Не подозревал, что настолько. Увидеть хранителей, выжить, а потом ещё и заключить договор.

Что-то подсказывает — парень удивился бы куда сильнее, если бы видел, как работает Варнес. Если бы не мой наставник, запертый в медальоне, боюсь нас бы разобрали там по запчастям. Впрочем, рассказывать об этом Феликсу я не собирался. Козыри на стол выкладывают только идиоты и покойники. Даже если речь идёт о вампире, который привязан к тебе контрактом.

— В любом случае тебе нужно вернуться, — сказал я. — Принять власть. Потом уже будешь разбираться с духами.

Феликс замолчал. Качнув головой, оглядел салон.

Сзади спал Гоша. Через проход Сорк яростно шептал что-то Пиксу, тыча пальцем в экран ноутбука — судя по обрывкам слов, они обсуждали, можно ли майнить что-то там на серверах «Северного Терминала» без ведома Блосова. Орчанки дремали, привалившись друг к другу.

Обычная компания. Если не считать, что половина пассажиров формально относилась к тем, кого в приличном обществе старались не упоминать за ужином.

Феликс снова посмотрел на меня. Потом опустил взгляд на свою правую руку. Там, где обычному человеку ничего бы не было видно, вампир, очевидно, наблюдал совсем другое. Линии контракта, впечатанные в кожу. Печать.

— Ты ведь не снимешь это? — Он чуть приподнял ладонь.

Я посмотрел ему в глаза. Пожал плечами. Феликс чуть поморщился. Кивнул. Откинулся на спинку кресла.

— Раз так… — произнёс он медленно. — Может, поможешь мне во всём этом разобраться? По-настоящему. Мне всё равно придётся тебе подчиняться, интересы у нас совпадают. А вчера ты из безвыходной ситуации сделал выигрышную. Я запомнил.

Надо же. А парень не промах. Ситуация — тебя тащат исполнять семейный долг, от которого бегал полжизни. Печать на руке, деваться некуда. Что делает умный человек? Превращает кабалу в партнёрство. «Раз уж я обязан подчиняться, давай оформим это как союз.»

Ловко. Минус в плюс за одну фразу. Я бы сам так сделал. Ну или отрубил бы себе руку, чтобы избавиться от печати и попытался расколотить иллюминатор. Конечно, если бы по-прежнему оставался в теле дарга.

— Бросать тебя я не планировал, — сказал я. — Вот только официальный формат лучше обсудить с адвокатом.

Феликс тут же повернул голову в сторону Сорка, который всё ещё грузил чем-то Пикса.

Я усмехнулся и отрицательно покачал головой.

— С настоящим, — понизил я громкость голоса. — Виталием. Уверен, вы найдёте удобный всем вариант.

Сорк, конечно, обиделся бы. Гоблин считал себя юристом высшей категории. Однако контракт с вампирским родом — это не жалоба на плохое качество мяса в шаурмечной. Тут нужен кто-то, реально разбирающийся в законах. И не пытающийся накормить судью сардельками.

Динамик над головой щёлкнул.

— Уважаемые пассажиры, — голос пилота звучал так, будто с него за каждое слово брали по рублю и он отчаянно экономил. — Начинаем снижение. Пристегните ремни.

Спустя десяток минут снижения и маневров, шасси ударили по бетону. Тряхнуло так, что сзади в голос выругался лязгнувший зубами Гоша.

— Добро пожаловать в Ярославль, — сообщил пилот тем же экономным тоном. — Температура за бортом минус пять по шкале депрессии. Спасибо, что летели с нами.

Пилотам вроде нормально платят. Чего он так разошёлся-то? Может проблемы на личном фронте?

Самолёт покатился по полосе. За стеклом проплыли серые корпуса аэропорта, мигающие огни, полицейские мигалки… Стоп. Нахрена их так много? И вон, там вдалеке вроде сами стражи порядка в форме тусуются.

— Шеф, — Сорк прилип носом к иллюминатору. — Там тьма народу.

— Хорошо, — машинально отмахнулся я.

— Ты не понял, шеф, — медленно протянул гоблин. — Там ТЬМА. Рили. Сам позырь.

В иллюминатор с моей стороны уже не было ничего видно. Но вот когда опустился трап, я вышел первым. И позырил.

Аэропорт выглядел так, будто в нём проходит концерт. Или случается революция. Как вариант — всё разом и одновременно.

За металлическими ограждениями, растянутыми от терминала до лётного поля, стояли, сидели, подпрыгивали и орали сотни зевак. Хотя не — пожалуй даже тысячи. Людей было больше половины. Свенги — ещё процентов двадцать. Всех остальных было приблизительно поровну — гоблинов, эльфов, цвергов и полукровок всех мастей. Даже тролли маячили.

Ограждения держала охрана в жёлтых жилетах, перемешанная с полицейскими. В тылу застыли фигуры в старых боевых доспехах.

Когда я появился на трапе, толпа взревела.

Вы не представляете, что в такие моменты чувствуешь. Когда звуковая волна буквально бьёт тебя в грудь. Тысячи глоток одновременно выдают максимальную громкость при твоём виде. А встречающие едва ли не прыгают. Хочется сразу всех осчастливить. Ну или в бой повести. Как вариант — выпить. Вон ту компанию молодых девушек, которые переглядываются и подначивают друг друга задрать майки, я бы вообще в спальню пригласил. С крайне глубоким к ним уважением.

— ТО-НИ! ТО-НИ! ТО-НИ! — ритмично скандировала одна половина.

— ЩЕН-КИ! ЩЕН-КИ! — вторила другая.

Откуда-то из гоблинского сектора неслось что-то совершенно отдельное, речитативом, с хлопками.

— Гоша — вождь! Тони — мощь! Кто не с нами — того на борщ!

Полсотни сбившихся в тесную кучу свенгов скандировали нечто совсем иное.

— СТА-А-Я! СТА-А-Я! СТА-А-Я!

Честно — я повидал вещей за последние месяцы. Мглу, монстров, астральных тварей, вампирские склепы и гоблинские похороны. Меня сложно удивить. Однако вот — смогли.

В толпе мелькнуло что-то розовое. Потом ещё. Нижнее бельё. Женщины кидали в нашу сторону бюстгальтеры. Белый кружевной снаряд, в которые было завернуто что-то увесистое, пролетел по дуге и приземлился точно на капот полицейской машины. Другой покатился по асфальту. Ловко это они придумали. Главное, чтобы гранаты в них заворачивать не начали.

Справа от барьера какая-то женщина задрала футболку и заорала что-то про любовь. Рядом с ней подруга молча подняла плакат «ТОНИ ЖЕНИСЬ НА МНЕ».

Арина, вышедшая следом, выдохнула, смотря на всё это. Понимаю — память о Нарге была совсем свежа. И похоже никак не давала блонде покоя. Но уже через секунду она переключилась в профессиональный режим.

— Стрим? — тронула она меня за локоть. — Покажем всё в прямом эфире?

— Подожди, — сказал я. — Не уверен, что это хорошая идея.

Судя по лицу, девушка была со мной несогласна. Однако телефон спрятала.

Мы двинулись через лётное поле к терминалу. Охрана организовала коридор — проход между ограждениями, по которому нас вели как через живой тоннель из рук, плакатов и визга.

Идти и не оглядываться. Сложная задача. Особенно