был защищать студентов, трусливо жался в углу. А когда наступила его очередь распрощаться с браслетом, то он умолял людей не трогать руку и сам добровольно отдал свой браслет. У специалиста Салтуновой никто ничего не спрашивал. И в этом ей не повезло больше всех: вот уже пять лет, как она находится в лечебнице Лукреции без сознания. Люди не только забрали магические браслеты у старших магов, но захотели и студенческие прибрать к рукам.

Ирина поежилась от холода, что пробежался по спине, заставляя жалеть, что свой черный пиджак она оставила в прихожей. И пусть у нее тогда изъяли не личный браслет, как у старших товарищей по несчастью, а учебный, но ощущение потери и безнадежности были вполне себе реальными. Что чувствовали маги, ей даже представлять не хотелось. И пусть ей потом выдали новый браслет, но то чувство беспомощности, что довелось испытать девушке, навсегда вгрызлось в кровь, в кости, в мозг. Чтобы никогда больше не было ничего подобного, она и вступила в ряды безопасников, о чем и не жалела. Многочисленные тренировки позволяли чувствовать себя уверенной и способной справиться с критическими ситуациями.

Вот как сегодня. Кто же знал, что младший брат Кати вместе с компанией окажется там, где произошло покушение на Рид Рогову? А точнее, Рид Мак Кенси. Все же она отказалась от фамилии матери, покинув мир магии.

Случайно ли Ветров-младший оказался в Париже? Или во всем этом есть какая-то игра? Или существует некий скрытый смысл? Отец Роговой пять лет назад напал на лагерь со студентами, где была Катя. Теперь ее младший брат оказался в фокусе внимания Рид. Чем заинтересовали Ветровы Заговорщиков? Способностями? Но необычные умения есть только у Кати. А Даня…

Ирина бросила заинтересованный взгляд на молодого студента. Весел, беспечен, симпатичен. И выглядит чуть старше своих лет.

«Не знала бы, что он Катин младший брат, то…»

Девушка мысленно отвесила себе оплеуху и заставила переключиться на деловые вопросы.

«Рассматривать младшего брата подруги — плохая идея. Очень плохая».

Дело. Специально или нет все это произошло? В случайности она давно не верила. Дедушка Александр давно отучил.

«Что же тогда? Спланированная акция заговорщиков или попытка переманить молодежь на свою сторону? А может, у ребят хотели выкрасть браслеты? Нет. Рид нельзя обвинять в наивности или неосторожности».

И хотя Ирину и близко не подпускали к отчетам, она знала, что несколько лет за Рид велась слежка безопасниками, но безрезультатная. Никаких доказательств того, что та принимает участие в делах отца, не было. А в последние месяцы и вообще наблюдателей убрали. Зачем тратить время на пустышку, которая и передвигаться сама не может? Агенты нужны были на других заданиях. Малыч и Делянов требовали не меньшего внимания, чем Патрик Мак Кенси и его семейка.

— Она все еще в инвалидном кресле? — бросив быстрый взгляд на подругу, спросила Ирина.

— Да, — Пётр поежился и внутренне напрягся.

— В смысле? — Катя изумленно уставилась на присутствующих. — В каком еще кресле?

— В инвалидном. Я сама многого не знаю, слышала от Носа, — начала Домаер. — Полгода или около того на Рид и ее мужа было совершено покушение.

— Она еще и замуж вышла! — ахнула подруга. — И ты ничего не сказала?

— В результате которого она стала вдовой и перестала ходить.

— И ты говоришь мне об этом только сейчас? — Пылинки взметнулись на журнальном столе, а браслет на руке у Ветровой засверкал.

ПЁТР

— Не знала, что для тебя важна эта тема, — усмехнулась Ирина. — К тому же ты была несколько занята, охмуряя магистра.

— Я не… Мы на самом деле…

— Увольте, — Даня хлопнул себя по бедрам. — Я учусь у этого магистра. И ты моя сестра. А потому выслушивать про ваши отношения я не буду. Пошли, бро. Родителям привет.

Юноша поспешно вскочил с кресла и направился к выходу.

Бельский глянул на девушек. Одна из них «переваривала» полученную информацию, а другая разглядывала из-под пушистых ресниц удаляющегося друга.

«А вот это уже интересно. Неужели Даня заинтересовал Домаер?»

Глава 8

Работаем дальше

— Ух, чуть было не спалились, — выдохнул Даня, ступив на плитки телепортационного зала в магической школе.

— Согласен, — Пётр, как и большинство лишенных магии, не любил телепортироваться. Но деваться было некуда. В зале никого не было, а друг на то и друг, что принимает тебя таким, какой ты есть. Потому юноша не скрывал недовольное и перекошенное от негодования лицо. — Ты молодец, вовремя сориентировался.

— Я серьезно не намерен был слушать про шашни между сестрой и Березой, — бегло оглянувшись по сторонам, тихо шепнул Ветров. — Как потом мне на занятия ходить? Представлять, как они… фу, не хочу, — скривился Даня.

— А они уже были вместе? — не удержался Пётр, чтобы не подколоть друга.

— Что? Ну ты и козел, — Даня стукнул друга по плечу. — Блин, ты тощий и острый. Тебя даже побить нельзя, боюсь сломать. Не хочу думать о Кате и магистре, своих дел по горло.

— И правильно. Ты лучше подумай, как с Ларой дров не наломать. Если она узнает, что ты положил глаз на Домаер, то скандал будет. А нам лишние скандалы не нужны.

Даня насупился и всю дорогу до общежития обиженно молчал.

— Разве я виноват, что она такая сногсшибательная? — перед их комнатой поинтересовался Ветров. — И такая маленькая. Так и тянет ее защитить.

— Ты на рост не смотри. Она безопасница, на лопатки любого уложит. Хоть с браслетом, хоть без.

— Это да. Холковский тренировал ее.

Видя непонимание в глазах Петра, Даня поспешил пояснить:

— Это безопасник, который пропустил налет на лагерь в Болгарии. Я на него тогда здорово злился. Но как оказалось, мужик на больничной койке валялся. А вообще, он крутой безопасник. И такой же, как ты.

— В смысле? — Пётр растянулся на кровати.

— Из приюта «Маргаритки». Оттуда попал в школу, а потом и к безопасникам на службу. Говорят, — Даня заговорщицки улыбнулся, — ему агент Бри благоволит.

— И откуда ты все это знаешь?

— Сестра обозреватель. Она много чего знает, — самодовольно ответил друг.

— И нам тоже не помешало бы узнать.

— Да ты — зануда, бро.

The Neighbourhood — Cry baby