меня за руку. Просто так. Его пальцы переплелись с моими, теплые, крепкие. Я не отстранилась. Сжала его ладонь в ответ.

Мы досмотрели фильм до конца. Лиза зевала все чаще, глаза слипались. Когда титры пошли, она уже почти спала, прислонившись к моему плечу.

— Пора спать, солнышко, — прошептала я, поглаживая ее по голове.

— Мм-м, не хочу, — пробормотала дочка, но глаза уже закрывались.

Андрей наклонился, поднял ее на руки — легко, бережно. Лиза обвила руками его шею, уткнулась лицом в плечо. Он понес ее в детскую. Я пошла следом.

Мы уложили ее вместе. Я сняла с нее домашнюю одежду, надела пижаму, Андрей укрыл одеялом, поправил подушку. Я поцеловала дочку в лоб, он тоже. Мы вышли, прикрыв дверь.

В коридоре остановились, глядя друг на друга. Тишина была какой-то особенной, не напряженной, а спокойной, уютной.

— Спасибо, — сказала я тихо. — За ужин. За вечер. За… все.

— Не за что, — он качнул головой. — Мне… мне это тоже понравилось. Давно так не было.

— Да. Давно.

Мы продолжали стоять, не зная, что делать дальше. Потом он протянул руку и нежно коснулся моей щеки. Погладил большим пальцем. Посмотрел мне в глаза долго, изучающе. И медленно притянул меня к себе.

Я не сопротивлялась. Шагнула ближе, позволила ему обнять себя. Его руки обвили мою спину, крепко, но бережно. Я уткнулась лицом ему в грудь, вдохнула знакомый запах — его одеколон, стиральный порошок, что-то еще, что было только его. Мы стояли так минуту, может, больше. Молча. Просто держали друг друга.

— Пойдем спать, — сказал он тихо.

Я кивнула.

Мы прошли в спальню. Я переоделась в пижаму, он тоже. Легли в кровать, я на своей стороне, он на своей. Выключили свет. Тишина окутала комнату, мягкая, спокойная.

Я лежала на боку, спиной к нему, глядя в темноту. Слушала его дыхание. Думала о сегодняшнем вечере. О цветах, пасте, фильме, Лизином смехе. О том, как он взял меня за руку.

Потом почувствовала движение за спиной. Он пододвинулся ближе. Его рука легла мне на талию, теплая, тяжелая. Он бережно притянул меня к себе.

Спиной я чувствовала жар его тела, тепло, которое исходило от него. Его дыхание коснулось моего затылка. Было уютно. Хорошо. Правильно.

Глава 12

Выходные пролетели как один долгий, счастливый день. В субботу мы втроем поехали в торговый центр, выбирать Лизе зимнюю куртку и обувь. Андрей был внимательным, терпеливым: помогал примерять, советовал, шутил. Лиза крутилась перед зеркалами в разных куртках, как маленькая манекенщица, а мы с Андреем смотрели и улыбались.

В итоге купили ей ярко-розовую куртку с меховой опушкой на капюшоне, дочка была в восторге, и теплые ботинки на меху. Потом Андрей неожиданно взял меня за руку и потащил в женский отдел.

— Тебе тоже нужно что-то новое, — сказал он, не отпуская мою руку. — Давай выберем.

Я попыталась возразить, но он был настойчив. Мы провели в магазинах почти весь день. Я примерила и купила новое пальто, элегантное, серое, приталенное, и несколько свитеров. Андрей одобрял каждую вещь, его глаза светились, когда он смотрел на меня. Лиза прыгала рядом, помогала выбирать, таскала вешалки.

После шопинга мы пообедали в ресторане прямо в торговом центре: пиццу, пасту, десерты. Лиза болтала без умолку, рассказывая о школе, подругах, мультиках. Мы с Андреем переглядывались, улыбались. Было легко. Хорошо. Как раньше. Как когда-то давно, до того, как он с головой погрузился в бизнес, а я в бесконечную рутину.

Вечером дома играли в «Уно», карточную игру, которую Лиза обожала. Мы сидели на полу в гостиной, раскладывали карты, кричали «Уно!», смеялись, когда кто-то забывал правила и хватал лишние карты. Андрей дурачился, специально проигрывал Лизе, та ликовала. Я смотрела на них и чувствовала, как что-то внутри оттаивает, становится мягким, теплым.

Воскресенье тоже прошло шумно и весело. Мы гуляли в парке, кормили уток, пили горячий шоколад в кафе. Лиза бегала по осенним листьям, собирала букеты из самых красивых — желтых, красных, оранжевых. Андрей сфотографировал нас вместе, меня и Лизу с букетами, улыбающихся, счастливых.

Лишь один раз настроение Андрея омрачилось. Вечером в воскресенье ему позвонили. Он посмотрел на экран, лицо напряглось. Молча встал и ушел в спальню, закрыв дверь. Я слышала обрывки разговора — короткие, резкие фразы. Голос был жестким, каким я его давно не слышала.

— Я сказал нет…

Он вернулся минут через пять, лицо мрачное, закрытое. Сел на диван, потер переносицу. Я хотела спросить, что случилось, но он опередил меня:

— Рабочий вопрос. Все в порядке.

К ночи он отошел, снова стал прежним, спокойным, внимательным. Мы легли спать, и он снова обнял меня, прижал к себе. Я засыпала в его объятиях, чувствуя тепло, защищенность…

Рабочая неделя началась как обычно. В понедельник утром я встала в половине шестого, собралась на тренировку. Андрей тоже проснулся рано и пошел будить Лизу, чтобы отвезти ее в школу.

— Хорошей тренировки, — сказал он, когда я выходила из квартиры.

— Спасибо. Хорошего дня, — ответила я, и он поцеловал меня на прощание. Коротко, но нежно.

Тренировка прошла интенсивно. Марина гоняла меня без пощады: кардио, силовые, растяжка. К концу я еле стояла на ногах, но чувствовала себя потрясающе. Эндорфины бурлили в крови, мышцы приятно ныли.

— Прогресс отличный, — сказала Марина, когда мы закончили. — Ты молодец, Оль. Серьезно. Видно, что стараешься.

— Стараюсь, — улыбнулась я, вытирая пот с лица полотенцем.

После душа и переодевания я поехала на работу. День был загруженный: отчеты, планерка, встреча с подрядчиками. К обеду я уже смертельно устала.

Света и Марина позвали меня пообедать вместе. Мы спустились в кафе на первом этаже, заказали салаты и супы. Болтали о всякой ерунде: о новом сериале, который все обсуждали, о том, что Света собирается на выходных к родителям за город, о том, что у Марины кот опять разбил вазу и теперь прячется под кроватью.

Я слушала вполуха, улыбалась, изредка вставляла комментарии. Мысли были далеко, о выходных, о том, как хорошо мы провели время втроем. О том, что, может быть, все правда меняется к лучшему.

Мы вернулись в офис около двух. Я прошла в свой кабинет, повесила куртку, села за стол. Включила компьютер, открыла почту.

Ровно в три часа в дверь постучали. Я подняла глаза от экрана.

— Да, войдите.

Дверь приоткрылась, и в кабинет заглянула Лена, коллега из моего отдела. Лицо у нее было странное — растерянное, неловкое.

— Ольга Михайловна, к вам… — она запнулась, переминаясь с ноги на ногу. —