Чщаси, ведь они простирались не только в длину и ширину, но и в глубину. Так что и жителей там, возможно, куда больше, и ресурсов, на которые Хэй, в частности, покупали лояльность.

— Я слышала от приемного отца, как их называли хозяевами чудовищ, — сказала Юн. — Племя, которое занималось воспитанием шаманов для остальных народностей. Но однажды они отказались поставлять монстров. Племена, окружавшие их, не сразу поняли, в чем дело. Пытались атаковать по одному и принудить к сотрудничеству. Вместо этого хозяева чудовищ сами пошли в наступление и покорили одно за другим все племена вокруг Чщаси. Свободными оставались лишь пастухи рыб — союзники Хэй. Но по какой-то причине в последнее время рыба изменила свои пути, и племя ослабло. Вот шаманы и решились на вторжение.

— Интересно, я этого не знал. Хотя причины куда глубже, чем просто соперничество за территории.

— И какие же? — с интересом посмотрела на меня Юн. — Неужели главы кланов скрывают от нас правду? Может, это мы обидели наг, а они вторглись в ответ?

— Нет, — отмахнулся я. — Люди здесь совершенно ни при чем. К тому же не нам обвинять глав в скрытности, учитывая нашу миссию.

— Конечно, вы же и сам глава клана, — улыбнулась Аи, подсаживаясь ближе.

— Дело совсем не в этом. Каждый из вас давал клятву верности, и я предупреждаю, что увиденное во время нашей миссии может оказаться куда страшнее, чем вы ожидаете. В любом случае об этом нельзя говорить никому, иначе и я, и вы, и весь клан Гуанг будет изгнан с Чщаси, а мы к этому пока совершенно не готовы.

— Пока? — удивленно вскинула брови Юн, да так, что они спрятались за широкой челкой. Дальнейших объяснений я ей давать не стал, и так сказал слишком много. Пусть она и лояльна, но клан рубак Фенг никогда не отличался благоразумием. По крайней мере, его правящая часть предпочитала кровь словам. Как и я раньше. Сейчас же времени на пространные рассуждения не оставалось, так что, дождавшись, пока все восстановят силы, я немедля поднял отряд, и мы отправились дальше.

Солнце уже село, и, чем ближе мы подходили к нашей цели, тем больше на стенах попадалось убитых защитников. Южная стена до конца держала удар, редкие воители Чщаси дорого продавали свои жизни, и на каждого потерянного бойца приходилось больше десятка наг. Тела лежали так плотно, что через час мы оставили попытки их раздвигать и потащили телегу сверху. От чего она вздрагивала, как на кочках.

Идти стало гораздо сложнее, но я постарался выжать из сложившейся ситуации максимум, собрав всю пригодную для использования кровь в освободившиеся после привала мехи из-под воды. Несколько капель разжижающего кровь яда — и она окажется пригодна для использования даже через день. Хотя я надеялся закончить все куда раньше. Вот только уверенность в выполнимости нашей миссии таяла с каждым шагом.

Защитники Чщаси делали все от них зависящее, чтобы уничтожить противника. Ни одной целой башни не встретили мы на своем пути ночью. А когда дошли до противоположной от Скрытого дворца стены, в лучах восходящего солнца увидели разрушенную до основания крепость, большая часть которой покоилась на океанском дне.

— Что дальше? — хмуро спросил Куват. — Может, удастся попасть выстрелом отсюда?

— Можно даже не пытаться, — ответил я, рассматривая спины войска наг. — Видишь вон тот островок посреди залива? Это отдыхающий легендарный кракен, а его со всех сторон окружают войска монстров вперемешку с нагами, облаченными в лучшую броню. И они все в воде. Даже если баллиста оказалась бы в полном порядке, полтора километра наша ракета не долетит. А без нее, с учетом возвышенности, шестьсот метров максимум.

— Значит, мы зря все это делали? Зря старались? — ошарашенно проговорила Аи.

— Мы не должны сдаваться! — упрямо сказал Бим. — Наш предводитель и не в таких ситуациях находил решение! Недаром же он единственный шестнадцатилетний воин, да еще и ставший главой клана!

— Спасибо за похвалу, но мне эта ситуация кажется почти безвыходной. Если мы не уничтожим главнокомандующего противника, верховного шамана, повелевающего легендарным кракеном, и лучше всего вместе с этим монстром, то нам не видать победы, — ответил я, задумчиво осматривая поле боя. — А с потерей баллисты наш единственный шанс в том, чтобы они сами пришли к нам на убой, что вряд ли возможно.

— Если нельзя приблизить их к нам, то можно приблизить нас к ним, — сказала уверенно Юн.

— Чистой воды самоубийство, — покачал я головой. — Спуститься со стены в тыл врага — это все равно что подписать всем нам смертный приговор. К тому же между нами вода, ракета окажется ниже, а если намокнет — не полетит. Нет. Ситуация безнадежная, такой бой нам не выиграть.

— А если нам и не нужно его выигрывать? — спросил Куват. — Пусть мы еще не получили свои третьи настоящие пояса, но мы воины! А долг воина оберегать жителей Чщаси от чудовищ любой ценой, даже ценой собственных жизней. Если у нас есть шанс спасти город, но мы при этом погибнем — мы обязаны это сделать! Десяток жизней за сотни тысяч — вполне приемлемая цена!

— Ну, раз уж немногословный орк решил толкнуть речь, то стоит об этом подумать, — усмехнулся я, введя парня в ступор. — Если нет цели сохранить наши жизни, то, пожалуй, решение есть, и не такое плохое. Аи, скажи, что будет, если сто граммов яда демонической кобры вылить в океан?

— Пятно метров двадцати шириной и глубиной, в котором все живое умрет, — подумав, ответила наш доктор. — Что ты задумал?

— Продать наши жизни подороже. Если мы не можем подойти к противнику, заставим его подойти к нам. Юн, Аи, готовьте стрелы. Куват, на тебе единственный проход по стене. Бим и Бом, зажигательная смесь и дымы. Будем ловить главнокомандующего на живца.

Глава 42

— Все бы ничего, если б наживкой не пришлось стать нам самим, — мрачно сказал Бим, раскручивая пращу со склянкой. На стене оказалось достаточно трупов, чтобы обрушить на стоящего снизу врага дождь из кровавых игл. Мы высасывали тела до последней капли, не разбирая своих и чужих, пополняли запасы стрел всеми доступными образцами, и сейчас возле Юн лежало три разных лука, под разные боеприпасы.

На