этому и потому ощущал постоянное напряжение.

– Что прикажете? – поинтересовался телохранитель Леннокс, уловивший состояние хозяина.

Смысл его вопроса был очевиден: дай приказ – и он немедленно разберется.

Но Вернер холодно ответил:

– Все в порядке. Не обращай внимания.

Даже в самом сердце столицы безлюдные переулки были небезопасны. Здесь нередко что-нибудь случалось.

Вернер натянул капюшон поглубже и уже собирался пройти мимо… как вдруг раздался оглушительный женский крик.

– П-пустите меня!

Он резко остановился.

Опять она?

Это был голос Шарлотты.

В памяти мгновенно вспыхнул образ: золотистые, мягко струящиеся волосы, глубокие, как море, глаза… белоснежная кожа и искренняя улыбка, словно не знакомая с темной стороной этого мира.

– Ваше высочество!

Его тело сорвалось с места раньше, чем разум успел осознать происходящее. Отбросив руку Леннокса, пытавшегося удержать его, Вернер без раздумий рванулся вперед. Когда он наконец пришел в себя, перед глазами уже было лицо Шарлотты, побелевшее от страха.

Гнев стремительно поднялся к самому горлу. Почему каждый раз, когда он встречает эту женщину, с ней что-нибудь случается?

– Подозрительно, – пробормотал он, глядя на нее. – Неужели я мешаю твоему странному увлечению попадать в лапы всякой уличной швали? – Вернер колко усмехнулся, невольно бросив эти язвительные слова. Он спасал ее уже в третий раз.

Однажды – на приеме, второй раз – в саду императорского дворца, и вот опять.

Вернер вспомнил поговорку: раз – случайность, два – судьба, три – рок. И сам же мысленно усмехнулся абсурдности этой мысли.

Он перевел взгляд на меч в своей руке. С него капала кровь. Опустив глаза, Вернер увидел разбросанные трупы.

Очевидно, это были те самые подонки, что приставали к Шарлотте. Вернер на миг усомнился: неужели ситуация стоила того, чтобы он так сильно разозлился? Но не успел он развить эту мысль, как его отвлек дрожащий женский голос:

– В-ваше высочество? Что вы здесь делаете?..

Шарлотта безошибочно узнала его, даже скрытого под большим капюшоном. Это удивило Вернера.

Но эмоция была мимолетной. Он тут же понизил голос и отчитал ее:

– Если уж кто и должен задавать вопросы, это явно не ты. Почему ты одна бродишь по таким трущобам без сопровождения? Неужели ты полагала, что ничего не случится?

Шарлотта опустила взгляд, ее губы задрожали:

– Я… просто…

Всю свою жизнь она была окружена любовью и заботой. Родные баловали ее, словно принцессу, и она совершенно не знала реальной жизни.

Сколько бы ни предупреждали ее близкие, она была наивной и не могла представить, что кто-то способен желать ей зла.

– Простите меня… Я впервые вышла за пределы родных земель и приехала в столицу. Все казалось таким удивительным, я засмотрелась… и сама не заметила, как забрела в этот переулок. Мне было так страшно…

Сегодня на нее впервые в жизни напали, а теперь она к тому же увидела мертвецов. То, что она до сих пор не потеряла сознание, – самое настоящее чудо.

И тут, не выдержав нахлынувшего ужаса, смешанного с облегчением, она разрыдалась.

– Чего ты плачешь?

Вернер тяжело вздохнул и на миг посмотрел на нее сверху вниз. А после все же мягко похлопал ее по спине.

Вдруг Шарлотта без колебаний прильнула к его груди. Он ожидал, что она отпрянет или хотя бы замешкается, но та, словно ребенок, уткнулась в его грудь, ища утешения.

Вернер опешил, его тело застыло, но Шарлотта продолжала дрожать и тихо плакать, словно беззащитный зверек.

– Ты хоть понимаешь, что я только что убил всех этих людей?

– Но ведь вы спасли меня.

Ее ответ на мгновение лишил Вернера дара речи. Шарлотта все еще содрогалась в его объятиях.

– Вы всегда приходите мне на помощь…

– Ты что, не боишься меня?

– Нет. Ведь вы не только спасли меня, но и помогли исполнить мою мечту. Как я могу вас бояться?

– Таких женщин, как ты, я еще не встречал…

Он вспомнил иных леди из высшего света: ослепительно наряженных, надушенных тяжелыми ароматами, с фальшивыми улыбками и кокетством в каждом жесте.

На их фоне Шарлотта казалась хрупкой, словно веточка, готовая сломаться от малейшего ветра. Эта слабость непостижимым образом приковывала к себе его внимание.

Вот почему она продолжала занимать его мысли.

– Это что-то новенькое…

Не попала ли она снова в беду? Не увел ли кто ее силой? Не одарила ли она кого-то своей доверчивой улыбкой и не пострадала ли от этого?

Все называли Шарлотту «лилией», но он видел в ней скорее нетронутый белый снег – она была такой же чистой и хрупкой. Стоило лишь прикоснуться – и она растает бесследно. Оказываясь рядом с ней, он каждый раз осторожничал, потому что не знал, что сказать и как себя вести.

– Ты сказала, что впервые в столице?

– Простите?

– Здесь слишком опасно для такой хрупкой девушки, как ты, чтобы гулять одной.

Шарлотта всхлипнула и подняла голову.

Вернер встретил ее недоуменный взгляд и медленно произнес:

– Леннокс.

– Слушаюсь.

– Останься при леди Анджело и оберегай ее.

– Не могу.

– Думаешь, кто-то посмеет коснуться меня, мастера меча? Я возвращаюсь во дворец. А ты охраняй ее.

– Но я не могу оставить вас одного. Прошу отменить приказ…

– Леннокс, делай что велено.

– …

На лице слуги отразилось полное непонимание, но ослушаться своего господина он не смел. После короткой паузы он взглянул на Шарлотту, стоявшую рядом, и, нахмурившись, низко склонился:

– Будет сделано.

Вернер тут же вернулся во дворец, поскольку плотный график не позволял ему разгуливать по рынкам.

Если бы он знал, к каким последствиям приведет этот выбор, Вернер никогда бы не оставил Шарлотту и своего верного рыцаря наедине.

* * *

– …

– …

Они стояли молча.

Трудно сказать, сколько прошло времени.

Наконец, не выдержав тягостной паузы, Шарлотта, лучисто улыбнувшись, заговорила:

– Эм… сэр рыцарь? Мы ведь уже встречались, правда? Но вот так наедине остаемся впервые. Я Шарлотта Анджело!

– Леннокс Маккарт.

– Можно называть вас сэр Леннокс?

– Как угодно.

Увидев, что рыцарь, который казался таким холодным, легко отреагировал на ее слова, Шарлотта почувствовала, как напряжение улетучилось. Она начала болтать без умолку.

– Ах, посмотрите! Там уличная еда… я никогда такого не видела! Она выглядит так необычно!

Ее глаза сияли, словно отражая небесную синь, а золотые волосы развевались на ветру. Она без колебаний схватила Леннокса под руку и то и дело показывала на что-то.

– Сэр Леннокс, посмотрите вон туда!

– …

Он вдруг замер, поднес к лицу маленькую ладонь девушки и принялся разглядывать. На коже были едва заметные следы от мозолей.

– Ваша рука…

– А?

– Вы держали меч.

– Ах… вряд ли можно сказать, что я что-то освоила… Но в детстве меня несколько раз похищали. И старший брат учил меня искусству владения мечом для самообороны.

Она смутилась, опустила