усмехнулась, будто придавая моим словам значение не только в контексте испытания.

А вот Кора горела от ярости, но продолжать ругаться не могла — не делать же этого в обществе принцессы из другого государства.

— Ничего, долго ты здесь не продержишься. Четвёртое испытание рано или поздно состоится, обернуться ты не сможешь, и тогда ты больше не будешь так улыбаться, — произнесла леди Монтрас после ухода принцессы, а затем наконец отошла.

— Она просто злится, что ты отобрала у неё лидерство, и что остальные промолчали о том, что нашли сокровище. Она выглядит глупо в глазах всех, да и в рейтинге упадёт, — Тамилла, стоявшая рядом, протянула мне стакан с молоком, из которого чуть ранее отпивала сама. — До этого задания все союзы не были обозначенными, но сейчас нас останется только двадцать пять. И думаю, мы можем надеяться на то, что нас выберут в сильные команды.

Но я чувствовала, что злость Коры связана не только с этим. Она была тигрицей, сильным зверем, возможно, сильнейшим на Отборе. Однако с моим приходом и с прибытием Её Высочества принцессы Заралии ситуация изменилась, и ей наверняка это казалось особенно несправедливым.

Через день после испытания, попрощавшись с выбывшими участницами на официальной чайной церемонии, где каждая из новеньких сидела за огромным столом с Его Высочеством, я отправилась с Аликсом Ареттой в ещё одно место силы. Всё закончилось слишком знакомой неудачей, но мужчина не выглядел расстроенным.

— Отбор на некоторое время переедет на границу с Вааргом, в Старый Хадар, вместе с большим количеством придворных. Оттуда мы сможем посетить ещё четыре места силы, и на одно из них я особенно надеюсь. Хотя, признаться, я поражён вашим контролем.

— Вы ожидали, что я буду бросаться на людей?

— Мне сообщили, что Его Высочество даёт вам две ампулы крови в десятку. Это очень много, и я не могу рекомендовать подобного, однако результаты действительно впечатляют. Долго так продолжаться не может, кровь кронпринца в плохих руках может быть крайне опасна, и думаю, совет вскоре поставит ограничение на подобное.

Я похолодела, но ничего не сказала.

Потому что Его Высочество, в обход рекомендаций совета, передавал мне не две ампулы в десятку, а пять.

* * *

— Я не пойду, Мио, я не позволю никому унижать меня подобным образом ещё раз! — Имир отказывался отправляться к другому клиенту Финна, и мне хотелось придушить его прямо в этот самый момент.

— То есть ты в который раз доказываешь всем нам, что не можешь выполнять даже самую простую работу, которую я делала без всякой квалификации? — я знала, что мои слова были манипуляцией, но по-другому с Имиром нельзя было.

Два клиента — и оба потеряны, хотя Финн и я сотрудничали с ними многие годы. Имир их не устроил, и они открыто написали об этом. Ему постоянно требовались подсказки других ритуалистов, потому что он не имел достаточного опыта практики и видел себя исключительно руководителем. Ему был необходим отдых каждый час, несмотря на потрясающе отточенную концентрацию и резерв, полученные во время учёбы в Соронской Академии Магии. Ему требовался перерыв на обед в строго определённое время, и он морщился от «пойла», что подавали в соседней таверне. Ему, конечно же, не нравилось жить вдали от дворца, и он опаздывал каждый день.

Но хуже всего было другое — он не желал подчиняться. Заводился сразу, как только ему не нравился тон собеседника, и попросту уходил, иногда уведомляя клиентов о том, насколько он более высокороден по сравнению с ними.

— Я не позволю никому унижать меня…

— Ты унижаешь себя сам куда больше подобным поведением, потому что показываешь этим обычным людям, что неспособен ни на что, что ты более изнежен, чем девушки на Отборе, чем даже леди Вал-Миррос. Стоит ли мне рассказать ей, как ты не выдержал даже двух часов?

— Мио, не говори так с братом! — матушка в который раз схватилась за сердце, но я уже не верила её слабости. Наверное, потому что ей становилось плохо во время каждой из наших ссор, и каждый раз чудесным образом легче — стоит только оказаться на публике, среди других матерей участниц.

— Ты не можешь вечно меня шантажировать, — у брата дёргалась жилка на виске, и иногда мне казалось, что он просто прибьёт меня однажды, не выдержав такого давления. Или исключит из рода — я до сих пор удивлялась, что он этого не сделал. — Рано или поздно я женюсь на леди Вал-Миррос, и твои угрозы перестанут действовать. Так что нам лучше научиться уживаться уже сейчас.

— Конечно, — миролюбиво улыбнулась я, думая про себя, что скорее у Имира угаснет интерес — слишком тяжело ему давалась влюблённость в прекрасную Мелву. — У меня есть для тебя другой клиент, он платит посуточно. Кроме того, с тобой желает говорить королевская гвардия — у них накопилось много жалоб от тех, кого ты втянул в историю с золотыми шахтами.

— Ох! — матушка снова схватилась за сердце, но я всё равно продолжила.

— Нам нужно обратиться в банк и согласовать твои выплаты пострадавшим и должникам, но для этого у тебя должна быть работа.

— Почему ты не можешь взять займ на своё имя? — наконец спросил Имир то, что, наверное, давно хотел.

— Потому что мне надоело платить за твои долги. Сейчас я скорее позволю им забрать наш дом и убить тебя в подворотне, чем в очередной раз позволю использовать меня.

— Мио! — в ужасе мама смотрела на меня, не веря, что я это сказала.

А я и сама не знала, говорила ли полную правду, ведь рисковать жизнью Имира и потерей поместья, конечно, не хотелось. Потерять семейное гнездо, позволить месту силы оказаться в чужих, ненадёжных руках считалось серьёзным проступком, после которого нас даже могли лишить статуса аристократов, пусть и не сразу.

— Смотри, что сделала с тобой столица… хотя бы на Мелву не оказывай такого влияния на Отборе, — выплюнул Имир, а после взял у меня адрес следующего нанимателя.

* * *

— Мио! — Аделаида встретила меня прямо у входа и, посмотрев на моё лицо, сразу поняла, что место силы я всё ещё не нашла. — Не получилось?

Я только покачала головой и почувствовала ободряющее прикосновение к плечу. Не стоит Аделаиде так беспокоиться обо мне, она сама недавно пережила куда большие волнения на отчислении.

— Там рейтинг участниц вывесили...

Первой оказалась именно та, кого я и подозревала — принцесса Заралия из Иштавара, далекая и царственная, словно подлинная королева.

Двадцать пять девушек, сильнейших аристократок, каждая из