подружка появилась. Она тогда сразу не поняла, но Дэниелу пришлось выступать в бойцовском клубе – из-за того, что в его подружках оказалась она.

Снова джинсы и тенниска – здесь, на Лии, гораздо теплей, чем на Кэссии. Лёгкая летняя куртка – на прохладные дни – уложена в сумку же. Девушке теперь надо быть осторожней с собственным организмом. Кстати, о птичках… Может, устроиться в больницу? Но об этом можно подумать чуть позже… Жаль, она не знает последнего адреса своей семьи… Да и захочет ли семья приютить её – с ребёнком, неизвестно от кого?.. Правда, и об этом можно подумать в следующий раз…

Пока есть вариант с кабаками. А там – посмотрим.

Луис сунула волосы под фирменную кепку с логотипом известной фирмы, поставляющей овощи и фрукты, спрятала свою сумку в огромный пакет с логотипом той же фирмы и осторожно выглянула из апартаментов.

Время обеда. Значит, зря никто не гуляет по коридорам. А столовая – в корпусе этого же дома напротив.

Время по всему идеальное для побега.

А ещё идеальное для побега, потому что записывается второй альбом Тайры. А всем известна добросовестность Луис, которая все дела доводит до конца. Именно поэтому в доме пригляд за нею не самый строгий. Всего лишь компаньонка.

Стараясь выглядеть независимо, Луис прошагала два коридора, заготовив отмазку заблудившегося в громадном здании. Но навстречу никто не попался… Тогда с бешено бьющимся сердцем она проскочила в нужный коридор, пробежала по лестницам, которыми обычно никто не пользовался – в доме как-никак лифт! Снова коридоры… Дошла до тупика – небольшой рекреации, где давно было заготовлено окно для побега. Залезла на широкий подоконник и, затаив дыхание, отодвинула раму. Притихший Прести чуть свистнул – почти прошипел и словно растёкся по её плечу.

Луис спрыгнула и, резко повертев головой по сторонам, потянула за шнур, вытащенный ранее. Рама встала на своё место.

Она пробежала тихую улицу перед домом Тайры и выглянула из-за угла. И встретилась с глазами человека, который только что открыл дверцу машины. Человек замер. Луис удивлённо подняла брови. Он узнал её даже в этой одежде? Человек отвернулся – чуть-чуть, и она увидела, как он… кивнул?

Она отпрянула за угол, но решила довериться и выждать.

Машина медленно завернула за угол дома. Скорость упала настолько, что за нею можно было даже торопливо идти. Но идти не пришлось. Дверца распахнулась, и сияющий Ливей замахал девушке рукой!

Глава 17

В три прыжка Луис оказалась в машине, на заднем сиденье. Мягко хлопнула дверца. Ливей торопливо прибавил скорость и тихой скороговоркой велел:

- Быстро в «лотос»!

Девушка, запыхавшаяся от прыжков и острого ощущения опасности, послушно скрестила ноги, и сиденье, оказавшееся отдельным сиденьем – кожаной подушкой, опустилось к полу. Здесь Луис и огляделась: в машине вкусно и терпко пахло прогревшейся кожаной обивкой; справа, на сиденье, возвышалось что-то громоздкое, завёрнутое в слои прозрачного пластика. Наверное, какое-нибудь растение? В багажнике не поместилось? Внизу, на полу, тесновато, но это ничего – по сравнению с главной опасностью. Затем Луис приникла к просвету между передними сиденьями. Водитель даже не оглядывался. Но в верхнем зеркальце девушка разглядела, как он улыбается. Отдышавшись, спросила:

- Ливей, а как ты понял, что это я? Я же в таких вещах…

- Ауру узнал, - объяснил садовник и попросил: - Мой вирт слева от тебя, на переднем сиденье. Пожалуйста, включи одностороннюю громкую связь. Я не могу его взять – здесь опасный поворот.

Луис дотянулась и, нащупав вирт и включив, положила его под руку водителя. Почему-то она нисколько не боялась, что Ливей выдаст её.

- Орочи, - обратился к кому-то Ливей, - я на большом перекрёстке, за домом Тайры. Мне нужно, чтобы ты подъехал к началу проспекта, чтобы забрать моего пассажира. – Некоторое время он сосредоточенно вёл машину, а потом спросил молчаливую, насторожённую Луис: - Как ты сумела сбежать?

- Риту Тайра увела для инструктажа. Как меня сторожить, чтобы я не лезла к её будущему мужу, - усмехнувшись, выговорила девушка. Она снова говорить медленнее, щадя губу, которая хоть и смягчилась после мази, но теперь место укуса опять начинало затвердевать. Да и щёку беспокоить не хотелось. Одно движение – и кожа напоминала о себе тягучей ноющей болью.

- А как ты… - начал Ливей, но его вирт мелодично зазвенел, и садовник велел Луис включить двустороннюю связь.

Едва раздался голос Риты, девушка пригнулась, словно компаньонка могла увидеть её. Но чем больше вслушивалась, тем больше расцветала.

- Ливей, у нас новость. Я была с хозяйкой дома, когда Луис сбежала. Поскольку Тайра спустилась вместе со мной, то именно она и подняла тревогу. Тебя сейчас проверять не будут, поскольку только что помогали тебе загружать твою машину цветами. Но потом, если что, просто знай о событиях.

- Спасибо, Рита, - церемонно ответил Ливей.

А Луис вздохнула с облегчением: за Риту она всё-таки переживала.

Будто поняв, что теперь можно и высунуться, дракончик вылез из курточки и осмотрелся, вздрагивая плоской головкой – принюхиваясь. Наконец Прести скользнул с плеча хозяйки и устроился на переднем сиденье с виртом. Поглядел на водителя и словно удивлённо присвистнул.

- Да, мой маленький дракон. Это я, - ласково сказал зверушке Ливей. – Луис, у тебя есть место, где будешь прятаться? Ты его уже приготовила?

- Нет у меня такого места. Всё как-то спонтанно получается, - задумчиво сказала Луис. – Я бы вообще, может, и ещё осталась у Тайры, до окончания работы над альбомом, если бы Горан не приставал. Даже не столько приставал, сколько домогался. Куратору на него не пожалуешься – слишком значительная фигура в концерне.

- А семья?

- Родители думают, что я по контракту теперь рабыня. И хотели бы что-то сделать, но разве это возможно – бороться с концерном? Правда, им поступает большая доля за меня. Но они, как и я, понимают, что это деньги за молчание.

- Не понимаю, почему концерн не взялся за тебя в качестве отличной певицы. У тебя есть всё: прекрасный голос, способность к творчеству. Почему Тайра?

- Тайра не просто собственность концерна. Она родная собственность. То есть дочь одного из совладельцев. Ты же представляешь, как это происходит в богатых семьях? Любимая папина-мамина дочка хочет на сцену? Иди, дочка, выступай! Голоса нет? Найдём ту, которая будет петь за тебя, - отрешённо сказала