прописей, а может, просто так, но в пакете оказалась ещё и ручка — подарок от книжного магазина.

Сюй Шэн с трудом дождался конца уроков, надеясь хоть на время сбежать от этого проклятия по имени «Шао Чжань». Он всё ещё лелеял надежду, что завтра утром, проснувшись, они поменяются обратно: «Ты специально пошёл покупать прописи, ты, бл...» — он осёкся под холодным взглядом Шао Чжаня, проглотив ругательство, — «...с чего ты взял?»

Для Шао Чжаня поход в книжный за прописями тоже был испытанием.

В магазине как раз несколько учеников выбирали учебные пособия, но стоило ему войти — и не прошло и десяти секунд, как покупатели разбежались. Можно сказать, он пользовался услугой «аренда зала». А купил он столько прописей просто потому, что у него не было времени выбирать. Продавщица стояла рядом и вздыхала: «Студент, давай побыстрее, нам ещё торговать надо».

Сегодня на уроке Сюй Шэн сумел отобрать у Мэн Говэя контрольную, но в будущем такое могло и не пройти. А если какой-нибудь учитель в порыве вдохновения вызовет его к доске решать задачу — с его-то почерком он и в Жёлтой реке не отмоется.

Шао Чжань сказал:— У тебя слишком уродливый почерк.

Сюй Шэн посмотрел на своё собственное лицо, которое выглядело так, будто его приморозили. Ему очень хотелось выругаться, но возразить было нечего.

Шао Чжань закинул рюкзак на одно плечо и предложил ему другой вариант. Он наклонился ближе, что создавало невидимое давление; распущенные волосы падали на глаза:— Можешь не练. Завтра на уроках я буду писать правой рукой.

Сюй Шэну хотелось не только ругаться — его так и подмывало ударить.

Если бы Шао Чжань перешёл на правую руку, учителя тут же заметили бы, что почерк «Сюй Шэна» совершил невероятный скачок, приблизившись к уровню бога учёбы. Удар был бы ещё сильнее.

Два варианта — и оба верная смерть. Разница лишь в том, какая смерть окажется мучительнее.

Сюй Шэн не хотел выбирать ни один.

Шао Чжань сказал своё слово и собирался уйти, не желая больше задерживаться на этом вопросе, но Сюй Шэн молниеносно схватил его за руку:— Погоди.

Сюй Шэн сжал запястье Шао Чжаня. Когда он мысленно настраивался и изредка опускал планку, он мог сказать что угодно. Он начал торговаться:— Двадцать страниц — это слишком много. Я за весь семестр столько не написал. Давай договоримся — десять.

Шао Чжань молча смотрел на него.

Сюй Шэн начал бессовестно врать:— В любом деле самое сложное — начало. Нельзя объять необъятное за один раз. Ты должен это понимать. Я уверен, что ты не будешь так жесток к однокласснику...

Но едва Сюй Шэн начал свою речь, как его тут же оборвали.

— Я лицемерный, беспринципный, бесчеловечный, — сказал Шао Чжань, сделал паузу и добавил: — А, ещё одно слово — хуже скота.

— ...

— Отпусти.

Сюй Шэн разжал руку и смотрел, как Шао Чжань возвращается в комнату напротив и с грохотом закрывает дверь.

Сюй Шэн всегда писал как хотел — как душа пожелает, так и выводил.

Учителя не раз пытались вручить ему прописи. Ещё в десятом классе Гу Яньван уговаривал его: «Ты посмотри на свой почерк — что за птичий помёт! Я с улицы любого приведу, он и ногой напишет понятнее, чем ты! Баллы и так низкие, а ты ещё и баллы за чистописание упускаешь. Выйдешь из школы — направо, в книжный Синьхуа[1]. Катись покупать прописи и练! Катись быстрее!»

Сюй Шэн пропускал это мимо ушей. Бормоча «до свидания, завуч Гу», он выходил из кабинета.

Писать по прописям?

Да ни за что. Ему даже во сне такое не приснилось бы.

Через десять минут Сюй Шэн сидел за письменным столом и, скрепя сердце, открывал страницу прописей.

Перед тем как взять ручку, в голове у него пронеслась мысль: «Я обязательно пожалею о том, что делаю сегодня вечером».

На первой странице прописей слева было три квадрата с разметкой. В квадратах — три базовых элемента: горизонтальная черта, вертикальная с остановкой, вертикальная с иглой.

Под квадратами мелкими буквами были указаны советы по написанию: «Горизонтальная черта: лёгкий нажим в начале, веди кисть вправо, обрати внимание — левый край ниже правого, длинная горизонтальная должна быть с лёгким изгибом...»

Сюй Шэн прижал прозрачный лист поверх прописей, с трудом успокаивая эмоции, и принялся обводить ряд за рядом иероглиф «три» в тренировочных квадратах справа.

Чжан Фэн продолжал бомбить его в WeChat[2].

Чжан Фэн: Кстати, старший, почему ты сегодня после уроков так быстро ушёл?

Просто боялся, что ты меня найдёшь.

Чжан Фэн: Я ещё хотел спросить, не пойдёшь ли играть в мяч.

Боялся, что ты позовёшь меня играть в мяч.

Чжан Фэн: Чем ты сейчас занимаешься?

Сюй Шэн посмотрел на свои прописи и ответил тремя иероглифами: Играю в игры.

Чжан Фэн: Вместе?

Сюй Шэн: Сам поиграй. Хочу потренировать перемещения.

Сюй Шэн: Человек не может вечно полагаться на тиммейтов. Пора учиться делать carry самому.

Чжан Фэн: ...

Когда Сюй Шэн оторвал взгляд от прописей, за окном уже стояла кромешная тьма. Едва слышно стрекотали цикады, между тенями деревьев проносился горячий ветер. До него дошло: он练 писал уже почти час.

Сюй Шэн бросил ручку, сел кое-как — поджал одну ногу, поставив её на край стула, откинул голову назад и привычным жестом потянулся за бутылкой воды.

Открутил крышку, поднёс горлышко ко рту — и вдруг снова закрутил.

Было только одно дело, более неловкое, чем мыться.

Он не обсуждал с Шао Чжанем подробности, оба просто делали вид, что ничего не случилось, но оба не сговариваясь стали меньше пить воду. При этой мысли Сюй Шэна захлестнула волна стыда.

Он правда не понимал — почему учиться и просто существовать так сложно?

Сюй Шэн взъерошил волосы, снова схватил телефон, открыл браузер и зашёл в раздел вопросов и ответов. Он хотел найти кого-то с похожей проблемой, но поиск выдавал только запросы на рекомендации книг.

Пришлось стать первым, кто задаст этот вопрос. Он набирал слово за словом: «Я ученик одиннадцатого класса. Успеваемость... у неё есть потенциал для роста».

То ли от стыда, то ли от того, что не мог сразу подобрать правильные слова, Сюй Шэн долго мялся, даже начал нести чушь, описывая свою красивую внешность, и только потом перешёл к сути: «Я и один мой одноклассник поменялись телами. Что мне делать?»

Сюй Шэн выбрал категорию «Трудные случаи». Вскоре пришёл ответ от доктора