Работать вы меня не заставите. Ваша бабушка использовала меня только так. – Саволь замотал головой, мол, сыт по горло.

Именно потому, что он был молодым шаманом, бабушка его и эксплуатировала, и уж мою-то просьбу, твердо заявил Саволь, он ни за что выполнять не станет. С каждым его словом Мэхён все больше впадал в отчаяние. Я не смогла удержаться от сочувствия и продолжала настаивать:

– Саволь! Пожалуйста, помогите Мэхёну, он ведь мертвый!

– Послушайте, Ёнхва. Вы слишком остро все воспринимаете. Мертвый, ну и что с того?

– Да вы посмотрите ему в глаза! Отказать будет просто жестоко.

– Неужели он вам так понравился?

Я крепко схватила Саволя за руку и стала умолять. Он засунул колокольчик в карман и, сдавшись, кивнул. Пусть Саволь и бурно возмущался, но все же согласился. Оказалось, у него доброе сердце, хотя сразу не скажешь. Бабушка, должно быть, часто просила Саволя о помощи. Это неожиданное проявление человечности изменило мое мнение о нем в лучшую сторону.

* * *

План был прост: встретиться с Сохи и передать ей цветочные сладости. Саволь предупредил: она не должна узнать о том, что «Хвавольдан» связывает мир живых и мир мертвых, иначе лавка окажется под угрозой. Тайные силы, сказал он, на то и тайные, что скрыты от посторонних. Поэтому в детали Сохи посвящать было нельзя.

Эти слова огорчили Мэхёна, но Саволь заявил:

– Послушай, ты, громила. Тут тебе не консультация по вопросам загробной жизни. То, что я помогаю тебе, уже большое одолжение, ясно?

– Но если я не признаюсь ей, то все будет насмарку.

– Тебе нужно не признаться, а отпустить боль, которая держала тебя на земле все эти три года. Ты что, не хочешь переродиться? Купить сладости в «Хвавольдане» – значит приобрести билет в новую жизнь. Путь к перерождению для тебя открыт. Понимаешь, о чем я? Сегодня – твой последний день в качестве Чан Мэхёна.

Саволь определенно много знал о «Хвавольдане», его правилах и мертвецах. Я как прилежная ученица впитывала каждое слово.

Вдруг будто из ниоткуда перед лавкой вновь возникла черная кошка. Она замяукала, словно звала нас с собой.

– Раз уж кошка пожаловала, значит она знает, где находится Сохи.

– Так это не простая кошка?

– Скорее всего, у нее, как и у меня, есть особые способности. Кто попало сюда не приходит.

Кошка привела нас в парк неподалеку от «Хвавольдана». Мэхён сказал, что часто встречался здесь с Сохи, на что Саволь ответил:

– Повезло тебе. Будь парк подальше, кошка бы нас сюда не потащила. Связь установилась бы через сон.

– А вдруг это не случайность? Может, кто-то свыше так распорядился?

– Кто?

– Ну… судьба. Та, что наблюдает за жизнью и смертью с небес.

– Или просто призраки шалят.

Мы положили коробку с хвагвачжа на скамейку. Стояла глубокая ночь, под уличными фонарями не было ни души. Саволь смахнул грязь со скамейки:

– Подождем. Кажется, она идет сюда.

– Хён, можно одолжить ваше тело на минутку?

– Чего?

– Вижу, что у хозяйки дверь души плотно закрыта, а у тебя, как у шамана, открыта. Я смогу войти.

– О нет. Не хочу, чтобы в меня вселя…

В этот момент черная кошка громко мяукнула и скрылась за кустами. Я спряталась следом за ней. Тела Мэхёна и Саволя соприкоснулись. Мэхён исчез, а Саволь пожаловался на головную боль. Я поняла: в него вселился дух Мэхёна, – и крикнула, чтобы он быстрее взял кипарисовую коробку.

«Ну и своенравный призрак, ведет себя как вздумается!..»

Саволь схватился за голову. Откуда-то издалека к нему подошла девушка. Невысокая, миловидная, с порывистыми жестами. Без сомнения, это была Сохи. Она, похоже, сильно напилась, потому что икнула и плюхнулась на скамейку. Саволь сморщился и зажал нос.

– Эй, послушайте! Если выпили, идите домой, зачем же в парке…

– Дяденька, отстаньте.

– Дяденька?

Саволь тоже понял, что это Сохи. Она с трудом поднялась из полулежачего положения и села прямо.

– Я зря простояла на ветру. Настроение ужасное, так что не приставайте ко мне.

Из-за кустов напротив я сделала ему знак продолжать беседу. Саволь скрестил руки и нехотя заговорил снова:

– Ветер и правда сильный. Но почему вы не пошли домой?

– Кто вы такой, чтобы меня расспрашивать?

– Я? Никто. Просто есть у меня один знакомый парень, который однажды заставил девушку ждать.

– Вот же мерзавец!

Мэхён в теле Саволя заметно вздрогнул.

– Дяденька, почему любовь – это так сложно?..

Сохи опустила плечи и наклонила голову. Ее раскрасневшиеся от спиртного щеки ярко горели в свете уличного фонаря.

– С чего вы так решили?

– Просто… Человека, которого я любила, давно уже нет рядом. А я с тех пор так никого и не встретила.

– Странно. Вы же такая симпатичная.

– Может, сердцем я все еще с ним, все еще там, как три года назад…

Взгляд Саволя изменился. Он придвинулся поближе к Сохи:

– Три года назад случилось что-то плохое?

– Неудачная первая любовь. Он умер.

– Вы злитесь из-за его смерти?

– Ужасно.

– Хе-хе. Значит, этот парень точно не попал в рай.

– Да, он должен попасть в ад! В ад… Нет… Ни в коем случае не в ад… Он был хорошим, добрым. Надеюсь, он забыл обо мне и попал в рай.

Сохи опустила голову. Под действием алкоголя речь девушки заметно замедлилась, ее клонило в сон.

– Я бы хотела уйти за ним. Мне уже двадцать три, а в любви так и не везет…

– С чего вы взяли, что не везет?

– Ну… Больше никто не полюбит меня так сильно, как он. И я никого так сильно не полюблю…

Саволь держал в руках коробку с хвагвачжа и задумчиво смотрел на Сохи. Полусонная, с опущенной головой, она казалась ему очень милой. Сохи почти дремала.

– А я надеюсь, что ты еще встретишь свою любовь, – сказал Мэхён, накрыв ее руку своей.

Сохи уже практически заснула, поэтому не могла ничего ответить.

– Хочу, чтобы ты была такой же счастливой, каким был с тобой я.

Сохи закрыла глаза, прислонилась к плечу Мэхёна и полностью погрузилась в сон. Мэхён, произнеся слова, которое уже никогда не сможет повторить, горько улыбнулся и погладил девушку по щеке. Он заботливо усадил ее прямо и покинул тело Саволя.

Я тихонько подошла к Сохи. Саволь предупредил Мэхёна, что дальше откладывать перерождение нельзя. Нужно уходить.

– Я принял решение.

– Какое?

– Хочу поскорее переродиться, чтобы встретить Сохи и стать ее парнем. Я буду младше на двадцать три года.

– Серьезно?

– Да!

Мэхён выглядел решительно. Хотя это была его последняя встреча с Сохи, он радовался тому, что