собой, это не срочно, но, поскольку Ришар сейчас на больничном…

На этот раз она меня разоблачила. Почти слышу, как она улыбается в трубку.

— Ты права. Лучше сад в таком виде не оставлять. И потом, Ришар отлично управляется с палетами и с деревом вообще.

— Именно так я себе и сказала.

Кажется, нас с ней это одинаково забавляет. Слышу, как Ришар издали спрашивает:

— В чем дело? Ей нужна помощь?

И Анна отвечает:

— Сейчас я дам тебе трубку, и она сама тебе объяснит.

На прощание она лукаво говорит мне:

— До скорого, Аманда. И береги себя.

В трубке что-то шуршит, а потом раздается на удивление звонкий и веселый голос Ришара.

— Как дела, Аманда?

— Хорошо. А у тебя?

— Отлично.

Врунишка… Кто бы его сейчас услышал — не поверил бы, что он на больничном из-за депрессии.

— Что случилось? — обеспокоенно спрашивает он.

Попался на крючок. У Ришара есть потребность всем помогать — это его слабое место, но в то же время главное достоинство.

— Я неудачно упала и сильно потянула запястье. Врач сказал, что требуется полный покой. Проблема в том, что я много чего начала делать в саду и не только… Я знаю, что ты очень занят на работе, но подумала, что, может быть, у тебя получится приехать в какие-нибудь выходные…

— Знаешь… Я сейчас в отпуске.

— Правда?

— Да. Так что могу приехать, не дожидаясь выходных.

— Как тебе удобнее…

Пауза на несколько секунд. Ришар, похоже, задумался.

— Завтра днем мне надо к врачу, а вечером могу ехать.

— Не торопись. Никакой срочности нет.

— Тогда давай послезавтра. Я могу выехать рано утром и тогда к полудню доберусь до тебя. Тебя это устроит?

— Конечно. Вполне.

— Надо заехать за какими-нибудь лекарствами? Может, нужна мазь от воспаления?

— У меня есть все, что надо.

— Хорошо. Значит, договорились.

И я поспешно прибавляю:

— Возьми с собой какую-нибудь одежду, которую не жалко запачкать. У нас будет работа в саду.

— Хорошо.

— И электропилу, если она у тебя есть. Мне надо, чтобы ты разрезал палеты.

— Я привезу свою пилу и шлифовальную машинку.

— Отлично.

— Что-нибудь еще?

— Пижаму и зубную щетку. Возможно, за день мы не управимся.

Он смеется. Мне удалось рассмешить Ришара.

Я соврала и теперь должна вести себя так, чтобы он ничего не заподозрил. Прежде всего мне надо наложить убедительную повязку на правое запястье и приучить себя поменьше двигать этой рукой, как будто мне больно. Затем — палеты, я же сказала, что они у меня уже есть, значит, надо их найти. И на это у меня всего один день. К счастью, Жюли рассказала мне про завод в двадцати километрах от дома, где я смогу взять эти самые палеты. Назавтра же с утра еду туда.

— Сколько вам их надо?

Я слегка теряюсь.

— Штук двадцать… как минимум.

— Повезете на своей машине?

Он усмехается, не вынимая изо рта сигареты. Он прав.

— Я могу пару раз съездить туда-сюда.

— Вам понадобится ездить туда-сюда не пару раз, намного больше.

Я смущена, и он это чувствует.

— Далеко вы живете?

— Около двадцати километров отсюда.

— В какую сторону?

— В сторону Сейса́.

Он выплевывает окурок и чешет грудь.

— Тогда сделаем вот как: вы заберете с собой столько палет, сколько можно загрузить в вашу машину, а остальные я доставлю вам сегодня вечером, когда поеду домой. У меня фургон. Я живу в Сент-Урсе. Мне по пути.

Даже не знаю, что сказать. Он продолжает:

— Так устраивает вас это или нет?

— Дело в том, что… Спасибо… Я не хотела бы вас затруднять…

— Я же вам говорю, что мне по пути!

— Хорошо… Спасибо.

Кивнув на мою машину, он прибавляет:

— Опустите сиденья, я сейчас принесу палеты.

Опустив все сиденья, мы запихиваем назад четыре