когда со всех сторон орут, скандируют кричалки, демонстрируют сиськи и предлагают себя. Впрочем, тут были не только женщины. А в нашей группе было немало девушек.

— Тьфу ты, — Айша оглядела толпу с выражением повара, которому привезли тухлую рыбу. — Ни одного нормального мужика. Одни жирдяи и тощие.

Она ткнула пальцем вправо. Там, за кордоном, стоял мужчина лет сорока, крупный и краснолицый, в расстёгнутой лёгкой куртке. Рядом — худой парень студенческого вида в очках. Оба, заметив внимание свенги разом оживились.

— И ради этого мы красуемся, — Айша указала на парочку, которая чуть не запрыгала от счастья, увидев её жест. — Один, если его в постель пустить, запыхтит через секунду, второй сломается. Да им сиськи покажи, тут же всё закончится.

Тогра заржала. Потом повернула голову и кивнула в сторону ещё одного — молодого крепкого парня с модельной стрижкой. Тот стоял у самого барьера и пожирал свенг глазами. Улыбался во весь рот. И почти не моргал. Жуткое зрелище. Я бы ему обрез в морду разрядил. На всякий случай.

— Этот ещё хуже, — заговорила орчанка. — Вроде ничё так с виду, да? Крепкий. Плечи широкие. Только стоит и слюни пускает, вместо того чтобы подойти. Типаж «хочу, не могу, смотрю издалека, по вечерам наяриваю в ванной».

— И ничё я не буду пыхтеть! — вдруг заорал толстяк из-за ограждения, с заметно замедленной реакцией. — Знаете, сколько я заплатил, чтобы тут стоять⁈ Могли бы хоть спасибо сказать!

Я всё ещё размышлял о склепе, вампирах, предложении Феликса и конечно же, красивых женских сиськах. Так что на слово не отреагировал. Зато его отлично зафиксировал Гоша.

Гоблин затормозил так резко, что Пикс, шедший сзади, впечатался ему в спину.

— Чё ты там ляпнул⁈ — Гоша развернулся к барьеру. — Кому платил⁈ Сколько⁈ За что⁈

Толстяк растерялся. Открыл рот. Закрыл. Растерянно оглянулся, попытавшись отступить назад. Три солидного размера женщины, которые принялись орать скабрезности Гоше, вытолкнули пухляша назад.

— Ну… за вход… — наконец заговорил тот. — Полтинник…

— ПОЛТИННИК⁈ — Гоша аж задохнулся. — Кому⁈ Кто собирает⁈ Чё за дела? Где наша доля⁈

— Так реклама была, — мужчина казалось съёжился в размерах. — Что вы снова тут. Я онлайн заплатил. Вот.

Гоша подскочил к оцеплению.

— Ты тоже платил⁈ — ткнул он пальцем в тощего парня. — А ты⁈ СКОЛЬКО⁈

Ему принялись отвечать. И судя по выкрикам — заплатили все. Натурально купили билеты. Чтобы на нас посмотреть. Ещё и с градацией по местам. Бизнес-модель, япь. Дно пробили, смонтировали ворота и поставили кассу.

К Гоше кинулись фанатки. Две эльфийки и одна человеческая девица, которая была выше него раза в три. Первая вцепилась в фуражку. Вторая пыталась обнять. Третья тянула руки и что-то кричала, захлёбываясь восторгом. Кто-то из задних рядов кинул в него плюшевую косулю. Три солидных дамы за сорок, что до того выталкивали толстяка, откинули его в сторону и почувствовав слабину охраны, слитно ударили в оцепление. К месту тут же кинулись полицейские из тактического резерва. Загудел сервомоторами тип в броне. Гоша орал про кассу и обещал прокрематорить кассира его же будкой, фанатки верещали что-то нечленораздельное, охранники матерились. Кто-то выстрелил в воздух.

Хаос. Чистый и дистиллированный.

Я покосился на Арину, которая держала в руках телефон. И обречённо кивнул.

Дождался, пока она запустит стрим и произнесёт первые слова. Потом — повернёт камеру ко мне.

Я посмотрел в объектив. Прямо в глаза тем первым зрителям, которые уже смотрели трансляцию.

— У меня всего один вопрос, — сказал я. — Какого япнутого хера тут творится?

Глава IX

Знаете, что бывает, когда дарг на камеру задаёт вопрос тысячам зевак? Размышляете? Ну так я вам скажу — ничего хорошего.

Моя фраза ушла на сервера, обработалась и вернулась обратно в телефоны тысяч людей за ограждениями. Сотые доли секунды. Плюс, ещё мгновение, которое им потребовалось, чтобы осознать контекст.

А потом толпа взревела. Мощным рёвом возмущённого зверя, которому только что сказали, что его кормили с лопаты за его же деньги. Металлические секции ограждений на цепях, скрипнули и прогнулись внутрь. Охрана в жёлтых жилетах побледнела и дружно попятилась. Ближайший полицейский офицер принялся орать в рацию, и бойцы, стоявшие рядом с нами, бросились к линии ограждений, подпирая металл плечами.

Путь к дверям терминала был полностью свободен. Мы могли рвануть туда прямо сейчас. Для этого даже были резоны. Например пара мглистых косуль, которые охреневали от происходящего и были близки к тому, чтобы кинуться в самую гущу событий.

Одно только «но» — в таком случае мы бы просто сбежали от проблемы. Которая бушевала за забором и орала тысячами голосов. Тем более тут имелась ещё одна сторона вопроса — кто-то заработал на нас. Тупо и топорно, но тем не менее. Продавал билеты тем, кто желал посмотреть на наши лица. Непростительно.

Арина уже переключилась в боевой режим. Камера на толпу, зум на ограждения, а вот теперь обратно на шеренгу полиции, которая пыталась сдержать «зрителей».

— Эпик-вайб, народ! — громко заговорила она — Мы в прямом эфире и это не постанова! Героев Ярославля продают по билетам! Без их ведома и согласия!

Хаос набирал обороты. Толпа раскололась надвое. Те, кто отдал деньги за билеты, кипели от ярости, понимая, что их развели. А те, кто просочился бесплатно, поймали волну абсолютной эйфории.

Особенно старалась женская половина.

— ТО-НИ! МЫ — БЕСПЛАТНО! ГО-ША! МЫ — БЕСПЛАТНО! — ритмично и двусмысленно скандировал левый фланг, где кучковались студентки.

Справа, из сектора постарше, неслось более развёрнутое.

— Зачем платить⁈ Мы сами дадим! — в голос орали женщины. — ВСЁ дадим! ЗАДАРОМ!

— ДЕ-НЬ-ГИ! НАЗАД! ДЕ-НЬ-ГИ! НАЗАД! — это уже скандировали свенги.

А то, что проорала рыжая девица выдающихся форм из третьего ряда, я цитировать не стану. Скажу лишь, что предложение было конкретным, адресным и анатомически подробным. Включало меня, Гошу, двух орчанок и какие-то верёвки. Креативно, ничего не скажешь. Моё мужское эго довольно мурлыкнуло. Правда Арина, покосилась на эту самую рыжую с вполне отчётливым желанием пальнуть той в голову. Даже за пистолет на секунду схватилась.

Правда почти сразу отпустила. Принявшись снимать полицейский барьер, с сохранением которого у стражей порядка были значительные проблемы.

Первыми прорвались свенги. Группа молодых зеленокожих парней опрокинула сразу несколько секций забора. Их не остановили даже электрошокеры. Восстановить порядок смогло подошедшее подкрепление. Последний