в любой войне не бедствие, а очередную ступень на пути к собственному возвышению. И пока остальные миры готовились защищать свои земли, здесь уже начинали готовиться к охоте. Ведь для многих обитателей этой мрачной реальности предстоящий турнир был не просто состязанием, а возможностью добыть новые техники, новых пленников и новую силу, которую они считали законной наградой победителя.

…………

Даже на территории бесчисленных Тёмных миров существовали места, названия которых предпочитали произносить как можно тише. Не из уважения. Из осторожности. Потому что считалось: если слишком часто произносить имя подобного места, оно однажды ответит. И тогда уже не ты будешь искать путь к нему. Оно само найдёт путь к тебе. Среди таких мест особенно выделялась древняя академия, чьи стены пережили тысячи лет непрерывных войн. Она не скрывалась. Не пряталась за иллюзиями. Не нуждалась в защите соседних государств. Сама мысль о нападении на неё казалась большинству разумных самоубийством. Ведь сама Академия давно превратилась не просто в место обучения, а в огромный живой организм, напитанный неисчислимыми слоями тёмной энергии. Она возвышалась посреди гигантской горной впадины. Но назвать окружающие вершины горами было бы слишком мягко. Это были исполинские чёрные утёсы, напоминавшие застывшие клыки древнего чудовища. Они поднимались на многие тысячи метров вверх, полностью перекрывая солнечный свет.

Даже в полдень над Академией царили густые сумерки. Лишь редкие багровые отблески пробивались сквозь разломы тяжёлых облаков. Издалека казалось, будто сама земля раскрыла пасть, внутри которой и вырос этот чудовищный город. Воздух здесь невозможно было назвать свежим. Каждый вдох приносил ощущение тяжести. Тёмная энергия настолько глубоко пропитала всё вокруг, что даже ветер приобрёл странный запах. Железо. Пепел. Сырая земля. И едва уловимый сладковатый аромат, который невозможно было спутать ни с чем. Запах крови. Очень старой крови. Казалось, будто сами камни веками впитывали её, а теперь медленно возвращали обратно окружающему миру.

По отвесным скалам непрерывно стекали тонкие тёмные ручьи. Издали они выглядели как вода. Но при ближайшем рассмотрении становилось ясно, что жидкость слишком густая. Слишком вязкая. Она медленно ползла по камню, оставляя после себя чёрные кристаллические наросты. Эти наросты потом собирали алхимики Академии. Для большинства лекарств они являлись сильнейшим ядом. Для демонических эликсиров — ценнейшим ингредиентом. Деревьев вокруг почти не было. Лишь отдельные исполинские стволы без единого листа. Их ветви напоминали длинные костлявые пальцы. Иногда ветер заставлял их медленно двигаться. И тогда казалось, будто весь окружающий лес пытается дотянуться до случайного путника. На этих деревьях никогда не росли плоды. Зато кое-где висели странные коконы, внутри которых можно было различить слабое движение. Никто из новичков не решался спрашивать, что находится внутри. Старшие ученики лишь усмехались.

— Не беспокойтесь. Когда придёт время… Узнаете сами.

Даже птиц здесь почти не существовало. Небо принадлежало другим существам. Огромным. Перепончатокрылым. Иногда они медленно кружили между вершинами. Их силуэты почти невозможно было различить среди облаков. Лишь время от времени сверху доносился протяжный крик, больше напоминавший плач тысяч людей одновременно. После такого крика внизу надолго воцарялась тишина. Даже местные звери предпочитали не двигаться. Сама Академия была выстроена из абсолютно чёрного камня. Настолько тёмного, что он словно поглощал падающий на него свет. Высокие стены не украшали ни фрески, ни резьба. Только многочисленные следы древних ударов. Глубокие борозды. Трещины. Оплавленные участки. Каждая отметина рассказывала о какой-то войне. О каком-то штурме. О каком-то мастере, который однажды решил бросить вызов этому месту. Судя по тому, что стены всё ещё стояли... Никто из них так и не добился успеха.

Главные ворота были настолько огромными, что через них свободно мог пройти целый отряд исполинских духовных зверей. Их створки покрывали тысячи древних символов. Не защитных. Не благословляющих. А запрещающих. Каждый иероглиф удерживал внутри ворот бесчисленные остатки чужих душ. Иногда ночью казалось, будто эти знаки начинают медленно шевелиться. А из глубины ворот доносится едва различимый шёпот. Внутренний двор выглядел неожиданно просторным. Но первое впечатление быстро исчезало. Вместо садов здесь располагались тренировочные площадки, покрытые трещинами и засохшими тёмными пятнами. Между ними возвышались массивные каменные столбы, испещрённые древними печатями. К некоторым были прикованы ржавые цепи. Кое-где на них ещё оставались следы когтей. Или человеческих пальцев. Повсюду находились массивные каменные платформы. Новичок мог принять их за алтари. Опытный культиватор сразу понял бы их настоящее предназначение. Ведь это были типичные жертвенники. И в этом месте их было очень много. Настолько много, что вскоре глаз переставал обращать на них внимание. Для местных жителей они стали такой же привычной частью архитектуры, как лестницы или мосты. Иногда на одном из таких камней можно было увидеть свежие следы ритуала. Потемневшие руны… Остатки благовоний… Или тяжёлые железные кольца, предназначенные для фиксации жертвы… Никто не спешил убирать подобные следы. Наоборот. Они служили напоминанием каждому ученику о цене ошибок.

Учебные корпуса мало напоминали привычные павильоны. Это были тяжёлые крепости с узкими окнами-бойницами. Коридоры освещались не фонарями, а зелёными и фиолетовыми духовными огнями, заключёнными в кованые клетки. Их свет не разгонял тьму. Он лишь делал её ещё глубже. Даже общежития учеников больше походили на казематы. Массивные двери… Толстые стены… Небольшие комнаты. Без роскоши. Без украшений. Лишь место для медитации… Оружейная стойка… И несколько запирающихся ниш для личных вещей… Каждый попавший в это место вскоре сам прекрасно понимал, почему двери здесь делали такими тяжёлыми. Не чтобы защитить тех, кто внутри. А чтобы дать хозяину комнаты хотя бы несколько лишних секунд, если ночью кто-то решит войти без приглашения.

Однако самой страшной частью Академии были вовсе не здания. А её ученики. Они почти никогда не разговаривали громко. Не смеялись. Не спорили. Каждый взгляд казался холодным расчётом. Каждый поклон мог скрывать будущий удар. Здесь никто не спешил заводить друзей. Потому что прекрасно понимал, что самый опасный враг зачастую появляется именно тогда, когда начинает называть тебя братом.

Молодые культиваторы спокойно проходили мимо жертвенников, словно не замечая их. Никто не отворачивался. Никто не испытывал ужаса. Слишком многие сами хотя бы раз принимали участие в подобных ритуалах. Для кого-то это было обязательной частью обучения. Для других — способом заслужить благосклонность наставника. Для третьих — единственным шансом получить редкие ресурсы.

Новый ученик, едва переступив порог Академии, не получал никаких обещаний безопасности. Наоборот. В первый же день ему объясняли простую истину. Если наставник сочтёт твою кровь подходящим компонентом для ритуала... Ты просто обязан считать подобную смерть честью. Если старший ученик вызовет тебя на смертельный поединок... Ты не имеешь права