опасен. Мы должны действовать продуманно и осторожно. Иначе он легко тебя отыщет и заберет.

– Тебе-то что? Боишься без меня во дворец не попасть?

– Мы заключили договор, – процедил ящер. – Не сдержишь слово – пеняй на себя. Пошли. Некогда болтать. Дел по горло.

Он соскочил с кресла на ковер и направился к дверям, а у меня по спине поползли мурашки, точно я только что столкнулась со смертельной опасностью и чудом ее избежала. Передернув плечами, я отогнала непрошеные мысли и прошла за панголионом в соседнюю комнату.

С порога я поняла, что здесь когда-то жила девушка. Узкую постель у стены укрывал светлый вязаный плед с цветочным узором, рядом с окном стоял крошечный комод с зеркалом, в углу располагался шкаф, из которого торчала ленточка.

– В первом ящике лежит золотой медальон, – проговорил Трикс, и мне показалось, что его голос слегка дрогнул. – Возьми его и пошли. Нам еще добираться через половину квартала.

Пройдя вперед, я открыла ящик комода и заметила среди щеток для волос, стеклянных флакончиков и коробочек круглый медальон на толстой золотой цепочке. В таких обычно хранили чьи-нибудь портреты, и я заглянула внутрь, откинув крышку, но там было пусто.

– Нашла? – с тревогой уточнил ящер.

– Да, – отозвалась я и уже хотела закрыть ящик, как мой взгляд зацепился за маленький круглый портрет, лежащий в глубине за флаконом с прозрачной жидкостью.

Взяв его в руки, я увидела миловидное личико девушки с большими наивными глазами и почти кукольным маленьким ротиком. Ее светлые кудряшки выбивались из высокой прически и придавали хозяйке еще больше схожести с магазинной игрушкой времен моего детства.

– Это ее медальон? Она здесь жила? – обернулась я к Триксу, показывая портрет.

Янтарные глаза панголиона сверкнули яростью, шипы взметнулись вверх. Трикс зарычал и в один прыжок очутился на комоде.

– Положи на место! Кто тебя просил копаться в чужих вещах?!

Я выронила портрет и отпрянула назад, убрав руки за спину.

– Вообще-то, ты сам сказал, найти медальон, – с опаской напомнила я, показав ему зажатую в ладони цепочку с кулоном. – Мог бы один тут копаться, если сюда запрещено заглядывать посторонним.

Торчащие шипы опали так же внезапно, как и поднялись. Трикс с трудом задвинул лапой ящик комода и буркнул:

– Хватит глупых вопросов. У нас мало времени. Пошли.

В прихожей он велел мне надеть оставшийся плащ и широкие деревянные башмаки, напоминавшие обувь Золушки на картинках в старых книжках. Мой внешний вид оставлял желать лучшего, но ходить босой по городу уж точно не стоило, да и лицо показывать тоже. Вдруг Девонир ищет меня даже в столице?

Пока мы пробирались через сад к калитке, Трикс ни разу со мной не заговорил. Я понимала, что ни в чем не виновата, но на душе все равно было скверно. Казалось, я зашла в грязных сапогах в чисто прибранную комнату с белоснежным ковром и бесцеремонно наследила, наплевав на мнение хозяев. Но ящер не спешил делиться ни чувствами, ни секретами, поэтому я просто шла следом и надеялась, что остальные скоро вернутся, и мне больше не придется оставаться с ним наедине.

Глава 12

Восточный квартал разительно отличался от селения на окраине Запретного леса. Если в глуши незамужние девушки носили сарафаны с блузками, а семейные женщины – юбки, передники и рубашки с жилетками, то в Фористе все было иначе.

Местные жительницы, независимо от возраста, предпочитали собранные у щиколоток полотняные штанишки и длинные туники с разрезами по бокам. Селянки убирали волосы в косы и частенько прятали под платок, столичные красавицы стриглись коротко. Редко у кого я замечала волосы до лопаток, в основном все носили что-то наподобие каре, убранного под повязку.

В селении мужчины и парни ходили в рубахах навыпуск и шароварах, стриглись «под горшок», а здесь – в прямых брюках и коротких куртках с воротником-стойкой и пуговицами сбоку. Голову же брили наголо.

Как только мы оказались на улице, я поняла, насколько выделяюсь из толпы, и тут же прониклась чувством искренней благодарности к Триксу, нарядившему меня в плащ с капюшоном при изрядно палящем солнце. Сам ящер о своем внешнем виде ни капельки не заботился. Он преспокойно полз рядом со мной и умело маскировался, принимая окрас мостовой. Никто в нашу сторону даже не оборачивался. Все спешили по своим делам, многие несли на голове тяжелые груженные всякой всячиной корзины, со всех сторон раздавались голоса жителей и выкрики зазывал из лавок. Видимо, рабочий день был в разгаре.

Заметив мой ошарашенный вид, Трикс смилостивился и заговорил:

– Мы на нижнем уровне Фористы. Здесь живут ремесленники, чернорабочие, подмастерья, мелкие торговцы и разный нищий сброд. У таких – низший третий статус, поэтому к ним обращаются по именам и особо не церемонятся. Сюда лучше не соваться без оружия. Но ты вполне сойдешь за свою. Никому и в голову не придет тебе угрожать. Сразу видно, что брать с тебя нечего.

– Перестань говорить так, будто я ничего собой не представляю!

– Я всего лишь сказал, что тебе не о чем беспокоиться, – беззаботно отозвался этот паразит.

– Ладно, проехали, – пробормотала я, с трудом справляясь со своим недовольством.

Мы прошли мимо прилавка с ароматной выпечкой. Сладковатый запах, напоминавший смесь корицы с ванилью, защекотал ноздри, и у меня заурчало в животе. Сегодня никто даже не подумал о завтраке. Хотя где его тут взять? Это не лес – здесь еду можно только купить.

Ящер сразу же отреагировал:

– Мы скоро будем на месте. Там ты сможешь обменять медальон и на еду, и на купание в бане, и на услуги работниц по уходу за женщинами.

– Звучит заманчиво, – воодушевилась я. – А что за уровни такие? Этот нижний. А какие еще есть?

Трикс покосился на меня, будто проверял, стоит мне доверять такую информацию или нет, и заговорил:

– Фориста разделена непреодолимыми стенами на три уровня. Насчет нижнего ты уже поняла. Выше находится средний. Там живет народ побогаче: купцы, владельцы мастерских, хозяева транспортных бараков и многие другие. Там принято обращение «лан» и «лана» с добавлением родового имени. Это говорит о принадлежности ко