— Мальчик, не зли меня, — прорычал сквозь зубы декан. — Мне наплевать, насколько будет сложно, но, если ты хочешь оскорбить лично меня — ты этого уже почти добился.

— Даже не думал о том, чтобы кого-то оскорблять, — покачал я головой. — Просто уведомил вас о сложившейся ситуации. Ваш служащий отказал мне в доступе к моим вещам. Это, по сути своей, кража. Я мириться с таким не намерен.

— Что ж. Ясно. Пойдем, — сказал Шунюан, сжимая кулаки. Вплоть до самого хранилища мы молчали, хотя я видел, что настроение у тифлинга препаршивое. Стоило нам войти в комнату, как служащий вскочил со своего места.

— Господин Гуй Шунюан, я в своем праве! Этот молокосос… — начал было чиновник, но декан прервал его речь взмахом руки.

— Отдай ему все его вещи и деньги. Немедля.

— Я не помню, какая ячейка, — решил включить дурака стражник. — А пускать его в чужую, веря на слово — нарушение безопасности. Ни один другой клиент не обрадуется подобной ситуации. Так что видите — я прав.

— Хорошо. Я освобождаю тебя от должности старшего хранителя сокровищницы клана и перевожу на первый этаж, в качестве начальника караула. Приказ вступает в силу немедленно.

— Вы не можете… — ошалело проговорил чиновник. — Не имеете права!

— Вообще-то, имею. Я временно исполняю обязанности ректора и по своему усмотрению могу назначать и смещать любых служащих академии. Больше того, я должен это делать. А сейчас твоя гордость и рвение следовать инструкции играет против тебя же, — сказал декан, стуча пальцем по столу. — У тебя есть последний шанс все исправить. Согласно инструкции, тобой любимой. Парень расторгает договор, у нас он есть. Иди и принеси ему все его вещи и деньги. Немедля.

— Слушаюсь, господин, — нахмурился чиновник и скрылся в хранилище, не забыв запереть за собой дверь. Пока он ходил, декан буравил меня взглядом, а стоило служащему вернуться — всучил мне в руки мешок с добром и сверток с глефой, не разбираясь, что внутри.

— Все? Вопрос закрыт? — с нажимом спросил Шунюан.

— Вначале я проверю, все ли в сохранности, — договорить я не успел, потому как заметил, что из мешка капает черная жижа. Быстро развернув грубую ткань, я выложил на пол несколько эликсиров. Может, они сломались в процессе сбора вещей в кучу, а может, в тот момент, когда декан бросил мне мешок с бьющимися предметами. — Шесть эликсиров Юань-ци, три Сюэ-ци и четыре Чжен-ци. Итого тринадцать эликсиров испорчено. Так же, как вещи, которые с ними лежали. Что вы на это скажете?

— Ты хочешь продолжить спор из-за шестидесяти пяти цянь? — фыркнул декан.

— Предлагаю вычесть из жалования служащего. Будет вполне справедливо, на мой взгляд.

— Что? С какой стати⁈ Это же мой заработок за две недели! — возмутился медный герой.

— Согласен, — кивнул Гуй Шунюан. — Ты на полном довольствии от академии, так что голодать не будешь, но подумать тебя это заставит. Теперь вопрос решен?

— Думаю, да, — сказал я, проверив жезл и достав из перевязи клинок глефы, почти равный двуручному мечу. Девяносто сантиметров волнообразного лезвия, где каждый второй зубец подсоединялся к тянущимся в рукоять медным каналам, заканчивающимся на стыке между жезлом и рукоятью меча. Не слишком гуманное оружие, но его и делали по моему заказу не для того, чтобы противнику хорошо жилось. На всякий случай я проверил соединение, собрал и разобрал глефу. Пересчитал монеты и обнаружил странную книжечку, которую я в хранилище не клал. Но с этим можно было разобраться и позже.

— Теперь к вопросу о поставках, — сказал декан, когда я удовлетворенно кивнул, повесив оружие на пояс, и мы вышли в коридор. — У меня в документах ты значишься как неопределенное лицо, от которого поступают все три типа эликсиров. Это верно?

— Да, не вижу смысла это скрывать, — пожал я плечами. — Я и в самом деле поставлял эликсиры академии. Моя ферма. Если есть нужда в них — мы можем продолжить сотрудничество. Но сильно больше я поставлять смогу только через год или два.

— Как? — с нажимом спросил Шунюан. — На один эликсир Юань-ци уходит до ста килограммов рыбы. Но ты не занимаешься промыслом, у тебя даже владений нет!

— Есть. Учитывая, что теперь я совершеннолетний — с гордостью могу заявить, что у меня есть прекрасная ферма-рассадник, в которой в живых кабанах выращиваются все нужные эссенции для развития дайнтяней. К сожалению, процедура хоть и крайне прибыльная, но сложная. Так что, не зная секретов и не имея достаточного опыта, ее не повторить. А раскрывать свои тайны я, естественно, не собираюсь.

— Вот как, — нахмурился тифлинг. — Это несколько неожиданно, но полностью вписывается в мое понимание происходящего. Получается, что у тебя одного, бескланового, есть то, что стоит куда дороже, чем несколько тысяч свиней Фенгов и пристань Хэй. Ты же понимаешь, что такую ценность невозможно сохранить? Рано или поздно найдутся завистники, которые предпочтут просто уничтожить все, что у тебя есть, или отнять силой? А для защиты тебе понадобится помощь могущественного клана. Например, Гуй.

— Или Пинг, что было бы логичнее с точки зрения найма охранников, — улыбнувшись, сказал я. — Или Джен. Да те же Фенг с удовольствием согласятся работать совместно ради такого дела. Гуй и Ксу — единственные крупные кланы, которым не прожить без эликсиров Юань-ци. Остальные могут приспособиться и сменить основное направление на Жизнь или Кровь. Если другие попробуют отнять у меня технологию — это поставит Гуй от них в большую зависимость. Если же мои фермы уничтожат, то, учитывая крах Хэй, академия и вовсе перестанет получать столь ценные материалы, а это поставит обучение новых неофитов Души под угрозу.

— Хочешь на этом сыграть? — нахмурился Шунюан. — Не стоит выводить из себя старший клан!

— Даже не собирался. Но вам придется подумать о сотрудничестве. А сейчас прошу прощения, уже поздно, меня ждут друзья, — оставив декана, я быстро скрылся за углом и, только убедившись, что никто меня не видит, открыл найденную книжицу. На первой странице небрежным размашистым почерком значилось: «Дневник, собственность Джен Хироши. Не читать, иначе побью. ЗВЕРЬ, ЧИТАЙ КОНЕЦ!»

С содроганием я пролистал до последней заполненной страницы. Хироши вел записи в своей постоянной