— Он к ней идет, ага. К ней. Смотрите, девочки. Он ее обнял, и за попу ущипнул, — простонала Малика. — А она засмеялась. Вот сучка. Хотя, чего она сучка то? Она деньги отрабатывает. Ооооо.

— Где? — мы Лидией ухватились за бинокли. Боже. Со стороны мы, наверное, сейчас выглядим как полудрочные агнентши Джонни Инглиш. Такие же чеканько, нет, даже еще долбанутее.

— Давайте его убьем, — хныкнула Малика. — Вырвем ему сердце его ледяное из груди.

— А я предлагала ему яички выдрать, — Лидия почти плачет. Глаза даже через бинокль на мокром месте. — Он сейчас с ней будет там…

— Будет. В трусах, которые я ему купила, — вздохнула я уныло.

Бедные мы бедные. Мы все любим одного и того же подонка. И каждая из нас несчастна по-своему. Но болит у нас, судя по всему, одинаково больно.

— Да уж, трусам кабзда. Там препараты огонь я достала. Слушайте, а давайте что ли по тортику заточим? Ну, настроение то надо как-то поднимать, — вздохнула Малька, руку подняла, чтобы официанта подозвать, но не успела. У нее телефон завибрировал в сумочке. Она достала трубку. Я снова ухватилась за бинокль, проводила взглядом машинку, на которой мой муж усвистал в извращенские свои дали.

— Вик, слушай. А если он ее того, ну… Ну если не успеет вырубиться, и…

Черт, Лидия прямо мои мысли прочитала. Они зудят в моей голове назойливыми мухами, и так же противны мне, как и ей.

— Думаю, что дальше петтинга у них не зайдет, — неуверенно сказала я. Ну а что, я же и себя в этом убедить пытаюсь, дуры мы дуры. Любим козла. — ну, может, поцелуются.

— А бляди разве целуются? — выгнула бровку наша принцесска. Черт, уже наша. Ха-ха. — Ну, помнишь, в Красотке… Вивьен же не целовалась с клиентами, потому что… Черт, а вдруг она тоже влюбится в нашего мужика? Вик? И он к ней будет ползти по водосточной трубе, а мы будем на это в бинокли зырить и на говно исходиь. Прикинь.

Прикинула я. Давно уже прикинула. Господи, пусть Лила заткнется хоть на минуту.

— Девочки, что скажу, охренеете, — перебила Малика наш занимательный разговор, от которого у меня все в душе перевернулось, блин. А вдруг и вправду у нас появится еще одна соперница. Хотя… Какая соперница? Соратница, скорее.

— Давно уже охренели, — буркнула я, отпив из чашки остывший кофе. — Давай уже. Жги. Что еще может быть поганее, чем то, что наш мужик сейчас на съемной квартире развлекается с дорогой шлюхой, которую мы сами ему и купили? Капец фанаберия. Да уже то, что я говорю НАШ мужик, это…

— Говенное фуфло, — закончила за меня Лидия. — На хрен торт. По коктейлю, может, закажем?

— Не, коктейли каждый день плохо. Сопьемся, и этот гад других дур себе найдет. Давайте, может в стриптиз махнем? Ну там, денег в трусы посуем горячим мачо. Отвлечемся. Сами стариной тряхнем. А что? Этому гаду можно, а мы как Ярославны должны ждать сидеть, когда он натаскается? А еще лучше… давайте жиголо снимем. Чтоб у него как у коня. Чтобы проклятый Алекс рядом с ним выглядел жалко. Что бы…

— Девки, вы меня слышали, вообще? Ау, — пощелкала пальцами перед нашими носами Малика. — Ща чо вам скажу… Знаете, что в тех ампулах, что себе Алекс колет? Мне подруга звонила. Ну та из лаборатории…

— Ну давай, удиви нас, — всхлипнула Лидия. Честно говоря, я ее очень понимаю. Сама на грани. Хочется рыдать, рвать на себе волосы и биться об стол головой. Какой-то запоздалый психологический аффект. Когда де уже она наступит, стадия принятия? Или все эти психо-блогеры и книги по просветлению полная фигня? Или…

— Это гормональный препарат, девочки. Его колют мужчины для того, чтобы…

— У них титьки выросли и фитилек отпал? — тупо хихикнула Лидия. Ей до стадии принятия еще дальше чем мне, похоже. — Не, Алекс за свою морковку жизнь положит. Напутала твоя специалистка.

— Лида, сосредоточься. Наш Алекс падла. Он колол гормон, чтобы никто из нас не мог забеременеть. Это мужской противозачаточный препарат.

Невозможно. Вот сейчас… Именно сейчас мне кажется, что в живот мне воткнулся острый нож. И теперь его кто-то изощренно в нем прокручивает. Годы… Годы хождений по врачам, годы боли и отчаяния. И он меня, сука, успокаивал, врал в глаза. Говорил, что у меня все получится обязательно. Поддерживал меня, улыбался лицемерно. Вот она пошла, как приход алкогольный, волнами огненными, стадия принятия. Опа-опа-опа.

— О-хе-реть, — Лиду, похоже, тоже накрыло. Глаза как плошки. Как у собаки из Огнива. — Ну и гнидятина наш с вами Алекс.

— Давай сюда свой порошок чесоточный, Малька, — прохрипела я. — Это война. Настоящая, до крови. Теперь уже точно.

Глава 13

Алекс

«Ты просто жеребец, пупсик. Рррр. Или как там? И-го-го. Прости, но у меня слишком тонкая душевная организация. Денежки из твоего лопатника я взяла, за моральный ущерб. Целую, твоя Киска. Пы. Сы. Не ищи меня, бессмысленно»

Сука! Черт, и как же я так попался?

Я дернул руку, пристегнутую наручником к металлической кровати и чуть не взвыл от боли и злости. Тварь, хоть бы ключ оставила.

В животе снова загудела раскаленная турбина. Что эта шлюшка мне подмешала? Трусы придется выкинуть. И чертову мужскую гордость вместе с ними. Твою мать, времени сколько сейчас. Интересно? Судя по сумеркам за окном вечер уже. Вика меня четвертует, если я не приеду к ужину. И квартира эта…

— Мужик. Ты какого хера тут? И чем, сука, так воняет? — я вздрогнул и уставился на огромного мужика, который появился в чертовой хате, слишком тихо для своей комплекции. — Эх, епт…

— Ты кто? — простонал я, загибаясь от стыда и бессилия.

— Хозяин халупы этой. Я ее