— Тебя и всех остальных, — я вернул ей улыбку. — Как себя чувствуешь?

— Прекрасно! — она положила книжку на тумбочку. — Больше никаких голосов в голове. После того, что ты сделал, как будто появился какой-то блок. Он больше не может залезть в мою голову. Вообще не может, представляешь?

Мать кивнула и сверилась с документами в папке. А я пока плохо верил в такую удачу.

— Мы провели полное тестирование. Попыток взятия под ментальный контроль не обнаружено. Поэтому Таисию и остальных носителей защиты мы сегодня отпускаем, — обозначила мать.

— Правда? — Таисия аж подпрыгнула. — Ну наконец-то!

Никогда раньше не видел её такой счастливой. Правда, и пришёл я сюда не только ради неё.

— Ладно, Таисия, нам нужно идти дальше, — строго сказала мать. — Ожидай выписки в течение дня. Служебная машина отвезёт тебя домой.

Девушка закивала так быстро, что я удивился, как у неё шея не отвалилась. Мы вышли из палаты и двинулись по коридору дальше.

Мать открыла ещё несколько дверей — каждый раз сканер, каждый раз ожидание. Здесь, в глубине, располагались общие палаты. Я сразу обратил внимание на стены — специальное экранированное покрытие, которое не пропускает ни магию, ни ментальные воздействия, ни энергию хаоса. Серьёзная штука. Недешёвая.

Здесь располагались те самые двести с лишним магов, которых я вытащил из деревни Учителя. Его бывшие подопечные, носители нестабильной энергии хаоса. Все они находились здесь, под наблюдением учёных и медиков ФСМБ.

— Что тебя смущает? — спросил я, потому что у матери всё было написано на лице. Она хмурилась, сжимала губы и нервно перебирала страницы в папке. Классический набор «плохие новости, которые не хочется озвучивать».

— Те двести магов, которых ты спас, — начала она, понизив голос. — Все они являются носителями нестабильной энергии хаоса. Но за всё время, что они находятся здесь под наблюдением, ни один из них не пытался обратиться в монстра.

— Это же хорошо, — заметил я.

— Хорошо, но проблема в другом. Среди них много граждан других стран. И они требуют выпустить их. А мы не можем гарантировать безопасность. Ни их, ни окружающих. Если хотя бы один из них обратится в монстра на территории чужого государства, то в этом обязательно обвинят нашу страну. Используют как политический рычаг для попытки уничтожить репутацию.

Это грозит международным скандалом. Как будто нам и так мало своих проблем.

— Моих сил не хватит, чтобы поставить защиту на каждого, — напомнил я.

Мысленно прикинул, что сейчас у меня сорок пять носителей из шестидесяти. Пятнадцать свободных слотов. На двести с лишним человек этого не хватит при всём желании.

— Мне велено подготовить пятьдесят три иностранных гражданина к депортации, — голос матери стал тише.

— Кем велено?

— Приказ пришёл от Министерства обороны.

Так… Министерство обороны. Заместитель министра — одна из моих целей. На самом деле это хороший повод до него добраться. Грех упускать такую возможность.

— И ты хочешь, чтобы я убедился, не представляют ли они опасности? — спросил я.

— Да.

— Тогда ты ошиблась с кандидатурой, — я покачал головой. — Я не смогу сказать больше, чем твои приборы. То, что они могут обратиться в любой момент, ты и сама знаешь. Вся проблема в Учителе. Возможно, он специально их не трогает. Ждёт, чтобы они выбрались в мир, разъехались по своим странам. А потом уже вернёт своё влияние.

Мать помрачнела ещё больше. Понимала, что я прав.

— Если они останутся здесь, то разразится международный скандал, — сказала она. — Если выпустить, это грозит смертями. Чужих граждан на чужой территории. Я пыталась объяснить это начальству, но…

— Ты сможешь организовать мне встречу? — перебив, спросил я.

— Что? — мать выпучила глаза. Впервые за сегодня я увидел на её лице неподдельное удивление.

— Встречу с представителем от Министерства обороны.

Если явится тот, кто мне нужен — хорошо. А если нет, то я смогу объяснить им перспективу доступно и доходчиво. Ну, вернее, хотя бы попытаюсь.

Она помолчала.

— Я передам запрос, — осторожно ответила она, — но ничего не обещаю. Сам понимаешь, какие люди там сидят.

— Думаю, этим людям тоже не нужны проблемы с магом S-класса, — заметил я.

— А ты возгордился, — она улыбнулась как-то одобрительно. Странная смесь иронии и материнской гордости. Непривычная от неё.

— Ну, в любом случае, — она вернулась к деловому тону. — Всех оставить не получится. Есть личности, из-за которых может начаться серьёзный скандал уже в ближайшее время.

— Сколько их?

— Десять. Все так или иначе связаны с правящими семьями других стран. Их родственники давно считали их погибшими. А теперь, когда выяснилось, что они живы…

— Хотят вернуть своих, — закончил я за неё.

— Именно.

С десятерыми я мог помочь. У меня хватало слотов.

— Веди, — кивнул я. — С этим помогу разобраться.

Мать провела нас через ещё одну дверь — снова карта-ключ, снова сканер. Я отметил, какая мощная защита на стенах в этой секции. Двойной слой экранирования, руны подавления через каждые два метра. Здесь явно держали тех, кого считали потенциально опасными.

В палате находилось одиннадцать человек. Все мужчины. Разного возраста, разной национальности. Худые, бледные, с тем характерным выражением лица, которое бывает у людей, слишком долго просидевших взаперти. Но взгляды у всех были осмысленные.

Мать обратилась к двоим учёным, и один из сопровождавших вышел, уведя с собой одиннадцатого — видимо, русского гражданина, которому депортация не грозила.

Затем мать сделала объявление:

— То, что последует дальше, обезопасит вас от дальнейших трансформаций в неприятных существ. После чего вы должны будете подписать документы о неразглашении. Если информация о произошедшем каким-либо образом просочится с вашей стороны, мы будем вынуждены найти вас и уничтожить. Это не угроза. Это констатация факта.

Тяжёлая тишина повисла в палате. Все взгляды почему-то сместились на меня. Не на мать в белом халате, не на учёных с планшетами, а на восемнадцатилетнего парня в обычной куртке.

Забавно. Хотя, наверное, логично. Они провели достаточно много времени в деревне Учителя, чтобы чувствовать магическую силу на интуитивном уровне. И сейчас в этой комнате я фонил сильнее всех.

— Я помогу вам выбраться, — кивнул я. — Но при озвученных условиях.

Все согласились. Без возражений, без торга. Видимо, после плена условие подписать бумажку