Дворец стоял на скале — высоченной, чёрной, сколотой временем и ветрами. Внизу клубился туман, и только где-то далеко виднелась зелёная полоса леса. Небо было пепельно-серым, с низкими облаками, и в их просветах мелькали тени — огромные, крылатые.

Драконы.

Алиса отшатнулась от окна.

— Мне нужно уйти, — прошептала она. — Прямо сейчас.

Она начала лихорадочно оглядываться. Где выход? Она помнила, что утром вбежала сюда из коридора, того самого, где её встретил Вельзор. Если она выйдет в ту же дверь, её увидят. Но есть ли другой путь?

— Госпожа, — испуганно сказала служанка. — Вам нельзя покидать покои. Его светлость приказал…

— Его светлость не имеет права запирать меня, как преступницу! — Алиса сама удивилась своей злости. В голосе зазвенели металлические нотки, и служанка отшатнулась.

Но в этот момент Алиса поняла одну вещь: она не знает дворца. Не знает, где лестницы, где стража, где выход. Она проиграет, если побежит вслепую.

Нужен план.

Она села на край кровати и закрыла глаза. Вспомнила свою прошлую жизнь. Кофейня. Кризисные ситуации. Сотрудники, которые впадали в панику. Она всегда умела находить выход, когда казалось, что его нет.

«Во-первых, — сказала она себе, — нужно не паниковать. Во-вторых, нужно изучить местность. В-третьих, нужно дождаться удобного момента».

Она посмотрела на платье.

— Помоги мне одеться, — сказала она служанке. — Я не пойду гулять. Но я хочу выглядеть прилично.

Служанка облегчённо вздохнула и принялась помогать.

Одевание заняло почти час. Корсет затягивали так туго, что Алиса едва дышала, но когда она увидела себя в зеркале, ахнула. Зелёное платье сидело идеально, подчёркивая талию и плечи. Юбка шуршала при каждом шаге, а рукава спускались до запястий, оканчиваясь кружевными манжетами.

Волосы служанка уложила в высокую причёску, украсив гребнем с рубинами.

Алиса смотрела в зеркало и видела не себя. Она видела Элиандру. Холодную, красивую аристократку, которая предала мужа и сбежала с конюхом.

«Но я не она, — подумала Алиса. — И я не позволю умереть за её грехи».

Остаток дня она провела в покоях, делая вид, что покорна. Она попросила принести книгу из библиотеки, чтобы изучать карты дворца. К счастью, среди книг оказался путеводитель по Огненной Гряде — с иллюстрациями, описаниями залов и, самое главное, с планом этажей.

Алиса выучила наизусть пути к главному выходу. Через внутренний сад, мимо кухонь, через хозяйственный двор. Там, если верить карте, были конюшни — и дорога в лес.

К вечеру, когда за окнами стало темнеть, она услышала шаги.

Тяжёлые, размеренные. По коридору.

Она спрятала карту под подушку и замерла у камина, делая вид, что читает.

Дверь распахнулась.

Вельзор вошёл в комнату, и воздух вокруг него будто нагрелся. Он был всё в том же чёрном камзоле, но теперь без верхней накидки — в одной рубашке с высоким воротником и кожаных штанах, заправленных в высокие сапоги. От него пахло дымом и дорогим деревом.

Он посмотрел на Алису тяжёлым взглядом.

— Ты выглядишь лучше.

— Спасибо, — сухо ответила она, не поднимая глаз.

Он подошёл ближе. Остановился в трёх шагах.

— Я был в Совете. Обсуждал, что делать с тобой.

Алиса подняла голову. Внутри всё похолодело.

— И что решили?

Он скрестил руки на груди. На его скулах заиграли желваки.

— Ты изменщица. Ты опозорила мой род перед другими Хранителями. Законы Этерры гласят: за измену супруга, особенно в высшем роду, полагается либо изгнание в ледяные земли, либо заточение в башне до конца дней.

Алиса почувствовала, как дрожат колени. Но она заставила себя смотреть ему прямо в глаза.

— А дочь? — спросила она голосом, которого сама не узнала. — Что будет с Лили?

Вельзор нахмурился.

— Лили останется со мной. Ты не увидишь её. После того, что ты сделала…

— Я ничего не делала! — Алиса вскочила с кресла. Платье взметнулось вокруг неё, как зелёная волна. — Я не знаю твоего конюха! Я не твоя жена! Я проснулась сегодня утром в этом теле и не понимаю, где я! Как ты можешь наказывать меня за то, чего я не совершала?!

Вельзор смотрел на неё с холодной усмешкой.

— Ты хорошо играешь, Элиандра. Дочь говорит, что ты пахнешь иначе. Но запахи обманчивы. Магия может изменить всё. Ты могла наложить на себя иллюзию, чтобы избежать наказания.

— Иллюзию? — Алиса рассмеялась. В голосе звучала истерика. — Я даже не знаю, как колдовать в этом мире! Я из другого мира! Из Москвы! У нас нет драконов, нет магии, есть только метро, кофе и одиночество!

Она замолчала, тяжело дыша.

Вельзор смотрел на неё странным взглядом. Что-то в его глазах дрогнуло. Но он быстро взял себя в руки.

— Ты лжёшь, — сказал он глухо. — И за это тоже будешь наказана. Завтра утром я приду за тобой. Жди в покоях. Не вздумай сбежать — тогда наказание будет вдвойне.

Он развернулся и вышел, хлопнув дверью.

Алиса стояла посреди комнаты, и слёзы текли по щекам, оставляя дорожки на дорогой косметике.

«Я не хочу умирать в башне, — думала она. — Я не хочу быть заточена. Лучше я рискну».

Она ждала.

Когда свечи догорели до половины, а за окнами наступила глухая ночь, Алиса встала.

Она накинула тёплую шаль, оставленную служанкой, и выбралась из покоев через маленькую дверь, которую заметила за гобеленом. Карта подсказала, что это был служебный ход.

Коридоры были пустынны. Только факелы горели в нишах, отбрасывая длинные тени. Алиса шла быстро, стараясь не стучать каблуками по каменному полу. Она обошла кухни, миновала кладовые, и наконец оказалась у выхода — небольшая дверь вела в сад.

Она толкнула её — и вдохнула холодный ночной воздух.

Драконий сад был странным. Растения шевелились без ветра, а какие-то цветы светились в темноте голубоватым светом. Но Алиса не стала разглядывать — она побежала по дорожке, стараясь держаться тени.

Впереди показались ворота хозяйственного двора.

Она почти добежала до них, как вдруг услышала за спиной тонкий голосок:

— Мама?

Алиса замерла.

Она обернулась. На дорожке, босая, в одной ночной рубашке, стояла Лили. В руках она сжимала маленького плюшевого дракончика.

— Мама, ты уходишь? — спросила девочка. Губы её дрожали. — Ты меня бросаешь?

Алиса подбежала к ней и опустилась на колени.

— Лили, — прошептала она. — Я не твоя мама. Я чужая. Твой папа… он хочет наказать меня.

— Он не злой, — сказала Лили, и из её ноздрей вылетела струйка дыма. — Он просто боится. Он думал, что мама его любит. А она ушла с дядей Рундаром.

Алиса посмотрела в янтарные глаза девочки и увидела в них страшную вещь: одиночество. Такое же, какое она сама носила в себе всю жизнь.