Маркус не станут ждать, пока ты ищешь в такой толчее свой рюкзак! Его наверняка уже стащили или выкинули подальше.

– Так что мне делать? Что показать им? – не унималась девушка.

– Возьми. Себя. В руки! – строго вскрикнула Сара, тем самым предотвратив скатывание подруги в очередную бездну страха. – У тебя есть телефон?

– Да. Я положила его в карман.

– Вот и отлично. Покажешь ту фотку, что прислала мне. Этого хватит.

– Сара…Ты говоришь так, будто от этого проекта не зависит наша общая судьба.

Подруга на мгновение отвела взгляд. В ее глазах мелькнула тень неприглядной правды, благодаря которой обе все еще сохраняли надежду на дальнейшее сотрудничество со студией Примера.

– Ну да, конечно, зависит, – быстро сказала она. – Но мы что-нибудь придумаем. Пойдем. Сейчас главное – подойти и начать разговор.

Конечно, Сара не могла признаться, что уже “придумала” что-то, договорившись с Джошем совсем на других условиях. И не в тишине его кабинета, а на заднем сидении машины.

Криста чувствовала это, но по-прежнему не подавала вид, ведь отступать было некуда.

Итак, девушки двинулись к компании самых влиятельных мужчин на пляже. Но, в отличие от Сары, что шла непринужденно и легко, каждый шаг давался Кристе с невероятным трудом. Ватные ноги подкашивались, а в груди колотилось сердце, готовое вырваться наружу.

Приближение подруг быстро свело на нет энергичный разговор бизнесменов. И все внимание теперь было устремлено в их сторону.

Взгляд Джоша, холодный и оценивающий, скользнул по Кристе и задержался на ее клетчатой рубашке, а затем в уголках его губ заплясала едва заметная насмешка. Взгляд менеджера был вежливо-равнодушным. А вот Маркус Торн смотрел на девушку с неподдельным, мягким любопытством, чуть склонив голову набок, как бы приглашая начать.

– Мистер Торн, мистер Праймер и…– Сара замешкалась и мило улыбнулась, потому что забыла имя менеджера.

– Джим Барнс, – тут же представился он, смягчив неловкую паузу шуткой: – Я просил маму назвать меня Маркусом.

– Мистер Барнс, – повторила Сара, дождавшись, когда мужчины закончат смеяться. – Разрешите представить Кристу Бэйл. Она разработала свой дизайн для “Lumy Surf School”.

Раскрасневшись, девушка попыталась выдавить улыбку, но получилась лишь жалкая гримаса. Она чувствовала, как взгляды мужчин впиваются и сканируют ее. Особенно Джош. Он смотрел на стажерку по хищному, не скрывая удовольствия от ее неловкости.

– Здравствуйте, – выдавила она наконец, и собственный голос показался ей писком испуганной птицы. – Я…у меня небольшое “ЧП”. Материалы, к сожалению, остались в…машине. Но я могу рассказать о концепции. Показать на телефоне.

“Нет, нет, нет!” – стучало в висках. – “Это провал! Они даже слушать не станут. Зачем рассказывать, если можно просто показать готовое? Я идиотка, и все испортила! Мама была права…Не стоило ехать сюда!”

– Рассказывайте, мисс Бэйл, – неожиданно сказал Маркус. – Иногда идея, рассказанная словами, запоминается лучше, чем любой макет.

Простой жест поддержки от хозяина вечера, который, вероятно, был отголоском многих лет упорной работы, стал для Кристы глотком свежего воздуха. Она на секунду закрыла глаза, выдохнула, заставляя дрожь в коленях утихнуть, и подумала: “Покажи им. Просто расскажи, и будь что будет!”.

И она начала. Сначала робко, сбиваясь и подбирая слова. Говорила о вчерашнем дне, о пустынном пляже и чувстве безнадежности, охватившем ее по прибытии в этот мрачный уголок. А потом голос Кристы окреп, когда она перешла к внезапному просвету в тучах и к серферу, который появился из ниоткуда, как олицетворение борьбы и гармонии.

“Я хотела уловить не просто красивую картинку”, – говорила девушка, все больше увлекаясь и глядя уже не в пол, а прямо в глаза Маркусу. – “Передать чувство преодоления. Что даже в самый хмурый, безнадежный день можно найти свою волну и свободу. Что школа серфинга – не просто место, где учат кататься. Это место, где люди находят в себе смелость бросить вызов своим страхам. Мой макет об этом”.

Следом девушка достала телефон и дрожащими пальцами нашла сохраненные фотографии с планшета, чтобы показать Торну.

Он долго смотрел на них, перелистывая и увеличивая фрагменты. При этом его лицо не выдавало ни единой эмоции: ни одобрения, ни порицания – только глубокую сосредоточенность. Джош же все это время пронзал иглами виновницу разговора и Сару, вспоминая каждую мелочь из их недавней встречи в авто.

Наконец, Маркус поднял голову.

Сперва он посмотрел на Кристу, затем медленно перевел взгляд на Джоша, и лишь после его прищура, заключил:

– Знаю, что вы уже унесли макет. Но, может, у вас есть фото работы Хлои Бриггман?

Праймер не понимал, что так привлекло Торна в макете Кристы. Его реакция была результатом предвзятого отношения и убежденности, что каждый достойный дизайнер должен в первую очередь презентовать себя. Однако он не мог воспротивиться и отказать хорошему другу в такой мелочи. Поэтому достал свой смартфон последней модели, нашел фото и передал его Маркусу.

Бриггман могла гордиться собой. Ее проект отличался безупречной техникой, стилем и идеальной композицией. Но в нем не было того, о чем только что говорила Криста – истории и души. Это была красивая открытка. Яркий рекламный баннер и не более.

– Что ж, юная леди. Я принял решение, – Маркус со сдержанной теплотой взял руку Кристы и пожал ее, как делают бизнесмены после заключения сделки. – Ваша работа – это то, что нужно. Она транслирует все, что мы хотим показать. Наши ценности и мечты. Она – это мы.

Облегчение, хлынувшее на Кристу, было таким всепоглощающим, что на миг у нее перехватило дыхание. В порыве радости девушка обняла Сару, сияя торжествующей улыбкой. В то время как Джош сухо и без тени искренности произнес: “Поздравляю. Хлоя была сильным соперником, но ты справилась”.

Эти слова, что должны были звучать, как похвала, на деле стали пощечиной. Праймер не скрывал, что терпит Кристу из-за договора с Сарой. И то, что в нем не было обязательства быть милым с ее подругой, открывало много возможностей для манипуляций.

– Спасибо, – натянуто