зрелище. Белоснежный, почти стерильный лес Застывших Душ был превращён в бойню. Безупречная трава была испачкана чёрной некротической слизью и осколками костей, белые стволы деревьев исцарапаны когтями и забрызганы грязью. Воздух, прежде тихий и застывший, теперь дрожал от воплей умирающих Воров, звона цепей и глухих ударов о камень о камень.

Я думал, что вот это — уже край. Что сейчас Йон порежет всех оставшихся Воров в капусту и всё.

Ага. Два раза «ага».

Мир вокруг взорвался фиолетовыми вспышками.

По всей поляне, одновременно, начали открываться остальные разломы. Те самые, что я видел на карте белого сада перед тем, как шагнул в Цитадель Забытых. Железные, бронзовые — все разом.

Из каждого хлынули монстры. По придурошной Системе нельзя сказать уверенно о том, что находится внутри любого из разломов. Название разлома может быть чем-то в духе «Счастливый сад у бабушки в гостях». А после попадания вовнутрь: «Осколок мира Ха-ар, попытка воссоздать Ад номер 15». В таком духе.

Поэтому я ничуть не удивился, когда из разлома рядом с нами полезли наружу химеры. Твари, такие, какими их себе и представляли люди во всяких фэнтези — с похожими на львиные головы и телами, со змеиными хвостами, с крыльями за спиной. Что примечательно — было их немного. Штук двадцать самое большее… влияло ли то, что в разломах, куда захожу я, обычно огромное количество монстров? Понятия не имею. Это был всего лишь один разлом.

Элементали, големы, зомби, рыбы…

Если последнее показалось мне на секунду смешным, то уже в следующую стало как-то не по себе. Самая настоящая живая волна из рыб набросилась на химер, подминая их под собой. И это было только пара разломов. В общей сложности, только из того что Йон наблюдал моими глазами, — я насчитал семнадцать разных видов монстров. Разных как внешностью, так и уровнями, поведением.

В локации буквально стало тесно, некогда белая поляна превратилась в месиво из разношёрстных монстров, каждый из которых был готов убивать всё, что движется. Центральное скопление воров потеснили ближе ко мне, но Йон был этому только рад, если я правильно ощущаю его эмоции.

Он стоял и лыбился от уха до уха в центре этого хаоса. В моём изломанном, истерзанном теле.

Чёртов психопат.

Химера прыгнула на меня… на него. Йон даже не повернул голову — просто отклонился, и клыки щёлкнули в воздухе. Контратака пришлась согнутой ковшом рукой в шею. Обращённые в когти Древней Формы пальцы легко пробили её. Раздался хруст позвонков. Химера рухнула мёртвой тушей и меня одарило опытом.

Стоит признаться, что я даже реагировать толком на то, что он вытворяет, не успеваю. Пока я фиксировал в сознании убийство химеры сорок-какого-то там уровня, Йон в это время умертвил ещё двоих Воров, стукнув их камни друг о друга.

Элементаль льда метнул ледяной шип в сторону рыб. Йон, в прыжке проносящийся мимо, удирающий от крупного голема-Источника, поймал снаряд на лету левой рукой, развернулся и швырнул обратно, пробивая ядро монстра насквозь.

Приземлившись, Йон нырнул под очередного Вора, оказался у ног монстра и ударил в колено, вырывая цепь. Схватившись за неё, крутанул, опуская и раскалывая камень об поток рыб, которые сейчас попали под ноги всем присутствующим и начали те самые ноги беспощадно жрать. Камень треснул от удара, осколки разлетелись во все стороны.

Всё это заняло секунд пять-шесть.

Я наблюдал изнутри, пытаясь осознать происходящее. Боль от руны на животе заливала сознание волнами агонии. Каждое движение тела отдавалось новым всплеском агонии. Мне стало интересно. Ведь, если это исполняет Йон в моём теле, в таком уставшем, больном и практически предсмертном состоянии… то я в теории тоже могу так сделать. Стараясь игнорировать режущую и сводящую с ума тупую боль, продолжил жадно впитывать все те выкрутасы, что он показывал.

И Йон показывал щедро, нарезая круги по поляне дальше.

Меч Охотника снова материализовался в руке — я не понял, когда он успел его призвать. Широкий горизонтальный взмах — Вор Знаний потерял верхнюю половину туловища. Разворот — удар сверху вниз, разрывающий химеру пополам. На этом Йон не остановился, он прервался впервые с начала боя и полез во внутренности выпотрошенного монстра. Спустя секунду у него было в руке всё ещё горячее, но уже не бьющееся сердце. Зачем оно ему, я даже подумать не успел.

Ответ пришёл тут же. Он просто грызанул его и погнал себе дальше в бой. Сказать, что вкус у этого явства был отвратителен, — не сказать ничего. Но это так же придало сил. Будто несколько чашек кофе разом влил в себя. Но для Йона существует особенное выражение: «Как слону дробина». В его случае оно применяется практически ко всему: от попытки нормально поговорить и до получения боли, или вот такого стимулятора.

Короче, теперь он начал жрать сердца химер. Точнее, надкусывать их и выкидывать. А ещё я впервые сегодня увидел, как погрызанное сердце сломало камень. Йон кинул его слишком сильно, хотя… зная эту машину убийства — сделано это было нарочно. И объяснять как и зачем мне никто не собирается. Потом спрошу, если не сойду с ума окончательно или не помру здесь.

Не ссы.

Железным монстрам доставалось больше всего и умирали пачками. Йон проходил сквозь них, будто сквозь бумагу. Удар — труп. Пинок — два трупа.

Бронзовые держались не сильно дольше. Единственная первая проблема Йона приключилась тогда, когда он полез сражаться с големами. Монстры эти были медленными, но их броня выдерживала удары. Приходилось бить дважды, трижды. Находить слабые места — стыки плит, трещины в камне.

Мне бы, по крайней мере, пришлось. Йон не замедлялся. Он просто бил туда так точно, будто сам был големом.

Удар в колено — треск. Удар в локоть — рука отлетела. Прыжок на спину — меч в шею, между каменными пластинами. Использует его как рычаг, и голем падает без головы, забытый и никому не нужный. Перед глазами Йона уже умирает следующий противник.

Воры тоже не сдавались. Их камни летали по воздуху, цепи свистели. Получалось так, что они, кроме того что поубивали почти половину друг друга, сейчас принимали на себя основной удар.

Меч Охотника треснул. Снова. Лезвие раскололось, рассыпаясь осколками, ушло на самовосстановление в инвентарь.

— Хлам, — бросил Йон.

Долго не думая, он выдрал у ближайшего Вора цепи из туши и начал орудовать ими. У меня теперь создавалось такое впечатление, что это не монстрам должно быть опасно находиться рядом с ним, а