: однотипность жертв — они все молодые мужчины, довольно высокие и не лишённые привлекательности, однотипность методов убийства и посмертных ранений, практически идентичные места, в которых находили трупы… Что ещё вам нужно, чтобы признать — здесь мог действовать серийный убийца. Это ведь основы криминалистики, так сказать, — медленно проговорил я и тоже усмехнулся.

— Вы намекаете на мою возможную некомпетентность? — Мишин перестал ухмыляться, и его глаза блеснули.

— Нет, — я покачал головой. — Это вы пытаетесь обвинить меня в некомпетентности. При этом даже не наедине, а на балу, где наш разговор могут услышать сотни людей. Чего вы добиваетесь, ваша светлость? Мешать я вам не буду, у меня всего лишь второй ранг, и данное дело находится вне моей компетенции…

— Андрей, — князь Первозванцев нахмурился и сделал шаг ко мне, но Мишин поднял руку, останавливая его.

— Я так понимаю, вы заранее дистанцируетесь от этого дела, — произнёс он, снова ухмыльнувшись.

— Мне в нём всё равно можно только в роли подтанцовки у детектива первого ранга выступать, так что да, я, пожалуй, заранее откажусь в нём участвовать, — ответил я спокойно.

— Андрей Михайлович, я изучил все материалы, и вы неправы, у меня нет повода сомневаться в вашей компетентности. Вот только последней жертве следы когтей были нанесены при жизни, а это немного выбивается из привычной схемы, не так ли? Видите, я тоже изучал криминалистику, — он улыбнулся. — Если у меня возникнут к