конструктивно-регулятивной функции. Данная функция отнесена О. Бияковым к разряду субъектных, поскольку она вносит в экономическое пространство определенные субъектами нормы, стандарты и правила, фактически связывая в нем воедино системную и деятельностную стороны.

Отметим, что, определяя указанные выше характеристики пространства субъектными, О. Бияков придерживается деятельностного принципа исследования, хотя и сталкивается при этом с трудностями при объяснении формирования субъекта совокупного экономического процесса. Ведь еще со времен Г. Гегеля философия исходит из тезиса, что субъект существует лишь в соотношении (в связи) со своим системно организованным объектным воплощением, или «объективацией». Уже в средневековой философии Бог как субъект творения обязательно существует вместе с результатами творчества – объектами живой и неживой природы. В этих результатах раскрываются свойства субъекта творения, противоположные свойствам созданной им объективной реальности. Сама концепция деятельности как раз опирается на соотношение, или, другими словами, неразрывную связь субъекта и объекта, в котором объект является естественным ограничением (определением) субъекта, а последний – причиной или источником изменений объекта.

Формы мышления, свойственные средневековой философии, казалось бы, очень далеки от заявленной нами научной проблемы. Однако эти формы воплощают в себе принцип единства системного и деятельностного аспектов экономического пространства. Именно в таком единстве – источник активности этого пространства, который питает происходящую в нем деятельность и, вместе с тем, направляет ее в определенные рамки, то есть косвенно регулирует. Активность пространства реализуется через изменения, вносимые действующими в нем экономическими субъектами, которые преобразуют его структуру, насыщают его своими экономическими отношениями, социально-культурными и этическими нормами, ценностями, смыслами. Благодаря им, экономическое пространство приобретает конкретные социально-исторические характеристики, окрашивается в определенные социально-культурные цвета, формирует в себе специфические общественные потребности, создает статусные позиции, которые выходят за рамки хозяйственной жизни и выражают то, что обозначается понятием «дух времени», то есть выражают организацию пространства эпохи. Отметим, что продуктивная функция экономического пространства обеспечивается единством двух его противоположностей – объектной и субъектной сторон.

Эта насыщенность экономического пространства различными объектными и субъектными элементами, а также наличие в нем потенциала системной самоорганизации и потенциала спонтанных изменений обусловливают бытие такого пространства в качестве среды протекания совокупности рациональных и иррациональных процессов, выявление в нем «бурлящего потока проблем», которые часто выходят за рамки возможностей их осознания субъектами, действующими в нем. Экономическое пространство существует как чередование состояний устойчивости и неустойчивости системы экономики, как готовность к «упаковке», согласованию и встраиванию в него новых экономических содержаний и отношений (аутопойезис), с одной стороны. С другой стороны, данное пространство существует как регулярное нарушение установленного порядка со стороны субъектов, которые создают элементы новой экономической среды, постоянно выходящие за рамки уже существующего порядка. В таком выходе за рамки уже существующего порядка проявляются свобода и творчество самих участников экономической деятельности, то есть реализуется их субъектность.

Обобщая приведенные выше положения, сформулируем вывод о том, что в экономическом пространстве постоянно противостоят друг другу два его фундаментальных начала – ставшее, относительно завершенное содержание (системная устойчивость и определенность), с одной стороны, и его преодоление в целях и ценностях экономических субъектов, в их потребностях и интересах, с другой стороны. Налицо двойственность самой основы экономического пространства.

Важным проявлением этой двойственности основы экономического пространства является его онтологическая функция, обеспечивающая «оформление» содержания пространства, выявление его качественной определенности. Другими словами, пространство реализует такой «алгоритм», который в хаотической среде взаимодействий и переплетений обеспечивает формирование структуры реальности. Это свойство экономического пространства проявляется как его постоянное воздействие на собственное содержание в качестве способа существования данного пространства.

Выше мы выделили существенную особенность экономического пространства, которую правомерно отнести к его субстанциальности – существованию как бы «вне» конкретных событий и процессов в виде особого «закона организации», или особой функции, лежащей в основе возникновения систем, или перехода неравновесных и необратимых хаотических процессов в состояние самоорганизации с возникающим в системном образовании «порядком» (синергетика). Это свойство экономического пространства предваряет, то есть существует «до» тех конкретных содержаний, которые данное пространство «оформляет», и может рассматриваться как фундаментальная – вместе со временем – устойчивая характеристика общественно-хозяйственной жизни.

Отсюда следует вывод о том, что субъекты, которые взаимодействуют в экономическом пространстве, осваивают его существующее организованное содержание, изменяют его элементы, преобразуя и распределяя их в соответствии со своими потребностями, имущественными интересами, внутренними возможностями, выдвигаемыми целями. Это означает, что для субъектов пространство является не просто безразличным местом, в котором размещены экономические ресурсы, процессы, результаты, связи и др. Такое место готово к размещению конкретных ресурсов, определенных видов деятельности, пакетов данных, элементов инфраструктуры, результатов общественного труда, то есть оно отнюдь не безразлично к тому, чем мы пытаемся его наполнить. Экономическое пространство обеспечивает активность текущей в нем общественно-хозяйственной жизни, причем содержит в себе некий предел, за которым такая активность становится неосуществимой. Избыточная активность как бы выталкивается из экономического пространства.

Эта внутренняя мера активности, которая возникает на основе оформляющей функции пространства, обеспечивает устойчивость его содержания, связанную с его качественными особенностями. Известно, что границу роста производительности труда задает время производства, которое объективно определяет темпы роста указанной производительности и не может быть объектом произвольной манипуляции, как бы ни хотели экономические субъекты максимально изменить существующую экономическую реальность в направлении роста ее эффективности. Аналогичной границей (мерой) роста активности выступает способ организации экономического пространства. Если в рамках такого способа возникают результаты активной деятельности субъектов, которые не вписываются в ритм, диктуемый организацией пространства, выходят за рамки возможностей их пространственного освоения, то эти результаты выталкиваются за пределы данной организации экономического пространства, не включаются в процессы, которые протекают в данном пространстве, не участвуют в его обновлении и развитии, не становятся проводниками формирующихся здесь новых связей. Этот сложный процесс освоения пространством результатов человеческой деятельности раскрывается на основе механизма аутопойезиса, который будет рассмотрен ниже.

Указанные выше особенности экономического пространства выражают его статус как категории, не только раскрывающей конкретные его свойства, выраженные и понятиях и исследуемые в современных концепциях экономического пространства, но и выстраивающей систему понятий и связей самой экономической теории, в которой, при любых заявленных проблемах, которые она рассматривает, необходимым требованием остается системная связь понятий, основанная на выделенных принципах объективности, целостности и рациональности.

Почему же категория «экономическое пространство» является одной из фундаментальных и системообразующих категорий, определяющих связи и общее состояние поля экономической теории?

Любая теория, экономическая не является здесь исключением, существует как система связанных понятий, в которой заданы некоторые внутренние детерминанты – категории, которые предопределяют ее строение, внутренние связи, характер развития, закономерности, действующие в ее поле, и др. Они способны реагировать на изменения во внешней среде теории, проявляющиеся в виде потоков новых данных. Например, формирование