Я, начавшая улыбаться уже в середине рассказа, не выдержала и расхохоталась.

— Ты чего? — дернулся сын.

— Хэл не сходил с ума, — с улыбкой проговорила. — Это действительно я ему посоветовала тебя дядькам отдать на воспитание. Я помню это. Мне тогда Хэлмираш приснился. Ещё так живо показалось, как будто действительно поговорили. И именно с того, что я рассказала про этот сон Родьке, и начались наши научные изыскания способа вернуться обратно. Жизнь прекрасна и удивительна, — хмыкнула.

Ликаард какое-то время лежал, пораженный, а потом заржал конем, очень живо напомнив мне Трига.

— Вот это номер! То есть то, что я отбился от отцовских рук, в итоге вернуло тебя? Пламя Хараша! А он ведь даже на день памяти бывать на твоей могиле перестал, мы с Даареном или Тригом в сопровождении выбирались.

Я покачала головой. В этом весь Хэлмираш.

— Твой отец все правильно сделал. У него были маленькие вы, ему нельзя было сходить с ума. Даже если очень хотелось.

Демон кивнул, а я, проводя рукой по его шее, вдруг наткнулась на цепочку.

— Что это у тебя там такое? Амулет какой от отца? — с интересом потянула.

— Там много чего, и амулет от отца, куда без него. Но там есть ещё кое-что. Я обязан тебе рассказать, ты оценишь, — Ли перевернулся на спину, устроил голову поудобнее, чтобы не поцарапать меня рогами, с горящими азартом глазами выделил среди действительно нескольких цепочек одну, потянул ее, и из выреза рубашки показался знакомый до боли прозрачный камешек с множеством граней. — Помнишь его?

— Конечно, — я взяла слезу Хараша, повертела теплый на ощупь камень, погладила грани.

— Так вот, — начал Ликаард, правда, немного замялся на начале, но тут же выровнял голос. — Когда тебя хоронили, на похоронах было очень много народу. Ты не представляешь, как толпа на городском кладбище таращилась на делегацию демонов.

— Делегацию? — я удивленно вскинула брови. — Три демона — это уже делегация?

— Три? Шутишь⁈ — вскинулся сын. — Да там их с десяток было! Энсаадар собственной персоной, его демонесса, Даарен, понятное дело, Зарра, Триг, ещё пара каких-то с зелеными татуировками, Хиран и Даамар.

— Даамар? — неверяще вытаращилась в лицо сыну. Правда, кто меня больше удивил: Даамар или Хиран — вот это вопрос. Что на моих похоронах забыл лидер аранов, с которым мы в жизни-то пересекались не больше трех раз?

— Именно! — с ухмылкой проговорил Ли. — Дед лично прибыл. Один, без свиты. И когда отец при нем попытался отдать Даарену этот камушек, мол, тебе-то он уже не понадобится, дядя сказал, что он ничего такого тебе не дарил, тут дед и выдал, что это он так тебе отплатил. За что — так тогда и не признался, как его ни пытали.

— Хотела бы я видеть лица остальных, когда он это сказал, — мечтательно выдохнула я.

— Ты погоди! Он эту цепочку от отца-то принял, в руках повертел, да и отдал мне, сказав, что моя мать была достойной демонессой и мне стоит вырасти таким же. И вот в этот момент лица остальных надо было видеть. Это бесценно.

Я расхохоталась. Да-а, чтобы Даамар посчитал меня достойной — это ж что в лесу такое должно было сдохнуть? И тут же заржала ещё громче, поняв, что мысленно сморозила.

— Да, с тех пор я эту штуку и таскаю. Потому как, мне говорили, что вы с дедом друг друга не очень-то любили. И раз он тебя признал, то подарок того стоил.

— Ну, он вообще-то меня убить хотел поначалу, — хмыкнула, задумчиво водя пальцем по плечу сына. — Тихо и по-семейному. А потом жизнь спас.

— И ты ему, — заставил мои брови взлететь Ликаард. — Да, я знаю. Он мне сам рассказал про случай на собрании рода. Ты тогда его сильно удивила. Кстати, он страшно бесится, когда я его дедом называю. До сих пор, хотя уже старается не показывать, — довольно оскалился Ли.

А я с удивлением поняла, что «деда» мой сын очень любит. И уважает. Пусть и издевается, но по тому, как теплел его голос при упоминании Даамара, можно было понять, насколько он дорог сыну. Удивительно. И да, у демонов не было принято обращаться по родственным «понятиям». Только самые близкие, типа отец, сын, мать, брат и тому подобное. Дядей и тетей, как и дедушек с бабушками у них не было. Точнее, к ним лично так никогда не обращались, только по именам. А вот Ли, с моей легкой руки, с удовольствием положенными «званиями» награждал и моих братьев, и Даамара. И, что невероятно, ему все сходило с рук.

— У меня просто тьма историй, которые можно рассказать за бокалом, — довольно улыбнулся Ли, мечтательно вздохнув. — И они все тебе понравятся, поверь.

Я хотела сказать, что обязательно все выслушаю, и мы ещё не раз посидим вот так, но тут скрипнула дверь, и в комнату просочилась Майя. С хитрым выражением лица оглядела нашу композицию, подошла ближе.

— Уютно тут у вас, — проговорила и тут же юркнула на диван, прижавшись ко мне с противоположной от брата стороны. — А мне нальете?

Я с улыбкой протянула ей свой бокал, девушка отпила из него, оценивающе кивнула:

— Хорошо живете, балуете. Знаете хоть, что глушите?

— Без понятия, — хмыкнула, разглядывая дочь. — Наобум у друга взяла из хранилища. Правда, это было фамильное хранилище.

Майя широко улыбнулась:

— Хорошее хранилище.

— И в кого ты пошла, такая тростиночка? — не удержалась я от восклицания.

Да, девушка имела довольно изящное телосложение, светлые волосы обрамляли ангельское личико с совершенно неангельскими серо-зелеными глазами. Почти как у меня сейчас. У неё в родне скорее бы алларов стали искать, чем демонов.

— Папа говорит, что в его бабку, — решительно выговорила Майя. И вдруг приникла ко мне, обняла за плечи. — Мам, а это и вправду ты? Я ещё тогда, на ярмарке почувствовала, что тебя знаю. Но сразу понять, откуда такая уверенность, не смогла. А сейчас поняла. Только ты тогда, в детстве, выглядела совсем по-другому… Но что-то такое было, что осталось тем же… — у Майи явно не хватало слов, чтобы описать свои чувства.

— Вправду, — прижала ее к себе свободной рукой. — Это действительно я. Но, когда тебе было пять, я была большой, синей и с рогами. Почти как он, — со смешком кивнула на сына.

— Слушай, мелкая, а ты чего такая доверчивая, я не понял? — подал голос Ликаард, вывернув голову и посмотрев на сестру. Я зашипела, потому как демон ощутимо так уперся мне в бедро затылком. — Это я с