— Да, в самом центре что-то блестит очень сильно, — подтвердил Координатор. — Какой она может быть величины, как ты думаешь?

— Если деревья внизу такой же высоты, как в овраге… то самое меньшее десять метров.

— В диаметре? Я тоже так думаю. Минимум десять.

— Оба исчезли там, — показал Доктор на последнюю, заслоняющую перспективу, линию холмов. — Мы ведь тоже туда пойдем, правда?

Он начал спускаться по склону, размахивая руками. Остальные поспешили за ним.

— Мы должны приготовиться к первому контакту, — сказал Кибернетик. Он то кусал, то облизывал губы.

— То, что произойдет, невозможно предвидеть. Спокойствие, благоразумие, самообладание — это единственные решения, которые мы можем принять, — сказал Координатор. — Но, может, будет лучше, если мы изменим порядок. Один — разведчик — впереди, и один сзади. И немного больше растянемся.

— Стоит ли нам появляться открыто? Пожалуй, будет лучше, если мы постараемся сначала как можно больше увидеть, пока нас не заметили, — быстро сказал Физик.

— Ну… специально прятаться не следует, это всегда выглядит подозрительно. Но, естественно, чем больше мы увидим, тем наше положение будет выгоднее…

Решая вопросы тактики, они спустились вниз и, пройдя несколько сотен шагов, оказались у первой загадочной линии.

Она немного напоминала след старого земного плуга: почва была мелко разрыхлена, как бы вспахана, и выброшена на обе стороны борозды, шириной не больше двух ладоней. Поросшие мхом углубленные «газончики», обнаруженные во время первой экспедиции, были аналогичных размеров, но существовало одно довольно серьезное отличие: там окружающая борозду земля была голой, а она сама — покрыта мхом, здесь же, наоборот, через сплошной ковер беловатых лишайников шла полоса перемолотого обнаженного грунта.

— Странно, — проговорил Инженер, поднимаясь с колен и вытирая вымазанные глиной пальцы о комбинезон.

— Знаете что? — сказал Доктор. — Я думаю, что те, на севере, должно быть, очень старые, давно заброшенные, потому они и заросли здешним райским мхом…

— Возможно, — бросил Физик, — но что это такое? Наверняка не колесо; от колеса был бы совсем другой след.

— А может, какая-нибудь сельскохозяйственная машина? — подсказал Кибернетик.

— Ну да, обрабатывает почву на ширине десять сантиметров?

Они перешагнули борозду и пошли дальше, напрямик к другим полосам. Уже шагая вдоль опушки небольшой рощицы, которая своим глухим шумом мешала разговору, они услышали доносящийся сзади пронзительный заунывный свист и инстинктивно бросились за деревья. Над лугом по прямой, со скоростью курьерского поезда, мчался отвесный сияющий вихрь. Его кромка была темной, а в центре ярко светился то фиолетовым, то оранжевым огнем чечевицеобразный выступ диаметром в два-три метра.

Люди подождали, пока сверкающая машина исчезла вдали, и двинулись за ней. Чувствуя себя довольно неуверенно и непрерывно оглядываясь назад, они пересекали теперь широкое открытое пространство. Цепь холмов, соединявшаяся неглубокими седловинами, была уже совсем близко, когда снова раздался протяжный свист. Укрыться было негде, и люди просто попадали на землю. В каких-нибудь двухстах метрах от них пролетал вращающийся диск, с центральным утолщением, на этот раз небесно-голубого цвета.

— Этот, пожалуй, метров двадцать высотой! — возбужденно шепнул Инженер.

Они поднялись с земли. Между ними и холмами раскинулась котловина, разделенная посредине странной цветной полосой. Подойдя совсем близко, они увидели ручеек с просвечивающим под водой чистым песчаным дном. Оба его берега переливались яркими красками; прозрачную воду обрамлял пояс синеватой зелени, по обеим сторонам шли бледно-розовые полосы, а еще дальше серебристо искрились гибкие растения, густо увешанные большими, с человеческую голову, пушистыми шарами; над каждым из них возносилась трехлепестковая чаша огромного, белого как снег, цветка. Засмотревшись на эту необыкновенную радугу, люди пошли медленнее. Когда они уже приближались к пушистым шарам, ближайшие белые «цветы» неожиданно затрепетали и медленно поднялись в воздух. Мгновение они висели трепещущей стайкой над головами людей, издавая слабый звон, а потом взметнулись вверх, сверкнули на солнце ослепительной белизной взвихрившихся «лепестков» и улетели, чтобы опуститься в чащу светлых шаров на другой стороне ручья. Там, где к ручью подходила борозда, его берега, словно мостик, соединяла арка из стеклянистого вещества, с правильно расположенными круглыми отверстиями. Инженер ногой попробовал прочность мостика и медленно перешел на другую сторону. Едва он очутился там, из-под его ног взметнулись тучи белых «цветов», — они начали беспокойно кружиться над ним, как стая вспугнутых голубей.

Набрали воды из ручья, чтобы потом, вернувшись на корабль, исследовать ее состав, и двинулись дальше. Доктор сорвал одно из маленьких растений, образовывавших розовую полосу, и вставил его в петлю своего комбинезона, словно цветок. Весь стебель растения был облеплен прозрачными шариками телесного цвета. Их запах показался Доктору чудесным. Хотя никто об этом не говорил, но всем жаль было покидать этот очаровательный уголок.

Дальше тянулся пологий склон, поросший шелестящим под ногами мхом.

— Там, на вершине, что-то есть! — вдруг показал Координатор.

Выше на фоне неба шевелился предмет неопределенной формы, то и дело испускавший ослепительные вспышки. Когда до вершины оставалось несколько сотен шагов, люди разглядели что-то вроде низкого вращающегося купола. В его боках, покрытых зеркальными секторами, отражались то солнечные лучи, то фрагменты окружающего пейзажа.

Чуть дальше, на одной из вершин, виднелось другое подобное сооружение; вернее, о его существовании можно было догадаться по равномерным вспышкам и мерцанию. А еще дальше искрящихся точек становилось все больше, они равномерно возникали на вершинах до самого горизонта.

С перевала люди наконец заглянули в глубь невидимого до тех пор пространства.

Плавный спуск переходил в волнистые поля, через которые тянулись длинные шеренги остроконечных мачт. Самые дальние исчезали у подножия лазурной конструкции, еле видной сквозь массив воздуха. Над ближними мачтами воздух отчетливо дрожал вертикальными столбами, как будто был сильно нагрет. Между рядами мачт вились десятки борозд, они сходились в пучки, разбегались, перекрещивались и вели все в одну сторону — на восток к горизонту. Там бледной, размазанной мозаикой неправильных изломов, возвышений, золотистых и серебристых шпилей вырисовывалось множество построек, слившихся в голубовато переливающуюся массу. Небосклон в той стороне был немного темней, кое-где к нему взмывали струи молочного пара и расплывались грибом в тонком слое не то тумана, не то тучи, в которой, напрягая взгляд, можно было рассмотреть показывавшиеся и исчезавшие черные точечки.

— Город… — шепнул Инженер.

— Я его видел… тогда… — так же тихо сказал Координатор.

Они начали спускаться вниз. Первая шеренга мачт или столбов перерезала им дорогу у конца склона.