ярко. Если на мгновение отрешиться от происходящего, то можно подумать, что я никуда и не исчезала.

Заслышав скрип двери, я даже головы не повернула. Дождалась, пока в моем поле зрения появится вошедший. Пожала плечами, но вставать при виде остановившегося посередине комнаты Ликаарда не стала. А он, подумав, свернул к шкафу, чем-то там позвенел и вынырнул со вторым бокалом и квадратной бутылкой с янтарной жидкостью. Все это поставил на столик.

— Можно? — кивнул демон на диван.

Я хмыкнула, мысленно закопала топор войны и похлопала ладонью по обивке рядом. Пусть это уже давно не маленький мальчик, но он все ещё мой Ли.

Ликаард от души плеснул из своей бутылки в бокал, вальяжно откинулся на спинку дивана. Я протянула свою посудину к его, сын не стал отказываться и со звоном ударил своим бокалом по моему.

Молча выпили. Я искоса рассматривала спокойное лицо Ликаарда.

— Рада, что они выросли такими, какими ты и хотел, — вырвалось вдруг у меня.

На недоумевающий взгляд сына я указала на рога:

— Ты все переживал, что рога не растут. А я показывала на дядюшек и…

— И спрашивала, какие я хочу, — как-то хрипло проговорил Ли, отводя глаза.

— А ты говорил, что хочешь такие, как у дяди Трига. Чтобы прямые и длинные. Потому что с такими, как у Даара, спать на пышной подушке будет слишком неудобно. А ты любил пышные перины, — открыто улыбнулась, уже не прячась за бокалом.

Поставила его пустой на столик. Ли тут же оттолкнулся от спинки, взял бутылку и наполнил бокал вином, галантно протянул мне.

— Спасибо.

— Я и сейчас люблю пышные перины, — со смешком проговорил демон, возвращаясь в прежнюю позу. — Только очень редко удается на них поспать. Такая кровать у меня только дома, а бывать здесь мне последнее время не приходится.

— Да, ты теперь большая шишка, — хмыкнула, отпивая из бокала.

Ли только головой покачал в ответ. И вдруг повернулся ко мне.

— Ты сказала, что для тебя прошло только два года… ты это серьезно?

Глава 7

Я отставила бокал, прямо посмотрела на сына.

— Да, Ли. Твой отец вернул меня в мой мир, когда я умерла в этом. Мне… мне было очень тяжело жить там без вас. Без моей семьи, — сглотнула вставший в горле ком. — Хотя то, что там были мои родители, немного облегчало существование. Потом я встретила Родьку. Он когда-то был магом в этом мире. И смог связаться с местными, чтобы нам помогли вернуться обратно. Два года мы готовились к этому. И вот я здесь. Ожидала увидеть своих детей ещё… детьми. А меня встречают совсем взрослые, — улыбнулась, чувствуя, как подрагивают губы и зарождаются слезы в уголках глаз. Подняла руку, провела кончиками пальцев по темной щеке сына. Ликаард отстраняться не стал, только внимательно следил за моими действиями.

— Знаешь, — проговорил он вдруг, как-то по-шальному улыбнувшись. — Я решил, что был неправ, — демон отсел подальше, но тут же наклонился и улегся на диван, кладя голову мне на колени, лицом к камину. — Мать мне действительно уже не нужна. Но вот от человека, с которым бы можно было выпить и поговорить, да ещё он бы не стремился загнать мне нож в спину — я бы не отказался. Отец для этого, сама понимаешь, плохо подходит.

— Да, у Хэла с алкоголем разговор простой — пять-семь бокалов в ряд, и на боковую, — хмыкнула, опуская ладонь на макушку сына, стараясь на поцарапаться об острые края рогов. И как только Хэлмираш в свое время с моими так ловко управлялся?

Ли от моего прикосновения вздрогнул и замер. А я продолжила гладить его короткостриженую голову. И, поддавшись желанию, чуть хрипло тихо запела. Старую, даже древнюю колыбельную демонов, которой меня в свое время научила Зарра. Я знала лишь примерный перевод, но он мне очень нравился. А ещё под неё раньше прекрасно засыпал Ли, даже если капризничал перед этим. Поэтому я, ломая язык, выучила всё-таки всю ее на древнем языке демонов. Конечно, сейчас у меня голос был далеко не такой низкий и не совсем подходил для подобного исполнения. Да и Ли давно не ребенок. Но мне все равно хотелось спеть ее сыну. Я слишком долго мечтала об этом в своем мире.

Горло перехватывало от слез, но я продолжала петь, не переставая даже тогда, когда почувствовала горячие капли на коленях. Пусть Ли и не всхлипывал, по одному дыханию я могла понять, что сын плачет. Мой взрослый, храбрый и самостоятельный ребенок, которому пришлось вбить себе в голову, что мать ему не нужна. Просто потому, что ее у него не стало. И Ли, видимо, решил не оставлять себе выбора.

— Прости, — сдавленно проговорил он, когда колыбельная закончилась, и я замолчала. — Я много лишнего наговорил.

— Ничего. Все хорошо, — погладила широкую спину сына, прижалась лбом к его плечу. — Теперь все хорошо.

Какое-то время мы молчали, смотря на пламя в камине. Но вот Ликаард глубоко вдохнул и заговорил уже нормальным голосом:

— Отец ходил на твою могилу каждый день. После вечерних занятий. Он сначала приходил к тебе, только потом возвращался домой. Я знаю, потому что просил его брать меня с собой. И мы молча сидели около твоей плиты минут по двадцать. Потом Триг забрал меня на тренировки, и отец стал ходить один. Конечно, со временем он там стал появляться все реже, но раз в неделю — железно. А потом… мы поссорились, — Ли мотнул головой. — Я молодой — шебутной был. Мы не могли найти общий язык с ним в то время, часто ругались, до рукоприкладства доходило. Помню, отец в тот раз меня дома запер, а сам снова к тебе пошел. Только вот вернулся уже через несколько минут, заперся в кабинете и напился. Я его таким пьяным никогда не видел. Я-то в кабинет пробрался, замок вскрыл, думал — он там уже спит, как обычно. Что я смогу разблокировать амулет, который он на меня напялил, да смоюсь по-быстрому из дома. А он сидит, пьянющий, но при этом как ни в одном глазу. Бутылки пустые ещё кругом валяются. Я тогда знатно перетрусил, спросил, что случилось. А отец сказал, что сходит с ума. И что больше он на твою могилу не пойдет. У него трое детей, ему нельзя. Это я уже потом от Даарена узнал, что ему привиделось, будто на его слова о моем поведении, ты посоветовала отдать меня на воспитание в Цитадель. Мол,