Напомню, например, сообщение «Нью-Йорк Тайме» от 8 сентября этого года, которая передала заявление, сделанное всем нам хорошо известным сенатором Томом Коннэли 40, демократом от штата Техас, председателем комиссии по иностранным делам, который, выступая против дальнейшей помощи китайскому гоминдановскому правительству, заявил относительно главы этого правительства, что он бежал на Формозу, оставив китайский народ и положив в свой карман золота на 138 млн., которое принадлежит Китаю. Я процитировал то, что содержится в статье, напечатанной в «Нью-Йорк Тайме» от 8 сентября 1949 года. Я хочу процитировать и то, что содержится в письме государственного секретаря Соединенных Штатов Америки на имя президента Трумэна, с которым препровождена госдепартаментом «Белая книга» о Китае. Вот, что здесь сказано. По мнению многих наблюдателей, они, т. е. правительство и гоминдан, впали в коррупцию, в драку за места и власть и надеялись на то, что Соединенные Штаты Америки выиграют войну за них и сохранят им их внутреннюю верховную власть. Эти наблюдатели, говорится в письме, препровождающем «Белую книгу» о Китае, боялись, что националистическое правительство, изолируя себя таким образом от народа, окажется в послевоенный период борьбы за власть неспособным поддерживать свой авторитет. Я не останавливаюсь на последней части этого заявления, в которой описываются причины, по которым все-таки США считали возможным и нужным оказывать гоминдановскому правительству помощь, это их дело, и сейчас мы этого смело можем не касаться. Но ведь в самом деле, из того, что я сказал (я напомню о сделанном публичном заявлении, с одной стороны, сенатора Конэлли, с другой – государственного секретаря Ачесона и «Белой книги»), видно совершенно ясно, что дело гоминдановского правительства проиграно раз и навсегда, что дело сейчас идет о полном банкротстве этого правительства и что ответственность за это оно должно нести само, что оно, его политика, вся его предыдущая деятельность неизбежно привели к той катастрофе, которая сейчас обрушилась на это правительство. Я спрашиваю, при чем же здесь Советский Союз, при чем здесь какое-то нарушение договора между Советским Союзом и Китайской Республикой, при чем же здесь какая-то угроза политической независимости и территориальной целостности Китая. Не ясно ли в свете хотя бы этих кратких замечаний, которые я сейчас сделал и которые не подлежат никакому оспариванию, что вопрос этот притянут за волосы, притянут с целями и по мотивам, не имеющим ничего общего с задачами Организации Объединенных Наций, которая должна отвращать всякую действительную угрозу политической независимости и территориальной целостности суверенных государств, и что жалоба, которая здесь нам представляется на рассмотрение, не имеет под собой решительно никаких ни логических, ни законных, ни каких-либо иных оснований, о которых я имел честь здесь упомянуть. Гоминдановское правительство пытается обмануть свой собственный народ, пытается отвлечь внимание общественности от того позора, который уже упал на его голову, отвлечь от того неизбежного конца, который все ближе и ближе подходит для правителей той еще оставшейся под их руководством части Китая, которая остается все меньше и меньше, благодаря воле китайского народа, а не благодаря каким бы то ни было интригам со стороны каких бы то ни было других государств.

Вот те, господин председатель, соображения, которые я должен был здесь сейчас высказать, решительно возражая против попытки навязать Генеральной Ассамблее через и при помощи Генерального Комитета возможность рассмотрения жалобы при помощи явно провокационной и клеветнической операции, которую пытается проделать сейчас г-н представитель гоминдановского правительства. Я боюсь, что он это пытается проделать не без определенной поддержки со стороны некоторых кругов иностранных государств, не без, может быть, даже прямого поощрения их стать на этот путь. Я должен заявить, что если даже Генеральный комитет и примет решение включить такой вопрос в повестку дня, вопреки справедливости и разуму, Советский Союз должен будет указать на то, что это будет одним из новых шагов тех групп, которые продолжают старую враждебную Советскому Союзу политику, политику натравливания на Советский Союз главным образом тех групп, которые уже известны всему миру. Я сошлюсь опять-таки на «Белую книгу», отражающую интересы тех групп, которые преследуют цели, ничего общего не имеющие ни с целями освобождения и счастья, благополучия и процветания своего собственного народа, ни с целями, которые должна преследовать Организация Объединенных Наций. Та характеристика, которая дана гоминдановскому правительству хотя бы в той же «Белой книге», достаточно говорит о том, с кем мы имеем сейчас дело. И вот вам сейчас предлагается от имени этих групп, идущих ко дну, обанкротившихся политических представителей старого Китая, взять вопрос в свои руки для того, чтобы использовать реакционные китайские элементы в борьбе против Советского Союза и против его настойчивых усилий укрепления сотрудничества в пределах Организации Объединенных Наций и далее за ее пределами.

Советское правительство должно предупредить о том, что такого рода метод ни в коей мере не способствует укреплению положения Организации, а наоборот, принятие жалобы китайского делегата будет обозначать не что иное, как поощрение клеветнических и провокационных выпадов против Советского Союза, которые он не заслужил ни своей деятельностью в прошлом, ни своей деятельностью в настоящем и будущем. Я поэтому просил бы Генеральный Комитет отнестись внимательно и ответственно к тем предложениям, которые представлены на ваше рассмотрение, и ввиду полной необоснованности, клеветнического и провокационного характера этой жалобы отказать представителю гоминдановского правительства в удовлетворении его просьбы о включении этого пункта в повестку дня Генеральной Ассамблеи.

ПРОТИВ ГОМИНДАНОВСКОЙ ПРОВОКАЦИИ

Речь на заседании Генеральной Ассамблеи 29 сентября 1949 года

Господин Председатель! К сожалению, вчера Генеральный комитет принял постановление, которое представлено на утверждение Ассамблеи, о включении в повестку дня пункта, который озаглавлен, как угроза политической независимости и территориальной неприкосновенности Китая и угроза миру на Дальнем Востоке, в результате якобы нарушения Советским Союзом Китайско-Советского договора от 14 августа 1945 г. и Устава Организации Объединенных Наций.

Большинство Генерального комитета, к сожалению, согласилось с этим провокационным предложением представителя гоминдановского правительства. Я говорю, что это произошло к моему большому сожалению, и я думаю, что не только к моему, но и к сожалению всех тех искренних друзей Организации Объединенных Наций, которые понимают, что означает такого рода шаг. Это серьезный шаг.

Представитель гоминдановского правительства внес в Генеральный комитет свое предложение без всякого обоснования, не приведя в пользу своего предложения никаких вразумительных соображений, не говоря уже о каких-либо фактических данных, которые можно было бы рассматривать как обоснование этого домогательства*

Я обратил вчера на это внимание Генерального комитета. Я говорил о том, что создается какое-то странное положение: достаточно,