пальцы в отверстия, быстро полез вверх. Координатор взбирался вслед за ним. Инженер первым очутился под гондолой, схватился за один из нижних выступов, начал там что-то делать, слышно было, как металл звякает о металл, потом приподнялся и скрылся внутри. Немного погодя высунулась его рука, Координатор схватил ее, и они оба очутились наверху. Довольно долго ничего не происходило, потом пять растопыренных лепестков гондолы медленно закрылись, не издав ни малейшего звука. Люди внизу невольно вздрогнули и отступили назад.

— Что это был за огненный шарик? — спросил Доктор Физика.

Они оба, не отрываясь, смотрели вверх. В гондоле двигались туманные неясные тени.

— Похоже на маленькую шаровую молнию, — неуверенно сказал Физик.

— Но его выпустило это животное!

— Да, я видел. Может, это какое-нибудь здешнее, электрическое… Смотри!

Ажурный многоугольник неожиданно вздрогнул и зазвенел, поворачиваясь вокруг своей вертикальной оси. Поддерживающие его лапы беспомощно разъехались, и он чуть не упал. В последний момент, когда он угрожающе наклонился, снова что-то зазвенело, на этот раз резким высоким тоном, вся конструкция растаяла в сверкающем вращении, и слабый ветерок охватил стоявших внизу. Круг вращался то быстрее, то медленнее, но не двигался с места. Он взревел, как двигатель огромного самолета, комбинезоны стоявших поодаль людей рванула воздушная струя, они отступили еще дальше, одна, потом другая опорные лапы поднялись и растворились в сверкающем вихре. Вдруг, словно выстреленный из пращи, огромный круг понесся по борозде, выскочил из нее и неожиданно затормозил. Он рыл и выбрасывал землю, устрашающе рыча, но двигался очень медленно. Наконец он снова попал в борозду, помчался по ней с бешеной скоростью и через несколько секунд превратился в маленький дрожащий огонек на склоне у леса.

Возвращаясь, он еще раз выскочил из пропаханной борозды и снова пополз лениво, как бы с усилием, окруженный у основания облачком выброшенной в воздух перемолотой земли.

Послышался звон, из сверкающего вихря появился тонкий ажур конструкции, гондола открылась, и Координатор, высунувшись, позвал:

— Лезьте наверх!

— Что? — удивился Химик, но Доктор уже понял:

— Поедем на этой штуке.

— А мы поместимся все? — спросил Кибернетик, держась за металлическую опору.

Доктор уже карабкался вверх:

— Как-нибудь поместимся, давайте!

Несколько дисков промелькнуло у леса, но людей с них, очевидно, не заметили. В тесной гондоле могло как-нибудь устроиться четверо, но для шестерых места не было, — двоим пришлось лечь ничком на вогнутое дно. Знакомый горьковатый запах неприятно щекотал ноздри, они осознали все, что случилось, и их оживление ушло. Лежавшие внизу Доктор и Физик видели только стык удлиненных плит, над их головами послышался пронзительный свист, и они почувствовали, что экипаж движется. Почти сразу же плиты днища стали прозрачными, и с высоты двух этажей они увидели равнину, как будто плыли над ней на воздушном шаре. Вокруг что-то шумело. Координатор лихорадочно переговаривался с Инженером. Они управляли машиной, устроившись в неестественных, очень неудобных позах около перепончатого выступа в носу гондолы. Каждые несколько минут они в страшной тесноте сменялись, тогда Химику и Кибернетику приходилось почти падать на Доктора и Физика.

— Как это действует? — спросил Химик Инженера, который, всунув обе руки в глубокие отверстия перепончатой выпуклости, удерживал экипаж на прямой.

Машина быстро двигалась по борозде, пропаханной среди поля. Из гондолы вообще не было видно вращения, — казалось, она плывет по воздуху.

— Понятия не имею, — простонал Инженер. — У меня судороги, давай ты! — Он отодвинулся, давая место Координатору.

Гигантский ревущий круг закачался, выскочил из борозды, резко затормозил и начал круто поворачивать. Координатор с трудом впихивал руки в отверстия рулевого устройства. Через мгновение он вывел гигантский волчок из виража, и ему удалось снова войти в борозду. Диск помчался быстрее.

— Почему это так медленно едет вне борозды? — снова спросил Химик.

Чтобы удержать равновесие, он опирался на плечи Инженера. Между его расставленными ногами лежал Доктор.

— Говорю тебе, не имею ни малейшего понятия! — заорал Инженер, массируя себе кисти, на которых багровели кровавые подтеки. — Равновесие удерживает по принципу гироскопа, а больше я ничего не знаю.

Вторая цепь холмов осталась позади. Местность, уже отчасти знакомая по пешей прогулке, с высоты просматривалась великолепно. Вокруг свистел едва различимый обод. Борозда вдруг изменила направление. Чтобы вернуться к ракете, нужно было свернуть на целину. Скорость упала сразу же, диск не делал даже двадцати километров в час.

— Они почти беспомощны вне борозды, об этом нужно помнить! — заорал Инженер, перекрывая свист и звон.

— Смена! Смена! — позвал Координатор.

На этот раз маневр прошел довольно гладко. Диск поднимался на крутой склон очень медленно, немного быстрее, чем хороший пешеход. Инженер отыскал вдали выемку, которая вела к равнине. Машина уже въезжала под нависшие над глинистым оползнем деревья, когда у него начались судороги.

— Бери! — крикнул он пронзительно и вырвал руки из отверстий.

Координатор почти вслепую рванулся, чтобы его заменить, огромный круг наклонился и опасно приблизился к рыжему обрыву. Вдруг что-то заскрежетало, раздался треск, свистящая мельница задела кромкой крону дерева, в воздухе закружились поломанные ветки, гондола резко подскочила и с адским грохотом свалилась набок. Вырванное с корнем дерево взметнулось к небу, в последний момент двигающийся обод рванул его вниз, над разбитой, зарывшейся в обрыв машиной с шипением лопнули тысячи пузырьковых листьев, поднялась туча беловатых грибовидных семян, и все утихло. Гондола вдавленным боком упиралась в откос.

— Экипаж! — механически сказал Координатор, встряхивая головой. Его оглушило, уши были словно заложены ватой. Он с удивлением смотрел на клубы парящих беловатых пылинок.

— Первый, — простонал Инженер, поднимаясь с пола.

— Второй. — Голос Физика доносился снизу.

— Третий, — с трудом проговорил Химик, зажимая рот: с подбородка у него стекала кровь.

— Четвертый, — сказал Кибернетик, его отбросило назад, и с ним ничего не случилось.

— Пя… тый… — выдавил Доктор, он лежал под всеми на самом дне гондолы.

И вдруг все разразились каким-то безумным смехом.

Они лежали друг на друге, засыпанные толстым слоем щекочущих пушистых семян, попавших внутрь через верхние прорези гондолы. Инженер мощными ударами пытался открыть ее лепестки. Все, вернее те, кому позволяло место, уперлись плечами, руками, спинами в прогнутую поверхность. Обшивка задрожала, послышался слабый треск, но гондола не открывалась.

— Опять? — спокойно спросил Доктор. Он не мог даже шевельнуться. — Знаете, мне это надоело! Эй, кто там — слезь с меня сейчас же, слышишь!

Хотя положение