ней больше не было покорности и пустого, надоедливого соглашательства. Только горящие глаза, изгибы обнаженного тела и желание, разрывающего его мужское нутро.

Все произошло очень быстро и грязно. Джош быстро надел презерватив, вошел в нее одним агрессивным толчком и замер, стремясь прочувствовать своей плотью каждую клеточку ее лона. Сжал ее запястья, он глухо застонал, теребя зубами вершины ее груди. А после отстранился, чтобы с еще большим накалом и скоростью ворваться снова.

Сара же не стремилась оставлять их связь в тайне. Кричала, извивалась и дразнила, выталкивая его в моменты близкой кульминации. Ее дикий танец оставлял на спине, шее и груди любовника длинные царапины. Губы Праймера пылали от ее покусываний. Мужская твердь ныла и требовала освобождения, но девушка продолжала испытывать его волю на прочность.

Сев сверху, Сара вращала бедрами, как опытная наездница. Вырывая из Джоша протяжные стоны и вынуждая его молить о разрядке. Он впервые подчинялся женщине без стыда и желания доказать состоятельность. До крика, кома в горле и умопомрачения в глазах. И лишь, когда обои накрыла нестерпимая, сладкая волна судорог, сделал полноценный вдох.

Следом в салоне повисла тяжелая, спертая тишина. Его быстро наполнили запахи секса, пота и дорогого парфюма. Сара сидела, уткнувшись лицом в щеку любовника, пытаясь отдышаться и собрать разлетевшиеся осколки себя. Но вместо желанного освобождения все глубже погружалась в холодный омут стыда.

“Так, ради чего все это было? Мига мнимой власти, Кристы или мести?

Джош первым пришел в себя. Отодвинулся, поправил брюки, и, скинув животный дурман, с щемящей ясностью, заключил: “Теперь я готов выслушать твою подругу”.

Праймер не стал ждать, пока Сара оденется. Открыл дверь и вышел, без слов, не предлагая ей помощи. Теперь пустоту в душе девушки заполнял только прохладный ветер, сопровождая ее тягостные мысли, взгляды, направленные на босса, и быстрые сборы, похожие на побег.

Наспех натянув платье, Сара вышла и, семеня босыми ногами по шероховатой поверхности асфальта, взяла сигарету, которую только что прикурил Джош.

– Не знал, что ты куришь, – без морализаторства, но с долей удивления, прохрипел Праймер.

– Не курю, – ответила девушка тоном птицы, у которой отняли крылья.

– Хм. Ладно, – напряженно протянул Джош, понимая, что произошло нечто такое, чему оба пока не могут найти ни объяснения, ни уместить в голове.

Отныне он не мог вести себя с ней, как со стажеркой, а Сара – делать непринужденный вид. Простота сменилась горькой неопределенностью. Как и дикое желание близости сменилось болью, от того, что все случилось не так, как ей мечталось.

– Мы будем вон там. Приводи свою Кристу. У вас есть пятнадцать минут.

Скользнув гримасой удовлетворения по лицу Сары, Праймер направился вперед. Его прямая спина, уверенная походка и расслабленность сигнализировали о том, что их секс ничего не значил для него.

Он был ошибкой, гнусной и постыдной слабостью, которую ощущал только один из них.

“Он выиграл этот раунд, хоть я и добилась своего. Черт, где же эти чувства, которые не давали мне спать? Неужели я просто его придумала?”.

Вздохнув, девушка пошла вслед за боссом, собирая по пути остатки гордости. Сейчас она должна была сосредоточиться на плане. Сделать вид, что все под контролем.

“А что дальше? Как я буду смотреть в зеркало, зная, что утром он вернется в офис боссом, а я – стажеркой, которую он трахнул на заднем сидении авто?”.

Глава 10

г. Майами, пляж Саут-Бич.

Ее сердце продолжало биться особенно тревожным ритмом, глядя на то, как на площадке медленно исчезает свет, сменяясь гулом праздника. Вокруг все было “слишком”: ярко, громко и стремительно, а внутри царил хаос, раздирающий девушку на части.

Одна из них, маленькая, теплая и дрожащая от счастья – ликовала, потому что Соул был здесь. Появившись, как по волшебству, он снова спас ее. Его ладонь, крепко сжавшая ее руку, обещала безопасность. Но это ощущение было хрупким, как мыльный пузырь, и тут же лопнуло, едва он отпустил ее и ушел, окутанный ледяной, неприступной скорлупой.

“Появился, чтобы спасти, и снова исчез. Почему так? Неужели для него я всего лишь проблема, которую нужно решить и забыть?” – пронеслось в голове, и знакомое, тошнотворное чувство неполноценности снова выползло наружу.

Другая часть, более крупная и тревожная – кричала о презентации. О том, что какие-то минуты отделяют девушку от победы или оглушительного поражения. Мысли путались, накладываясь друг на друга, как кадры плохого фильма: баннер с силуэтом Соула, усмешка Джоша, уверенный взгляд Сары. И прикосновение к щеке темноволосого мерзавца, который считает окружающих своей собственностью. Притягивает и отвергает, разрушая границы и выстраивая еще более высокие, как…

“Нет, Соул так не поступил бы. Он ни за что не прикоснется ко мне без разрешения и не станет манипулировать мной. Что-то произошло. Между ними. Но что? И почему я думаю об этом вместо того, чтобы искать Джоша и Сару?”.

Однако девушка продолжала стоять, позволяя толпе обтекать ее, как камень в бурном потоке. Тяжелый, монотонный бит, смешанный с синтетическими переливами, отзывался в висках. Влажный ветер теребил волосы, окутывая Кристу смесью запахов соленого бриза, сладковатого дыма кальянов, духов, вина и морепродуктов.

Сейчас Саут-Бич был совсем другим. Тот пустынный пляж, где она искала вдохновение, теперь сиял и гремел. Некогда сырой и холодный песок закрывали низкие диваны, пуфы и столики со свечами в стеклянных колбах. А гирлянды придавали лицам людей мерцающее сияние.

Гости, пританцовывая, передвигались от стойки бара до свободных клочков берега, с коктейлями в руках. Казалось, весь гламурный и праздный Майами собрался здесь, чтобы отдать дань лету и чьему-то дню рождения. Но чем дольше Криста погружалась в это веселье, тем отчетливее видела его изнанку.

Светские улыбки быстро сменялись пресыщенностью и жаждой новых впечатлений. Женщины в дорогих, но слишком откровенных платьях, отправляли мужчинам отчетливые сигналы о готовности к любым, даже самым диким развлечениям. А те,