встречу остатки флота. И раз адмирал сам не согласен её дать, я её заберу. Небольшой флот лучше, чем один эсминец, — Андрей усмехнулся.

— Ты правда решил бросить вызов Федерации? — спросила Санса, в её голосе слышалась тревога.

— А что мне одна Федерация? Я бросил вызов целой галактике, так что мне один безумный адмирал, — Андрей попытался пожать плечами, но сделать это не получилось.

— Самонадеянно, — хмыкнул Зейд.

— Да не особо. Просто так получилось, что во врагах у меня бывший союзник и неизвестная раса. Так что адмирал на их фоне выглядит мелко, — весело произнёс капитан.

— Ты про Альянс и арианцев? — Зейд знал, о чём говорил. Он выглядел моложе своих лет, но сам участвовал в тех сражениях в молодости.

— О них. Вот последние для меня сейчас важнее, — вновь показав жест кивка, проговорил Андрей.

— Знаешь, к арианцам и у меня много вопросов накопилось, — спокойно проговорил абордажник.

— Я буду рад, если задашь их вместе со мной, — ответил Андрей. — Так, нам надо закругляться. Дневную норму по добыче надо выполнить.

Все показали жест кивка, а Андрей легко перевернул валун, пряча карту. Они покинули свою своеобразную штаб-квартиру и отправились добывать руду для Новой Федерации. Солнце революции начинало зарождаться на горизонте. Оставалось только понять, к чему приведёт всё, что задумал Андрей. Время покажет.

Глава 8

Начало побега

— Эй, капитан, — голос окликнул Андрея в тот момент, когда тот собирался заходить в камеру.

Андрей посмотрел на Элию и, заметив её встревоженный взгляд, улыбнулся. Окликнул его один из бойцов, но не тот, что сопровождал их ранее. На его броне были знаки отличия над эмблемой Федерации, говорившие о более высоком статусе.

Он жестом приказал бойцам подвести Андрея, но тот уже сам направился к нему.

— И что начальнику надо от простого заключённого? — хмыкнул Андрей, краем глаза замечая, как один из бойцов пошёл за ним, а второй запер камеру с Элией и только после этого двинулся следом.

— Не ёрничай, капитан, — отрезал боец.

Андрей не стал испытывать судьбу и просто молчал. Он шёл по коридорам старого транспортника, переделанного под нужды тюремного содержания. Стены, когда-то покрытые белой краской, выцвели, местами покрывшись ржавыми разводами. То здесь, то там виднелись наспех приваренные пластины, что выбивались из общего стиля. Скорее всего, они служили заплатками в местах, где ржавчина и время смогли нанести значительный вред.

Как и в камере, здесь пахло потом, железом и пылью. Андрей бросил завистливый взгляд на конвоиров. Одетые в боевые скафандры, они не ощущали всего «аромата» места, где они работают. Капитан кашлянул. Ему безумно надоело это место за последние… А сколько он уже здесь? Андрей попытался точно вспомнить, но не смог сопоставить время, идущее в тюремном блоке, с тем, что шло в галактике. Он вздохнул, сворачивая в очередной коридор.

Вскоре их процессия вышла к двери, которая, по всей видимости, вела в отсек управления. Андрей заметил характерную стёртую надпись на одной из стен: от «Зона Управления» осталось просто «Упр». Но и этого было достаточно, чтобы понять, куда его привели. Конвоир, что был впереди и ранее звал капитана, несколько раз ударил кулаком по железной двери.

В какой-то момент та со скрежетом и шипением отошла в сторону, а конвоир жестом приказал капитану войти, что он и сделал. Конвой следом не зашёл, оставшись за дверями.

Внутри всё было в пыли. Панели управления давно были не активны и непонятно, насколько вообще способны выполнять свою заданную роль. В центре рубки, на месте главного командного кресла, стоял грубый, сваренный из толстого металла стол. Его поверхность была исцарапана и залита чем-то липким. На столешнице лежали пара полупустых бутылок, потрёпанный планшет и толстая папка, перетянутая ржавой проволокой.

Более-менее неизменным остался обзорной иллюминатор, за которым открывался вид на звёзды. В ноздри ударил запах дешёвого алкоголя и табака.

У стола стоял мужчина лет сорока-сорока пяти. На нём была старая чёрная униформа офицера Звёздного Флота, которая, казалось, выцвела и потеряла свой блеск. Однако она была выглажена и аккуратно подогнана: это говорило о том, что её владелец был человеком, требовательным к деталям.

На месте, где должна была быть эмблема Земной Федерации, теперь красовался грубый значок Новой Федерации, словно вырезанный из куска металла. Мужчина был сосредоточен на экране одного из мониторов. В руке он держал стакан, наполненный янтарной жидкостью. Не поднимая взгляда, он медленно сделал глоток, его фигура излучала спокойную, почти хищную уверенность. Опустив стакан на стол, он, наконец, поднял взгляд на вошедшего. Взгляд серых глаз вцепился в фигуру Андрея, изучая её.

— Одно из последних напоминаний старой Федерации? — спросил мужчина, его голос был твёрдым и резким.

— Я тебе что-то напомнил? Надеюсь, значение слова «честь»? — хмыкнул Андрей.

Он заметил, как дёрнулось лицо мужчины, по которому прошла волна презрения, но он довольно быстро взял себя в руки. Мужчина подхватил со стола бутылку и плеснул себе в стакан жидкость, после чего вновь посмотрел на капитана.

— Ты что задумал, капитан? Или ты думал, что твоя деятельность останется мне неизвестной? Я всё же здесь командир, и это что-то значит, — проговорил начальник, делая новый глоток. Он, словно подумав, взял второй стакан, наполнил его наполовину и протянул Андрею. — Выпей.

Сначала Фокин хотел отказаться, посчитав, что пить с начальником места, где его держат не по его воле, будет неправильно. Но затем решил, что ничего не теряет, а наоборот — возможно, сможет что-то узнать. Он подошёл ближе, взял стакан и принюхался. В нос сразу ударил запах спирта и чёрт пойми ещё чего. Сделав один глоток, он поморщился. Ну и гадость же.

— Я ничего не задумал. Просто живу и изучаю мир, в котором оказался, — спокойно проговорил Андрей, пожимая плечами.

— Врёшь. Вижу, что врёшь. Знаешь, я ведь могу тебя отправить в «одиночку», и всё. Всем твоим планам наступит конец, — начальник караульной группы и по совместительству комендант пристально посмотрел в глаза капитана.

«Одиночные камеры» были худшим, что могло здесь случиться. По сути, это были спасательные капсулы, в которые сажали провинившихся и отстреливали в открытый космос. Минимум кислорода, минимум еды и воды. И пока всё это не начинало подходить к концу, капсулу никто не подбирал. Андрею удалось избежать подобного наказания, но он отлично знал тех, кому не повезло испытать это на своей шкуре.

— Можешь. Ты здесь всё можешь, — Андрей сделал ещё один глоток и снова поморщился, решив, что больше пить эту гадость он не будет. Он поставил стакан на край