и повел в свои палаты белокаменные. Кроме того, царь в радостях велел своим приближенным, чтобы был устроен великий пир, и все, сидя за столами дубовыми, покрытыми скатертями браными и установленными всякими кушаньями и винами, ели, пили, веселились и всячески забавлялись.

Серый волк, превратившись из коня златогривого в свой настоящий вид, побежал по следам уехавшего Ивана-царевича и, наконец нагнав его, сказал ему:

— Слушай, Иван-царевич! Садись ты опять на меня, на серого, а Прекрасная Елена пусть едет на коне златогривом.

Иван-царевич послушался своего серого приятеля и пересел на него, и они опять поехали все вместе в дальнейший путь.

Наконец, после некоторого времени доехали они до того места, где при первой встрече Ивана-царевича с серым волком последний разорвал коня его. Здесь, остановившись, серый волк обратился к Ивану-царевичу и сказал ему:

— Ну, Иван-царевич, послужил я тебе верой и правдой довольно, теперь слезай с меня, серого волка, и садись на своего коня златогривого и поезжай, куда тебе надобно.

Проговорив все это, серый волк побежал прочь в сторону, а Иван-царевич горько-прегорько заплакал по нем и потом, сев на своего коня златогривого, поехал дальше вместе с королевной Прекрасной Еленой.

Не доехав до своего государства верст за двадцать, царевич с Еленою остановились и сошли с коня, чтобы хоть немного отдохнуть и явиться домой более бодрыми. Они оба расположились на траве под деревом, которое укрывало их от жара солнечных лучей; коня царевич привязал к дереву, а клетку с Жар-птицей поставил возле себя.

Отдыхая так по деревом, молодые люди вели между собой любовные разговоры, и так как оба от дальней дороги порядком утомились, то скоро поддались сну и крепко заснули.

В это самое время братья Ивана-царевича — старший Дмитрий и средний Василий, — ездившие по разным государствам для отыскания Жар-птицы и не нашедши последней, возвращавшиеся домой в свое отечество с пустыми руками, вдруг совершенно случайно наехали как раз к тому месту, где уставшие Иван-царевич с Прекрасной Еленой, расположившиеся на отдых, уснули крепким сном. Увидев возле спавшего брата то самое сокровище, ради которого они положили столько труда и потеряли так много времени, да, кроме того, тут же был еще конь златогривый и красавица-девица, они всем этим очень прельстились, и, желая воспользоваться чужим добром, вероломные братья решились на преступление и задумали убить своего родного брата до смерти. Дмитрий-царевич вынул из ножен меч свой, заколол Ивана-царевича, а потом тело его изрубил на мелкие кусочки.

Совершив это гнусное дело, братья разбудили все еще спавшую королевну Елену и начали ее допрашивать:

— Скажи, прекрасная девица, из которого ты государства и кто отец твой, а также скажи нам, как зовут тебя по имени?

— Зовут меня, — отвечала красавица, — Прекрасная королевна Елена, а достал меня Иван-царевич, которого вы, злодеи, предали злой смерти, — сказала она и горько заплакала, увидев все случившееся. — Вы тогда бы были добрые рыцари, — продолжала королевна, — если бы убили его живого и не сонного, так как сонный — что мертвый, а в открытом бою и в чистом поле, а теперь какую похвалу вы получите себе?

Услыхав столь смелые речи от молодой королевны, Василий-царевич схватил свой меч и приставил его прямо к сердцу красавицы, сказав ей в ответ на ее слова:

— Слушай, Прекрасная Елена! Ты теперь в наших руках: мы повезем тебя к нашему батюшке царю Выславу Андроновичу, и ты должна сказать ему, что как тебя, так и Жар-птицу и коня златогривого — все это достали мы с братом Дмитрием. А ежели ты сказать это откажешься, то я сейчас же предам тебя тут же на месте смерти!

Прекрасная Елена, видя свою беспомощность, крайне перепугалась и, боясь исполнения этой жестокой угрозы, обещалась этим злодеям сделать и сказать все так, как они прикажут, и в подтверждение своих слов поклялась им всем святым для нее.

Успокоившись за сохранение их преступной тайны, братья начали кидать между собой жребий: кому должна достаться красавица Елена и кому конь златогривый. По жребию, Прекрасная Елена досталась Василию-царевичу, а конь златогривый — Дмитрию-царевичу. Согласно этому царевичи разделили свою добычу. Василий взял красавицу королевну и посадил ее с собой на своего доброго коня, а Дмитрий — коня златогривого и Жар-птицу, для того чтобы вручить ее своему родителю царю Выславу Андроновичу.

Поделив и захватив с собой каждый свою часть добычи, они тронулись с места и поехали в дальний путь, оставив после себя неубранными даже следы своего преступления: изрубленное на мелкие куски тело своего родного брата Ивана-царевича.

После совершившегося убийства прошло ровно тридцать дней, и все это время разрубленный на куски своим злодеями-братьями Иван-царевич оставался лежать на том же месте, где произошло убийство. Случайно прибежал к тому месту старый приятель царевича, серый волк. Увидав разрубленное тело, он по духу узнал, что это убит Иван-царевич. Жаль ему стало своего друга и очень хотелось помочь ему, да не знал он, что бы такое сделать, чтобы вновь оживить его. И вдруг видит серый волк, что один большой и два маленьких ворона высоко летают над трупом и хотят спуститься и начать клевать мертвое мясо. Волк взял и спрятался за бывший тут же куст. В это самое время маленькие воронята спустились и начали было клевать мясо Ивана-царевича. Только что они принялись было за еду, как серый волк мгновенно выскочил из-за куста и, схватив одного вороненка, хотел было разорвать его надвое.

Увидев в беде свое детище, старый ворон быстро спустился на землю и, сев поодаль серого волка, стал просить его:

— Ох ты, гой еси, серый волк! Не трогай ты моего детища.

Услышав это, серый волк решил воспользоваться случаем и сказал тут ворону:

— Хорошо, я не трону его, если ты за это сослужишь мне службу и слетаешь за тридевять земель в тридесятое государство и принесешь мне оттуда мертвой и живой воды.

Услышав от волка про его просьбу, ворон очень обрадовался, что может услужить серому, спасти своего детеныша, и с готовностью отвечал ему:

— Изволь, я тебе эту службу сослужу, только ты не трогай, пожалуйста, моего сына.

И, сказав это, ворон поднялся и скоро совсем скрылся из виду.

Только на третий день прилетел обратно ворон и принес с собой два пузырька: один с мертвой, а другой с живой водой, — и оба их отдал серому волку. Серый, взяв от ворона пузырьки, тотчас же разорвал вороненка