придётся очень несладко. Уже поставленная торговля, приносящая колоссальные прибыли, добыча металлов для оружия и брони, источники магии и стихийные порталы, продуктовое снабжение нескольких городков — всё будет прервано при захвате отнорка. Конечно, не единым местом сильны мутанты, но удар вполне может если и не стать критичным для Прибера в его царствовании, то сильно подкосит всё возрастающую мощь, заставив поумерить планы дерро на доминирование в регионе.

Илхарн явно решил сделать ему подарок, доверив выполнение этой важной задачи, более того — представив её для Саргх. Выполнение данной миссии не оставит поводов усомниться в его праве Силы владеть посохом магистра даже у последних недоброжелателей в Фаэр Магтир.

— Я дам тебе вот этих самых саргтлин и две полные сотни во главе с джаббук-саролс…

Чародей покивал, соглашаясь. Разведка отнорка была проведена уже давно и повторялась регулярно, в том числе и им, а разумный план захвата предоставлялся им среди прочих аргументов на совете. Оставалось только его исполнить, причём сил было выделено даже чуть больше запрошенного. Двести двадцать четыре саргтлин Дальней стражи, плюс минимум три с небольшим десятка слабеньких, а иногда и приличных фаэрн уровня мастеров. Остальные бойцы также владели кое-какой магией и были оснащены боевыми артефактами. Такой силой можно было и повоевать.

Кельрака даже посетила шальная мысль перевыполнить задачу, но он загнал её поглубже — сейчас не время для обдумывания подобного, этим он займётся вечером. Куда больше его занимал вопрос практический: кто именно будет командовать приданными силами? Стража — не нежить, не драугры. Живые воины со своим самолюбием, своими представлениями о чести и иерархии. Цринтри без Дома, каким бы могущественным чарующим он ни был, для многих из них останется чужаком, выскочкой, претендентом на то, что ему не принадлежит по праву рождения.

— Кто поведёт саргтлин? — спросил он, не отрываясь от пергамента.

Годорл чуть заметно дёрнул уголком губ — то ли усмешка, то ли судорога от очередного приступа боли.

— Дилаэль ку'Барригим. Джаббук-саролс. Лучший из тех, кого я могу выделить, не оголяя крепость. Криомант, боевой маг четвёртого круга. Силён, хладнокровен. И, что немаловажно, он ставленник Яролила — так что спорить с тобой не станет. По крайней мере, открыто.

Кельрак убрал пергамент, аккуратно сложив его и спрятав во внутренний карман мантии — рядом с уменьшенной книгой Полкотела. Два тонких предмета, одинаково лёгких на ощупь, но несущих в себе совершенно разный вес. Один — ключ к войне. Другой — возможно, к чему-то большему, но об этом думать было пока рано.

— Завтра, к разгару, основной костяк будет ждать тебя у крепости. Остальные, разведка, выдвинутся сегодня, — Годорл внимательно вгляделся в лицо чародея, выискивая там что-то своё. Или наоборот, чего-то не находя. Но он остался доволен. — Без лишних слов. Олот кьёрл дос.

С этим уль'сарук поднялся и направился к выходу, только забрав протянутый пергамент. Его движения были по-прежнему уверенными и точными, но Кельрак заметил то, чего не увидел бы непосвящённый: чуть более медленный поворот корпуса, едва уловимое напряжение в правом плече, мимолётную гримасу при первом шаге. Преобразование брало свою цену, и цена эта росла.

— Алюве, — бросил Годорл напоследок, не оборачиваясь, и вышел из зала.

Кельрак ещё некоторое время сидел в задумчивости, глядя на опустевшую арену внизу. Тренировочный зал без бойцов казался чем-то неправильным — как кузница без огня, как город без жителей. Тени от немногих светильников рисовали на стенах длинные горизонтальные полосы, и, если чуть прищуриться, можно было представить, что это не тени, а трещины, разбегающиеся по камню.

Завтра начнётся Саргх. Его Саргх. То, к чему он шёл — шёл от самого дна, от безродного полукровки без Дома, от мальчишки, которого подобрала в развалинах маленькая серебристоволосая девчонка с пугающим даром видеть то, чего видеть не следует. И если он справится, если сумеет разорить Приберов Отнорок и вернуться с победой — никто, ни один илхарн, ни один магистр, ни даже Круг Девяти не посмеют отказать ему в посохе. А если нет… Что ж, тогда не будет и «если нет», потому что в Подземье проигравших не хоронят. Их просто забывают.

Поддавшись какому-то порыву, мелькнувшей неожиданно в голове мысли, он высвободил источник почти полностью — в этом достаточно защищённом зале мог себе это позволить — и начал было сплетать пространственные чары переноса, но вдруг остановился. Незаконченное сплетение расплылось безобразным пятном дикой магии по прилегающим слоям эфира, корёжа и так бурлящие потоки энергии тренировочного зала. На миг всё замерло, затем фигура чародея пошла рябью, будто от брошенного в воду камня, и втянулась сама в себя, в какую-то микроскопическую точку, прихватив и часть лавки.

Зал опустел.

Глава 5

Глава 5. Шанаал

Хронология: день -2. Вечер. Шанаал.

В это же время, совершенно в другой части города, на Северном склоне, в маленьком отгороженном высоким ажурно-паутинным забором дворике уютного эль'инссригг, ресторанчика Шанаал, прямо в одном из проходов между экспозицией из разноцветных подземных кораллов, на высоте нескольких локтей пространство также всколыхнулось, вытолкнув за мгновение из какой-то трудноуловимой точки черноволосого чародея. Кельрак ловко приземлился на ноги, довольно усмехнулся, повторно поправив заклинанием чуть смявшуюся мантию, и разрушил чарами распыления нечаянно прихваченный кусок лавки. Шанаалом ресторанчик был прозван за огромную чашу причудливого фонтана, из которого била черная маслянистая кровь земли.

Сад дворика встретил его влажным, чуть пряным воздухом — тут, на Северном склоне, ощущалось дыхание верхних пещер, откуда по расщелинам сочилась вода, оседая на стенах тончайшей росой. Кораллы — не морские, а подземные, выращенные столетиями в тёплых водоносных пластах, — светились мягким розовато-лиловым светом, придавая дворику вид экзотического сада. Их ветви, причудливо переплетённые с паутинной лозой, образовывали живые арки, сквозь которые мерцали огоньки крохотных ссун-камней, вправленных в узлы паутины. По стене слева от входа полз мох-люминофор, образуя зеленоватое пятно, похожее на карту неведомого побережья. Чародей невольно задержался на мгновение, вдыхая запах — сырой камень, тёплый грибной мускус и что-то неуловимо цветочное, словно здесь, глубоко под землёй, кто-то заставил цвести само подземье.

С легкой улыбкой на губах он неторопливо преодолел сад. Место считалось престижным, не всякому цринтри было бы по карману столоваться здесь, да не всякого и обслуживать бы стали. Содержала, именно содержала, заведение наследница дома Хельвиарн, единственная дочь патриарха, прекрасная Синаэ. Известная художница и мастерица, она умело использовала свой слабенький дар преобразования, найдя свой собственный успешный путь к славе и известности. В че'иль традиционно царствовал патриархат, амбициозным илитиири тяжело было добиться