мокрой улице, и мы слышим его голос — Трэвис читает отрывки из своего дневника.

Трэвис (монотонным голосом за кадром). 10 апреля 1972 года. Слава Богу, что дождь хоть немного смыл с улиц всякую дрянь. Сейчас я работаю без напарника в две смены — с шести до шести, иногда с шести вечера до восьми утра, шесть дней в неделю.

Человек в деловом костюме останавливает машину Трэвиса.

Трэвис (за кадром). Суеты много, но я при деле. За неделю делаю 300–350 долларов, а с чаевыми бывает и больше.

Человек в деловом костюме (сидя на заднем сиденье). Шеф, аэропорт Кеннеди сейчас работает или нет?

Рядом с Трэвисом лежит недоеденная булка с сыром и порция жареного картофеля. Он тушит сигарету, проглатывает еду и затем отвечает:

— Почему бы ему не работать?

Человек в деловом костюме. Слушай, я только что посмотрел на шпиль Эмпайер Стейт и не мог его разглядеть из-за тумана!

Трэвис. Тогда скорее всего не работает.

Человек в деловом костюме. Если небоскреба не видно в тумане, это говорит тебе о чем-то или нет? Так знаешь ты или нет? Какой номер твоей машины, шеф?

Трэвис. А вы по телефону не справлялись?

Человек в деловом костюме (нетерпеливо). У меня нет на это времени. Короче, ты не знаешь.

Трэвис. Не знаю.

Человек в деловом костюме. А тебе полагалось бы знать. Кому же еще знать? Останови здесь. (Указывая за окно.) Почему бы тебе разок-другой не высунуть дурью твою башку в это чертово окно и не поинтересоваться, есть там туман, будь он проклят, или его там нет.

Трэвис останавливает машину у тротуара. Человек в деловом костюме сует доллар в коробку для оплаты, выскакивает из такси и ловит другую машину.

Трэвис заполняет свой путевой лист и едет дальше. Дождь переходит в мелкую изморось.

Трэвис (за кадром). Я работаю в любой части города. Мне без разницы.

Чернокожая проститутка в светлом парике, в белых пластиковых сапогах и в мини-юбке останавливает такси. На руке у нее висит полупьяный тип.

Трэвис тормозит.

Проститутка и ее клиент забираются на заднее сиденье. Трэвис следит за ними в зеркало.

Трэвис (за кадром). Некоторые не сажают черных. Мне — без разницы.

Трэвис едет через Центральный парк. С заднего сиденья доносится кряхтенье, прерывистое дыхание: проститутка занимается с клиентом любовью.

Клиент (за кадром). Ой, лапочка ты моя.

Проститутка (за кадром, требовательно). Ну, давай, ты.

Трэвис безучастно смотрит вперед.

Квартира Трэвиса — видавшее виды обиталище.

Трэвис что-то пишет за столом. В смятой банке из-под кофе торчит сигарета.

Тетрадь — обычная дешевенькая тетрадь в линейку. В ней огрызком карандаша Трэвис пишет те самые слова, которые мы слышим. Прямые, аккуратные строчки. Почерк угловатый.

Мы можем рассмотреть жилище Трэвиса. У стены валяется старый истрепанный матрац. На полу разбросаны старые газеты, замызганные схемы улиц и порнографические открытки — черно-белые фотографии обнаженных женщин, перетянутых черными кожаными ремнями и бельевыми веревками. Никакой мебели, кроме расшатанного стула и стола. Старенький переносной телевизор на деревянном ящике из-под фруктов. В углу висит нерасправленная красная шелковая материя, напоминающая вьетнамский флаг. На голых оштукатуренных стенах нацарапаны какие-то цифры, слова, которые невозможно прочитать. На стене, где когда-то висел телефон, болтаются оборванные черные провода.

Трэвис (за кадром). Все они зверье и есть, вылезают по ночам: шлюхи вонючие, говнюки, гомики, наркота несчастная, психи, твари продажные. (Пауза.) Когда-нибудь настоящий дождь смоет всю эту дрянь с улиц.

Раннее утро. Воздух чистый и свежий. На улицах почти никого нет. Машина Трэвиса заезжает в гараж.

Трэвис (за кадром). Всякий раз, когда я ставлю машину в гараж, мне приходится стирать с заднего сиденья человеческие извержения, а иногда и кровь.

Трэвис ставит машину в гараж. Достает из бардачка склянку с таблетками, прячет в карман куртки. Открывает заднюю дверь и забирается внутрь. Вытряхнув сигарету из пачки, закуривает.

Спустя некоторое время Трэвис отмечается в конторе. Старые подгнившие деревянные доски прикручены к серой обшарпанной бетонной стене. На них расписания, распоряжения, написанные от руки памятки водителям:

Будь внимателен! Здравомыслящий водитель всегда готов к неожиданностям;

Ночные водители, пострадавшие в результате несчастных случаев, должны немедленно позвонить по телефону 2-3410 Джадсону и срочно представить отчет о случившемся к 9 часам утра по адресу: Западная сторона 61 стрит, 43;

Помни, скорость должна соответствовать обстановке на дороге. Резко не тормози!

В конторе несколько усталых водителей. Они клюют носом, но продолжают болтать без умолку. Мы слышим обрывки их разговоров.

Первый водитель. ...ссать хочу, как скотина. Останавливаюсь, поднимаю капот и — в мотор. (Показывает, как он это делает.) Стою со своей селедкой в руке, как вдруг какой-то парень подходит и спрашивает, не надо ли помочь. Проверка батарей, говорю, а сам тем временем... (Показывает, как он отливает.)

Второй водитель. Если он думает, что я поеду на окраину города в это время ночи, пусть пойдет выкусит.

Третий водитель (разговаривает по телефону). Да пошла она, эта сраная лошадь. Нет-нет, я ставки делал не на ипподроме, а через систему связи. Еще чуть-чуть, и я бы выиграл эти говенные семь тысяч. Так, ну а как второй заезд?

Четвертый водитель. Там эта шлюха обработала весь гараж. Всем им палки облизала, а они ей глотка воды не дали выпить.

Трэвис отдает свой путевой лист служащему, выходит из конторы и, засунув руки в карманы куртки, с удовольствием идет вниз по Бродвею. Тротуары безлюдны, если не считать неутомимых торговцев овощами и фруктами, устанавливающих свои лотки. Он глубоко вдыхает свежий воздух, достает из кармана белую таблетку и отправляет ее в рот.

Кинотеатр, где круглосуточно крутят порнофильмы. Красные и желтые огни, которыми расцвечен кинотеатр, кажутся неуместными в это чистое, свежее утро. Вывеска гласит: «Кинотеатр «Эдем». 16-мм звуковые фильмы».

Ниже от руки написаны названия фильмов: «Шестидневный Круиз» и «Бобровая Плотина». Трэвис покупает билет и входит в кинотеатр.