ему верила. Иначе было бы невозможно столько раз и подряд.

— О нет, я ещё очень болен, — тут же вмешался Адриан. — И слаб.

Я готова была зарычать на негодяя в овечьей шкуре.

Слаб?!

— Конечно, Фаррейт, — улыбнулась леди Серра. — Мой сын в надежных руках. А вы знаете, что у него скоро свадьба?

Я сжала руки в кулаки, стараясь подавить возмущение. Сумасшедшая семейка решила меня доконать окончательно.

Фаррейт с нами распрощался и покинул спальню.

Я украдкой посмотрела на Адриана, но его лицо оставалось непроницаемым. Он явно не собирался делиться со мной своими планами на будущее, но и у меня был в запасе план. Вместо этого он сверлил взглядом мать.

— Матушка, — произнес он, — Я бы хотел обсудить с тобой некоторые вопросы. Элли, оставь нас, пожалуйста.

Леди Серра нахмурилась, но ничего не сказала. Что-то происходило, и мне это совсем не нравилось, но мне пришлось выйти и мучиться от неизвестности.

Притаившись за поворотом коридора, я прислушалась к разговору, доносящемуся из приоткрытой двери.

— Матушка, — услышала я голос Адриана, — Я должен знать правду.

— О чём ты, мой дорогой? — В голосе леди Серры снова слышались нотки её наигранного сумасшествия.

— О том артефакте, который ты использовала.

— Ах, ты об этом… — Она вздохнула. — Я лишь хотела помочь тебе найти истинную пару.

— Ты использовала не только артефакт истинности.

Повисла пауза. Я затаила дыхание, боясь пропустить хоть слово.

— Да, — наконец произнесла леди Серра после недолгой паузы. — Я использовала и “стрелы страсти”. Но разве это не к лучшему? Ты наконец-то проявил свои истинные чувства.

Я замерла в ужасе. Так мы не сами “кроликами” стали — нас заставили? Что ж, это многое объясняло.

— Ты манипулировала нами обоими.

— Я лишь хотела, чтобы ты был счастлив, — оправдывалась она. — Она ведь та самая и идеально подходит тебе. Ты уже чувствуешь это, не так ли?

— Ты с ума сошла.

— Ну конечно! — согласилась она. — Ты ведь веришь в это. А мне пришлось разыграть небольшой спектакль, чтобы ты наконец прекратил меня контролировать. Скажем прямо, это было непросто, особенно учитывая, что магии оставались крохи, но я нисколько не жалею.

Это было невозможно слушать. Ноги подкосились, и я опустилась на пол, пытаясь переварить услышанное.

Стрелы страсти? Мало мне было какой-то истинности, так тут ещё и это нарисовалось.

Голоса до сих пор не стихали, а я не знала, как дальше быть.

— Я только подтолкнула вас друг к другу, — донеслось до меня. — Остальное вы сделали сами. Любовь не рождается под действием магии — она живёт в ваших сердцах. А страсть всегда была отличным помощником в таких делах.

Дверь открылась, а я поспешила прижаться к углу, чтобы меня не было заметно, только поздно. Леди Серра уже успела увидеть меня.

— Думала, не замечу? — услышала я голос женщины.

Я выпрямилась и встретилась взглядом с леди Серрой.

— Что вы наделали? — прошептала я, глядя ей прямо в глаза.

Она рассмеялась.

— Дорогая моя, я лишь подтолкнула вас к тому, что и так должно было произойти.

— Но это неправильно!

От одних воспоминаний меня бросило в жар, и я почувствовала, как краснею от смущения.

— Неправильно выкупать девицу и угрожать ей. — Её голос стал мягче. — В мире много всего неправильного и несправедливого.

Она была права. Если бы не магия леди Серры, Адриан мог взять силой то, что купил, нисколько не считаясь с моими чувствами. Я ведь всего лишь купленная на рынке кукла…

— Ты его истинная, призванная из другого мира душа. — Она неожиданно нежно коснулась моей руки. — Артефакт выбрал тебя и призвал.

— Это всё артефакт… Мы же не сами…

— Артефакт указал Адриану на тебя. Интерес, протест, азарт… Всё, что происходило после встречи — это то, что вы и так чувствовали, — перебила она. — Элли, я призвала родную душу для сына, которая идеально подходила ему. Веришь или нет, но “стрелы страсти” лишь усилили то, что уже было между вами. Правда, пришлось вспомнить юные годы и зельеварение, а тут еще и удобный момент с ранением Адриана, но всё прошло как надо. А вот истинность… Она никуда не делась.

— А его рана? Это вы? — Я вспомнила рваную рану на его плече, которая поначалу выглядела просто ужасающе, и пришла в ужас.

— В юности я, конечно, немало охотилась, но практики в последние годы было маловато. Я бы никогда не ранила сына, даже учитывая, что у драконов хорошо развита регенерация, а магия впитывается в раненого. — Женщина хитро сверкнула глазами. — Но я признаю, что немного замедлила его исцеление, чтобы у вас было больше времени на знакомство.

Женщина развернулась и ушла, оставив меня наедине со своими мыслями. И тут до меня дошло — она всё-таки сумасшедшая, просто притворяется нормальной.

Я опустилась на пол, пытаясь сложить компоненты уравнения и понять, что делать дальше.

18

Ноги словно налились свинцом, когда я наконец смогла подняться с пола.

Теперь я даже не знала, как смотреть в глаза Адриану.

Служанки, встреченные по пути, бросали на меня любопытные взгляды, но я не замечала их. Нужно добраться до своей комнаты и всё обдумать.

Дрожащими руками повернула ручку и вошла внутрь. Закрыв за собой дверь, я прислонилась к ней спиной и сползла на пол. Мысли разбегались в разные стороны. Артефакт истинности, зелье страсти, манипуляции леди Серры… Всё это казалось каким-то нереальным кошмаром.

Казалось, что единственным вариантом был побег. Вот только в этом мире я никого не знаю, кроме тех, кто уже показал своё истинное лицо. И Адриана можно было только пожалеть. Он ведь тоже не просил таких чувств.

Правда, казалось, ему не жаль. Он обо всем догадался, но все равно с таким рвением поддавался эмоциям и так… качественно это делал, что у меня до сих пор мурашки бегали по коже, а тело ломило от приятной усталости.

Медленно поднявшись, я подошла к небольшому сундуку с вещами. Открыла его и начала перебирать содержимое.

Взгляду не за что было даже зацепиться.

Я была лишь товаром, купленным на рынке. Но с другой стороны, все складывалось относительно неплохо.

Да, обидно, что использовали меня как вещь, а ведь могли бы и сломать, как других в том бараке, откуда меня забрали.

Я чистая, сытая и почти не ограничена в передвижениях. Меня не нагружают работой, не насилуют и не мучают. Чего же жаловаться? Разве что чувство собственного достоинства несколько помялось от житейской несправедливости.

А если бы леди Серра не призвала меня сюда, то и