влезли во все не самые защищённые вирты всех, кто работает в доме Тайры. Ну и к самой певичке. Она в истерике. Остальные сплетничают. Насколько мы успели сообразить, что-то произошло. Некий Горан, о котором пока известно только то, что он жених Тайры, обидел девушку – и очень сильно. На кухне шепчутся о разбитом лице… Не рычи! Дай договорить!.. О Горане известно ещё, что он будущий директор концерна. Наш человек на Лии собирает на него данные.

- Куда сбежала Луис? – рявкнул Дэниел.

- Судя по времени, её хватились в тот момент, когда она записывала номер Ливея – садовника Тайры. Значит, в самое начало побега. Так что мы пока ничего не знаем.

- Как – не знаете? Хочешь сказать, этот Ливей смог защитить свой вирт?

- Нет, - неохотно отозвался Эрик. – Он болтает почти непрерывно. Другое дело, что разговаривает сугубо в рамках собственного дела, то есть о растениях, о поливе, о подрезке или удобрениях. Но ни разу не заикнулся о девушке.

- По списку номеров его вирта пробежались?

- Конечно. Пока о Луис молчок по всем линиям.

- Тогда отменяю все бывшие планы, - хмуро сказал Дэниел. – Первым делом буду трясти его, садовника этого. За пятьдесят, говоришь?

- Ты там не слишком воюй. Пока дела не знаем, не стоит излишне волноваться и других волновать. И вообще… Как ты разговариваешь со своим начальством! – с саркастичной усмешечкой попрекнул Эрик.

- Я ещё не вернулся, - напомнил Дэниел, - так что нечего на меня наезжать. Да, чуть не забыл. Тайра и Луис вместе учились на частных курсах – я тебе говорил. Что по этой линии? Узнали что-нибудь?

- Авария была, - задумчиво сказал Эрик. – Только вот какая штука…

- Не медли! – снова рявкнул Дэниел.

- Мы прошлись по фактам всем известной биографии Тайры. Фишка такая: по медицинским картам, скрытым от любопытных глаз, получается, что в той аварии побывала и Тайра, а в биографии этого нет. Она лечилась почти три месяца – а в официальных данных это умолчали.

- Секунду. В аварию попали две девушки?

- Да.

Дэниел взлохматил тёмные волосы, которых до сих пор так и не удосужился подстричь. Что-то вертелось в памяти и буквально перед глазами, чего он никак не мог вспомнить. Что-то очень знакомое. Наконец он нарушил молчание.

- А Луис сколько пробыла в больнице?

- У неё были всего лишь ушибы и пара порезов. Выпустили через неделю.

- Кто заплатил за лечение?

- Концерн.

- Вспомнил, что хотел узнать. Ты пробовал найти среди документов концерна контракт Луис?

- Мои люди подбираются к нему.

- Почему так медленно? – недовольно спросил Дэниел.

- Сейчас рычать начну я, - предупредил Эрик. – Элементарно: не хотим пока оставлять следов. Мне и так пришлось не далее, как час назад, отказать старому Логану в его просьбе установить наблюдение за одним типом. Все мои люди сейчас заняты на…

- Подожди. Старый Логан? А вы не пробовали ему предложить рейдерство?

- Концерн? – задумчиво произнёс Эрик. – Но вроде как он процветающий? Или у тебя есть сведения, что… А что? Интересно. В таком случае и мы поработаем не бесплатно. Твоё дело, конечно, интересно, но в конце концов, мы организация коммерческая, так что… Хм. Ты подал интересную идею! Одним выстрелом убить двух зайцев: провести личное расследование и получить за него хоть какой-то куш.

- Торгаш! – проворчал Дэниел.

- Умный человек, - ухмыльнулся Эрик. – Записывай номер вирта. Садовника. Насколько понимаю, на Лии начнёшь именно с него?

- Если до тех пор другой информации не появится, - последовал ответ.

Глава 18

Поздним утром следующего после «похищения Луис» дня Ливей спустился по ступеням ресторана к своей машине, оставленной на стоянке неподалёку, под жёстким прицелом всевозможной отслеживающей техники. Садовод был доволен. Он не только отлично позавтракал, но и пообщался с умными людьми, с которыми можно и приятно поболтать о жизни, и поговорить о делах.

В сопровождении ресторанного швейцара он спокойно подошёл к машине. Тот, поклонившись, открыл дверцу со стороны водителя. Ливей сел, благосклонно кивнув, – чаевые привычно перекочевали в карман услужливого швейцара. А садовод вывел машину со стоянки, задумчиво и почти рассеянно фиксируя движение на дороге.

Привычно высокое небо прозрачно синело такой чистотой, что некоторое время Ливей с бездумной улыбкой созерцал его через ветровое стекло, благо видеть небо позволял широкий проспект. Подспудно он сожалел, что не может именно сейчас поехать домой, чтобы немного посидеть на крыше, в собственном саду, медитируя среди влажных, терпких травяных запахов – в лучах постепенно набирающего силу лийского солнца.

Впереди два часа свободного времени, после чего Ливей должен будет заехать к нанимателям проконтролировать посадки. Он уже погрузился в примерные расчёты, на что надо будет обратить внимание в зимнем саду нанимателей, когда неясное чувство внезапно заставило его взглянуть в верхнее зеркало.

Привыкший, как и многие городские жители, что стоянки при элитных местах посещений охраняются тщательно, он облился холодной волной пота при виде странной фигуры, сидящей на заднем сиденье. Мгновения два-три он чувствовал себя таким обескураженным, что робко порадовался: руки всё-таки не дрогнули, на автомате ведя машину по намеченному пути, и в аварию удалось не попасть.

Итак, позади довольно вальяжно, скрестив руки на груди, развалился на сиденье, судя по положению тела – высокий мужчина, крепкий, худощавый. Слегка бледная кожа, видневшаяся в отворотах джинсовой рубахи, подсказывала, что он либо откуда-то из холодных мест, либо провёл длительное время в закрытом помещении. Лицо, тёмное от суточной щетины, несколько узкое, поэтому мрачные тёмные глаза, поблёскивающие из-под слишком отросших, почти чёрных косматых волос, кажутся большими. Незнакомец сидел, слегка ссутулившись, отчего его нос, классически прямой, выглядел немного длинным, а рот – враждебно искривлённым.

Ливей пришёл в себя. Стараясь сделать это незаметно, он пару раз вдохнул и выдохнул, приводя дыхание в норму. После чего спокойно спросил:

- Кто вы и что вам надо?

- Я ищу Луис, - тихо сказал незнакомец. И равнодушно добавил: - И я очень рад, что вам и в самом деле за пятьдесят. – После чего мягко опустил руки из крестообразного положения. Мелькнули и пропали пистолеты, до сих пор спрятанные под мышками.

- Ничем не могу помочь, - спокойно сказал Ливей, стараясь унять нарастающую дрожь. – Она убежала