Курляндец не стал отнекиваться, выбрав напиток моего производства, становящийся популярным среди знатоков алкоголя. Пока Антип откупоривал бутылку, второй слуга сбегал за дядькой и словаком.

— Ваше сиятельство, — сказал фон Шик, когда разведчик закончил описание ситуации, — разрешите мне взять командование на себя и начать действовать без промедления?

Других кандидатов у меня и нет. Поэтому киваю Вальдемару, взбудораженному предвкушением драки.

— У меня есть трое толковых разведчиков из алексеевцев. Они лучшие в своём деле. Сведём их с людьми Генриха Иоанновича, — словак указал на курляндца, — установим слежку за перемещениями Осташкова в столице, а затем отправим бойцов следом. Мы давно предусмотрели форму связи для подобных случаев. Так что никуда тати от нас не денутся.

— Действуйте, — кивнул я. — Только Осташков нужен живой. Он должен подтвердить, что приказ отдал лично Потёмкин. Я не сомневаюсь в сведениях Генриха Иоанновича, но в этом деле могут вылезти подводные камни. Надо будет выяснить всю подноготную причин нападения.

Мы ещё более получаса обсуждали детали и разошлись. Бойцы и разведчик далее обойдутся без меня. Пусть готовят план контрдействий, а я должен закончить все коммерческие дела.

* * *

Шик распределил людей так, чтобы мы получали свежую информацию каждый день. По нынешним временам — просто отличный срок, учитывая расстояния и качество дорог. Для связи словак выделил двоих лучших гонцов. Они сновали между моим кортежем и ямскими станциями.

— Осташков расположился между трактом и деревней Лычково. Это примерно пятьдесят вёрст, не доезжая Валдая, — докладывал фон Шик на пятый день пути, получив важные сведения. — Там у него заимка, где расположились люди. Скорее всего, оттуда они нападают на купцов. Мнится мне, что такой отряд просто так на месте не сидит. Саму засаду готовят у брода через Гремячую — это вёрстах в пятнадцати от Валдая. Сейчас речушка, понятно, замёрзла. Место там глухое, с двух сторон лес и небольшой обрыв к реке. Кортеж обязательно замедлится, тут они его и накроют.

— Тем лучше, — ответил я. — Устроим им сюрприз. Пусть думают, что охотники они, пока не поймут, как сами стали дичью. Пошлём впереди обманку с возами, разместив там бойцов?

Словак радостно кивнул, после чего добавил:

— Кроме этого, разведчики ударят татям в спину. Я им для того передал дополнительно по два штуцера. Перебьём нападавших, как куропаток.

Фон Шик не страдает самонадеянностью. Просто бывалый человек прекрасно понимает уровень подготовки наших бойцов, заточенных именно на такие операции. Понятно, что никто не застрахован от случайностей, однако разбойники нам не противник, даже отставные офицеры. Будь среди людей Осташкова казаки, я бы начал сомневаться. В любом случае с нашей стороны не было даже намёка на расслабленность.

Следующие два дня прошли в напряжённом ожидании. Мы продолжили свой путь, останавливаясь на станциях, ведя обычные разговоры с редкими попутчиками, делая вид, что ничего не случилось. Но каждый вечер приезжали гонцы с докладами, а Шик собирал людей, давая новые вводные. Мои разведчики — та самая троица из алексеевцев — остановились в охотничьей избушке, наблюдая за отрядом Осташкова.

Я до сих пор помню тот день. Холодный, пасмурный, с низким снежным небом, которое давило на плечи. Мы подъехали к броду через Гремячую около полудня, когда солнце уже начало клониться к закату, оставляя в лесу длинные тени. По идее, нам хватит времени добраться до ямской станции, расположенной перед Валдаем. Мой кучер, действуя по плану словака, вёл лошадей чуть медленнее обычного — так мы давали время своим разведчикам занять позиции. Впереди шли два возка, заполненных бойцами, а я перебрался в сани к слугам.

Всё случилось, когда мы почти миновали опасное место. Сначала раздалось несколько выстрелов, на которые жалобным ржанием отозвались раненые лошади. Потом из леса с двух сторон высыпали люди. Их было около двадцати, одетых в простые тулупы. Типичный вид разбойников, если бы не слаженность движений. Осташков не зря служил в армии. Его люди действовали быстро, но без лишней суеты. Только он малость просчитался с количеством и качеством противника. Ему бы сделать минную ловушку или даже притащить небольшую пушчонку. Такие орудия есть, я сам прикупил парочку для своих людей. Или нападавшим надо было дать два или три залпа, уничтожив коней и продырявив возки. Только современные ружья — это не автоматы из будущего. К тому же на дворе неслабый мороз, обеспечивающий осечки чуть ли не у половины стволов.

Потёмкин из-за хронической жадности не стал обеспечивать своих людей хорошим огнестрелом. У меня как раз, наоборот. Бойцы вооружены лучшими карабинами и штуцерами с мушками и прицельными планками. Заодно каждый человек знает свой манёвр. В общем, нападавшие сделали ставку на внезапность, растерянность потенциальных жертв и рукопашную схватку.

Мы ещё изнутри укрепили стены возков щитами, дабы сдерживать пули, что помогло спасти несколько жизней. В итоге после начала стрельбы бойцы спокойно выскочили из карет, заняли позиции и начали спокойно уничтожать нападавших. Я тоже плавно скатился на обочину, откуда наблюдал за происходящим под прикрытием Федота и Антипа.

Разбойники не успели прийти в себя, как из леса ударили разведчики. Шик расставил их веером — трое бойцов открыли огонь из-за деревьев, сразу меняя отстрелянные штуцеры на заряженные. Вышло неожиданно и круто! Нападавшие начали падать от попаданий, оглашая окрестности криками боли. Отряд Осташкова сразу запаниковал, кроме четвёрки бойцов, быстро сориентировавшихся и сделавших попытку уйти. Наверное, это и есть бандитская гвардия Потёмкина.

— Осташкова взять живым! — твердил я как мантру, наблюдая за уничтожением врага.

Казалось, что прошло много времени, но схватка длилась всего несколько минут. Мои люди лучше вооружены и подготовлены, а главное, знали о нападении. Потёмкинские бандиты умели нападать из засады. Но в открытом бою, когда элемент внезапности утерян, они быстро сдавали позиции. Пятеро полегли на месте сразу после начала ответного огня. Ещё четверо получили ранения и пытались отползти в сторону. Остальные принялись разбегаться, бросая оружие. Грамотно попыталась уйти та самая гвардия фаворита, но ей не повезло. Четвёрка двинулась в сторону разведчиков, не ожидая столь насыщенного огня.

Но Осташков и ещё два разбойника попытались уйти в лес. Они вышли из-под обстрела, бросившись в чащу. Правда, один из нападавших припадал на ногу, явно получив ранение. Тем лучше.

— Собаки! — рявкнул фон Шик.

Тут же псарь спустил двух брудастых борзых, ожидавших в конце кортежа. Специально обученные и злые кобели рванули за