– Сейчас наша очередь заступать на дежурство! – заявил Берт.

– Нет, моя.

Братья недовольно загалдели. С первых же дней в новом поселении они старались ограждать сестру от любых опасностей и не любили, когда она лезла на рожон. «То есть всегда», – хмыкнула Джейн про себя.

Уступать она не собиралась, так что спор рисковал перерасти в грандиозную перепалку, если бы не вмешательство отца, который, заслышав шум, поспешил к отпрыскам.

– Что вы опять не поделили?

– Берт и Дик считают, что я должна сидеть в хижине, а лучше сразу в погребе, и не высовываться.

Её тон сочился иронией. Дик же ответил серьёзно:

– Всего пару дней назад мы еле отбились от дикарей. Тебя это не научило осторожности?

Джейн уже готовилась возразить, но отец опередил её, отчитав сыновей, как желторотых мальчишек.

– Нечего трястись над ней, как курицы-наседки! Пусть участвует в защите нашего форта наравне с остальными.

Хотя братья были против, прекословить отцу они не посмели. Сердито перешёптываясь, оба побрели в дом.

– Спасибо, что поддержал, – улыбнулась Джейн.

Раздражённая гримаса на лице отца никуда не делась – напротив, он даже сильнее нахмурился.

– Что тут поддерживать? Желание покрасоваться перед капитаном Лейном?

Опешив от незаслуженного упрёка, Джейн гордо подняла подбородок.

– Причём здесь Ральф? Я хочу помочь, хочу быть полезной!

– Велика польза: торчать в крепости и глазеть, не заявятся ли дикари снова.

Его слова хлестнули наотмашь подобно пощёчине. Джейн не понимала, что в её решении вызвало такое пренебрежение отца.

– Тогда что мне нужно делать?

Джозеф сердито пожевал губу, глядя на дочь так, словно она спросила сущую глупость.

– Ты – почти единственная женщина среди колонистов. Смекаешь, что это значит? Тебе нужно прыгнуть выше головы, чтобы выжить здесь. Отсиживаться в форте – это не доблесть, а трусость.

Джейн сжала кулаки. Каждый раз, когда она старалась проявить себя с лучшей стороны, оказывалось, что этого недостаточно. Другие колонисты порой отзывались о ней как о смелой до безрассудства девушке, отец же всё равно считал, что дочери не хватает характера.

– Тогда возьми меня с собой, когда ваш отряд пойдёт на разведку.

В ответ Джозеф лишь фыркнул, закатив глаза.

«Ох, папа… Иногда к тебе и правда нелегко было найти подход, – с тяжёлым сердцем подумала Джейн. Тряхнула головой, отгоняя нерадостные воспоминания. – Как бы там ни было… Я не должна сравнивать отца с Питером. Ривзу я не дочь, он не принимает ни мои промахи, ни мои достижения близко к сердцу. Поэтому, даже если я что-то делаю неверно, не выходит из себя».

Отделаться от неприятного чувства, скребущего в груди, удалось лишь через время, когда она решила спуститься к озеру.

Вряд ли какой-либо водоём способен впечатлить человека, который совершил путешествие из Англии в Америку по океану. Джейн думала так ровно до того момента, как увидела Мичиган во всей красе. Водная гладь, насыщенного синего цвета у горизонта, у берега становилась лазурной, почти прозрачной. Без труда можно было разглядеть каждую ракушку, каждый камешек на дне. С одного края над озером нависали невысокие скалы, с другой – песчаные дюны.

«Чудесный вид! – Джейн сделала глубокий, медленный вдох, позволяя свежему озёрному воздуху наполнить каждую клеточку. – Когда в детстве я читала легенды об эльфийских землях, представляла себе что-то подобное. Здесь действительно волшебно…» Присев, она коснулась пальцами воды, рисуя на её поверхности простой узор, который тут же исчез, поглощённый набежавшей волной. Если бы Джейн путешествовала одна, то непременно искупалась бы. Ей и сейчас нестерпимо захотелось окунуться, несмотря на риск попасться на глаза кому-то из мужчин.

Со стороны лагеря послышалось требовательное ржание. «Кому-то ещё не терпится освежиться? – улыбнулась она. – Хм… Бурбон проделал долгий путь, он тоже заслужил отдых». Недолго думая, Джейн вернулась за мустангом. Пока она отвязывала его, Бурбон пристально наблюдал за каждым её движением.

– Что? – она вскинула бровь. – Оцениваешь, достаточно ли я хорошо справляюсь с тем, чтобы развязать узел?

Раньше ей казалось, что по морде лошади невозможно прочесть, что она думает. Точнее, Джейн вообще не взялась бы утверждать, что лошади в принципе способны думать. Теперь ей пришлось пересмотреть своё отношение к этому вопросу, поскольку Бурбон, вне всяких сомнений, на всё имел своё мнение и в настоящий момент поглядывал на хозяйку с весьма коварным видом. Джейн провела ладонью от его лба к носу. Чёрная блестящая шерсть ощущалась почти как шёлк.

– Ты ведь не замыслил ничего такого? – спросила Джейн. – Хотя не признаешься, даже если замыслил.

Она сняла упряжь и повела его к озеру. Мустанг послушно следовал за ней, впрочем, попыток сбежать он и не делал с тех пор, как Куана нашёл к нему подход. Завидев озеро, Бурбон припустил быстрее. Его ноздри раздувались, а лёгкое дуновение колыхало гриву, заплутав в чёрных прядях.

– Вижу, и тебе здесь нравится, – улыбнулась Джейн. – Давай-ка сполоснём тебя хорошенько.

Сняв обувь, она зашла в озеро по колено. Прохладная вода заколола кожу. Бурбон, внимательно прощупывая дно копытом, последовал примеру хозяйки. День выдался почти безветренным, поэтому и волны поднимались совсем не высоко, не мешая стоять. Джейн вытащила из дорожной сумки тряпицу, намочила её и принялась растирать коню бока.

– Ты у меня станешь самым красивым скакуном во всей Америке!

Мустанг вытянул шею и слегка пожевал губами, словно хотел сказать, что он и так самый красивый. Ухаживать за ним было Джейн в удовольствие. Она отчистила его шерсть, а потом ласково пригладила гриву.

– Вот, только полюбуйся!

Будто догадавшись, о чём она говорит, Бурбон ткнулся мордой в своё отражение. Вода пошла мелкой рябью. «До чего смышлёный! – умилилась Джейн. – А ведь если бы не он, я бы сейчас лежала с перерезанным горлом… Когда Карла подкралась с ножом, Бурбон почуял угрозу раньше меня и не убежал, попытался защитить!..»

Закончив с мытьём, Джейн вывела жеребца на берег и отпустила побегать вволю. Она знала, что он обязательно вернётся к ней. За недели, проведённые в пути, Бурбон стал ей верным другом, хоть и не упускал случая продемонстрировать вредный нрав. Примостившись на плоском валуне, Джейн опустила ноги в воду. Слушая шёпот волн, она представила, что находится вне времени и пространства, в волшебном месте, где нет ни погонь, ни борьбы, ни опасностей. На несколько минут все мысли улетучились из головы. Под руку подвернулся небольшой гладкий камешек. Джейн бездумно повертела его в пальцах, а затем, взглянув вниз, заметила ещё несколько таких же рядом. Все они, плоские, обточенные водой, походили друг на друга. Она попробовала