— Наверно, стрелки заело, — спокойно сказал Координатор, как будто не видел, что делается с Физиком. Ему трудно было говорить — так сильно он сжимал перед этим зубы.

— Девяносто, восемьдесят один, семьдесят два!.. — равномерно выкрикивал Доктор.

— Пора!! — крикнул Инженер и рукой в большой красной перчатке перекинул главный переключатель.

Генератор взвыл и начал терять обороты.

Инженер бросился к компрессору и перекрыл оба входных вентиля.

— Сорок шесть, сорок шесть, сорок шесть, — мерно бубнил Доктор.

Турбина перестала забирать кислород из баллонов. Лампы быстро бледнели, становились все темнее.

— Сорок шесть, сорок шесть… — выкрикивал из колодца Доктор.

Вдруг лампы скачком вспыхнули. Генератор вращался еле-еле, но ток был, все включенные приборы показывали растущее напряжение.

Физик уселся на пол и закрыл лицо руками. Было почти тихо. Ротор генератора басовито шумел, он вращался все медленнее, потом несколько раз качнулся, вздрогнул и остановился.

— Сорок шесть… сорок шесть… — продолжал Доктор.

— Какая утечка? — спросил Координатор.

— В норме, — ответил Кибернетик. — Видимо, перед этим пробило на максимуме торможения: автомат успел зацементировать, прежде чем замкнуло.

Кибернетик больше ничего не сказал, но каждый понял, как он гордится этим автоматом. Одной рукой он украдкой придержал другую — у него дрожали пальцы.

— Сорок шесть… — причитал Доктор.

— Да хватит тебе! — заорал вдруг в глубину колодца Химик. — Уже не нужно! Реактор дает ток!

Все молчали. Реактор работал как всегда — бесшумно. В стальной горловине показалось бледное, окаймленное темной бородой лицо Доктора.

— Правда? — сказал он.

Никто ему не ответил. Все смотрели на приборы, словно не могли насытиться видом стрелок, неподвижно стоящих в рабочих положениях.

— Правда? — повторил Доктор и начал беззвучно смеяться.

— Ты чего это! — сердито сказал Кибернетик. — Перестань.

Доктор выбрался наверх, уселся рядом с Физиком и тоже стал не отрываясь смотреть на приборы.

Никто не знал, как долго это продолжалось.

— Знаете что?.. — сказал молодым свежим голосом Доктор.

Все посмотрели на него, словно проснувшись.

— Я еще никогда не был таким счастливым, — прошептал он и отвернулся.

Глава четвертая

Поздними сумерками Координатор вместе с Инженером вышел на поверхность подышать свежим воздухом. Они сели на кучу земли и загляделись на краешек красного, как рубин, солнечного диска.

— Я не верил, — буркнул Инженер.

— Я тоже.

— Этот реактор — неплохая работа, а?

— Солидная земная работа.

— Подумай, выдержал.

Они помолчали.

— Отличное начало, — заговорил Координатор.

— Мы работаем немножко слишком нервно, — заметил Инженер. — Это ведь — бег на длинную дистанцию. Между нами говоря, мы сделали что-нибудь около одной сотой того, что нужно сделать, чтобы…

— Я знаю, — спокойно ответил Координатор. — Впрочем, еще неизвестно…

— Гравиметрический распределитель, да?

— Не только. Рулевые дюзы, весь нижний отсек.

— Сделаем.

— Угу.

Невидящий взгляд Инженера неожиданно наткнулся на продолговатую невысокую насыпь сразу за вершиной холма — место, где закопали останки погибшего обитателя планеты.

— Совсем забыл… — сказал он удивленно. — Как будто это случилось год назад.

— А я нет. Все время думаю об этом… о нем. Из-за того, что Доктор нашел в его легких.

— Что? А, верно, он что-то такое говорил. Что это было?

— Игла.

— Игла?!

— А может, и не игла, — посмотри сам. Это в банке, в библиотеке. Кусочек тонкой трубки, обломанный, с острым концом, срезанным наискось, как у медицинских игл для уколов.

— Как же это?..

— Больше я ничего не знаю.

Инженер встал:

— Это поразительно, но… но я сам не понимаю, почему это меня так мало интересует. Собственно, если говорить честно, почти совсем не интересует. Знаешь, я чувствую себя сейчас, как перед стартом. Или как пассажир самолета, который на несколько минут сел в чужом аэропорту, вмешался в толпу туземцев, был свидетелем какой-то странной, непонятной сцены, но знает, что не имеет к этому городу отношения, что через минуту улетит, и все окружающее доходит к нему как бы с большого расстояния, чужое и безразличное.

— Мы еще не отлетаем…

— Я знаю, но у меня такое ощущение.

— Пошли к ребятам. Мы не можем лечь, пока не заменим все времянки. И предохранители нужно установить как следует. Реактор может потом работать вхолостую.

— Ладно, пошли.

Ночь провели в ракете, не гася малых ламп. Время от времени кто-нибудь просыпался, бессмысленными глазами смотрел на горящие огоньки и, успокоенный, засыпал. Утром все встали отдохнувшими. Первым был запущен простейший полуавтомат-уборщик, который то и дело беспомощно застревал в громоздившихся повсюду завалах. Кибернетик, ходивший за ним с инструментами, вытаскивал его, как таксу из лисьей норы, убирал слишком крупные для захвата уборщика обломки и снова его запускал. Полуавтомат поспешно двигался вперед, яростно вгрызался в очередную груду мусора, и все повторялось сначала. После завтрака Доктор опробовал свою бритву и появился перед товарищами как бы одетый в бронзовую полумаску: верхняя часть лица у него была обожжена солнцем, а низ — совершенно белый. Все последовали его примеру и с трудом могли узнать друг друга в заморышах с выступающими скулами.

— Нужно получше питаться, — заключил Химик, с отвращением рассматривая в зеркале собственное отражение.

— Как ты относишься к свежей дичи? — поинтересовался Кибернетик.

Химик вздрогнул:

— Благодарю покорно. Даже не говори мне об этом. Только сейчас вспомнил. Мне снилась эта… это…

— Это животное?

— Черт его знает, животное ли это?

— А что?

— Какое животное сумело бы запустить генератор?

Все прислушивались к их разговору.

— Доказано, что все существа на высшей ступени развития изобретают ту или иную одежду, — сказал Инженер, — а это двутелое создание было голым.

— Как ты сказал? Голым? — вмешался Доктор.

— А что такое?

— А то, что о корове или обезьяне ты не сказал бы, что они голые.

— У них есть шерсть.

— Бегемот или крокодил не имеют шерсти, но их ты тоже не назвал бы голыми.

— Ну и что из этого? Просто я так сказал.

— Вот именно.

Ненадолго все замолчали.

— Скоро десять, — заговорил Координатор. — Мы отдохнули, думаю, что теперь сделаем набег в другом направлении. Инженер должен был приготовить электрожекторы, — как с этим?

—