— Какое-то сумасшествие, — испуганно сказал Химик.

Но Инженер почему-то совсем не был потрясен.

— Очень интересно, — сказал он, и все пошли дальше.

Было около четырех часов, когда Координатор решил возвращаться. Они вышли на равнину, освещенную еще высоко стоявшим солнцем, и зашагали к оставленному неподалеку снаряжению.

— Ну, понемногу проясняется, — заявил Инженер.

— Серьезно? — с оттенком иронии бросил Химик.

— Да, — подтвердил Координатор. — Что ты об этом думаешь? — обратился он к Доктору.

— Это труп, — ответил Доктор.

— Что значит — труп? — спросил Химик, который ничего не понимал.

— Труп, который двигается, — добавил Доктор. Некоторое время шли молча.

— Могу я наконец узнать, что это значит? — спросил не без раздражения Химик.

— Дистанционно управляемый комплекс для производства различных деталей, который с течением времени совершенно разрегулировался, так как его оставили без всякого присмотра, — объяснил Инженер.

— Ага! И как давно, по-твоему?

— Этого я не знаю.

— С очень большим приближением и с не меньшим риском можно высказать гипотезу, что… самое меньшее несколько десятков лет, — сказал Кибернетик.

— Но возможно, еще раньше. Если бы я узнал, что это случилось двести лет назад, я бы тоже не удивился.

— Или тысячу, — флегматично добавил Координатор.

— Как ты знаешь, автоматы контроля разрегулируются в темпе, соответствующем коэффициенту иррадиации, — начал Кибернетик, но Инженер его прервал:

— Они могут работать на ином принципе, чем наш, да и вообще мы ведь даже не знаем, электронные ли это системы. Лично я сомневаюсь. Материал какой-то неметаллический, полужидкий.

— Подробности не имеют значения, — сказал Доктор, — но что вы думаете об этом? Я имею в виду, какие вы составляете гороскопы? Я-то в полной темноте.

— Ты имеешь в виду жителей планеты? — спросил Химик.

— Да, я имею в виду жителей планеты.

Глава третья

Поздно ночью путешественники добрались до холма, над которым возвышался корабль. Чтобы возвратиться побыстрее и избежать встречи с обитателями зарослей, они пересекли паучий лес в том месте, где кусты расступились на несколько метров, как будто их развалил на стороны какой-то гигантский плуг.

Внезапные сумерки накрыли равнину, когда косой силуэт ракеты был уже отчетливо виден, — не пришлось даже зажигать фонарей. Все проголодались, но еще больше — устали, поэтому решили разбить палатку и сразу лечь спать. Умиравший от жажды Физик отправился по туннелю в корабль и довольно долго не возвращался. Палатка была уже почти установлена, когда из-под земли раздался его крик. Кто-то подскочил к лазу и помог Физику выбраться на поверхность. У него тряслись руки. Он был так взволнован, что едва мог говорить.

Координатор схватил его за плечи.

— Там, — Физик показал на темнеющий над ними корабль, — там кто-то был.

— Что?

— С чего ты взял?

— Кто был?

— Не знаю.

— Как же ты узнал, что был?

— По… следам. По ошибке я зашел в навигационную рубку. Там было полно земли — ее нет.

— Как это нет?!

— Нет. Там почти чисто.

— А где же земля?

— Не знаю.

— Ты заходил в другие помещения?

— Да. То есть я… забыл, что в рубке была земля, и сначала ничего такого не подумал, я хотел напиться, пошел на склад, нашел воду, но мне ее было не во что набрать, тогда я пошел в твою каюту, — он посмотрел на Кибернетика, — там…

— Что там, черт подери?

— Все покрыто слизью.

— Слизью?

— Да, прозрачной, липкой слизью, — наверное, она еще осталась у меня на ботинках! Я ничего не видел, а потом почувствовал, что у меня прилипают подошвы.

— Но возможно, что-нибудь вытекло из цистерн или произошла какая-нибудь химическая реакция; ты же знаешь, в лаборатории перебита половина посуды.

— Не говори глупостей! Посвети мне на ноги.

Пятно света ушло вниз, появились ботинки Физика, местами отсвечивающие, как бы обтянутые пленкой бесцветного лака.

— Это еще не значит, что там кто-то был, — неуверенно сказал Химик.

— Да я ведь даже тогда не сообразил! Взял кружку и вернулся на склад. Я чувствовал, что подошвы у меня прилипают, но не обратил на это внимания. Напился воды, а когда возвращался, мне почему-то взбрело в голову заглянуть в библиотеку, сам не знаю зачем. Мне было немного неспокойно, но ни о чем таком я не думал. Открыл дверь, посветил, а там чисто — ни крошки земли! А ведь туда-то землю я сам таскал и сразу же это вспомнил, а уж потом и про то, что в рубке она тоже была.

— А дальше что? — спросил Координатор.

— Ничего, побежал сюда.

— Может, он еще там — в рубке или в другом складе, — вполголоса сказал Кибернетик.

— Не думаю, — проговорил Координатор.

— Надо бы туда сходить… — громко размышлял Химик, но видно было, что он не особенно рвется осуществить этот проект.

— Покажи-ка еще раз свои ботинки, — произнес Координатор.

Он внимательно осмотрел засохшую блестящую пленку, которая прилипла к коже.

— Нужно что-то делать, — отчаянным голосом сказал Кибернетик.

— Еще ничего не случилось. Какой-то представитель здешней фауны влез внутрь корабля и, не обнаружив ничего для себя интересного, удалился, — сказал Координатор.

— Наверное, дождевой червь, да? Примерно с акулу или с двух акул, — бросил Кибернетик. — Что же произошло с землей?

— Это действительно странно. Может…

Не договорив, Доктор начал кружить около ракеты. Его силуэт удалялся в ореоле светового пятна, которое то концентрировалось низко у земли, то, бледнея, убегало во мрак.

— Эй, — крикнул вдруг Доктор. — Эй! Нашел!

Все подбежали к нему. Он стоял над длинным, в несколько метров, валом утрамбованной и кое-где покрытой клочьями блестящей тонкой пленки земли.

— Кажется, это и вправду какой-то дождевой червь, — выдавил Физик.

— Придется ночевать в ракете, — внезапно решил Координатор. — Сначала обыщем ее для верности, а потом закроем люк.

— Да ты что? Это же займет всю ночь: мы ни разу не заглядывали во все помещения, — простонал Химик.

— Ничего не поделаешь.

Они оставили надутую палатку на произвол судьбы и нырнули в туннель.

Время шло, а люди бродили по кораблю, тщательно осматривая каждый уголок. Физик