капля крови приходит в движение и разделяется на несколько частей. Спустя еще мгновение рядом с троном, по обе его стороны, появляются четыре вихря. Два справа и два слева. Для подобного заклятия мне требуется знатная часть имеющиеся магии, и я знаю наверняка, что мое сердце там, в Эларисе начинает замедлятся.

Из вихря появляются четыре удивленные фигуры. Одна мне очень даже хорошо знакома. Наследный принц Эдмунд.

– Эвива? – округляет он свои красивые зеленые глаза, но я не отвечаю, только обращаюсь к сестре.

– Камилла.

Она тут же оборачивается и устремляет четыре нити к наследникам престола.

– Нет. – в ужасе вопит королева, но ровным счетом ничего не может сделать.

Две принцессы, одной из которых не больше семнадцати, и два принца падают на колени, схватившись за свои грудные клетки.

– Вот теперь можно начать переговоры. – широко улыбаюсь королеве. – Отзовите своих людей.

– Назад. – мгновенно произносит она, и ее солдаты отступают, опустив оружие.

Я же мысленно направляю свою магию к заклятию, которое было наложено на зал, его нужно снять немедленно. Однако…оно уже снято. И так быстро это могла сделать только одна ведьма в этом зале. Перевожу взгляд на свою старшую сестру. Валери. Она стоит в самом центре хаоса с закрытыми глазами и вздохнув спустя мгновение, открывает их, уставившись испепеляющим взглядом на королеву.

– Сядь. – произносит она ледяным голосом, от которого, будь у меня тело, волосы встали бы дыбом. Королева стискивает челюсти, но подчиняется, бросив обеспокоенный взгляд на своих отпрысков. – Я не Элоиза.

Стекло в окнах справа начинает едва заметно дрожать. Невозможно. У нас нет доступа к дару в астральной проекции. И тем не менее…

– И я не мой отец. – продолжает Валери, медленно растягивая каждое слово. Кулаки ее сжимаются, а плечи напрягаются. – Если ты встанешь не на ту сторону, Каролина, я сожгу Аргос до тла.

Словно в подтверждение ее слов, пламя в камине буквально взрывается, задевая солдат, которые стоят слишком близко. За считаные секунды их охватывает огнем с ног до головы, и воздух пронзают болезненные крики.

– Прямо как и десять лет назад. – говорит Вал, и глаза королевы вспыхивают сначала удивлением, а затем ненавистью.

Десять лет назад?

– Ты не посмеешь. – выплевывает королева. – Вы не сможете сражаться на два фронта.

Пол под нами начинает вибрировать как от землетрясения, и мы с Камиллой невольно переглядываемся. Твою мать, Валери в разы сильнее, чем мы когда-либо предполагали. Да, я вижу, какой ценой ей это дается – ее проекция истощается, становится менее четкой, но все же…Боги, я рада, что она не считает меня своим врагом.

– Знаешь, где мы сейчас находимся? – вдруг спрашивает она, вскинув голову. – В Эларисе.

Королева застывает, моргнув.

– Америда ненавидит людей точно так же, как ненавидит демонов, если не сильнее.

Наглый блеф, но до чего же гениальный. А я считала ее плохой актрисой.

– Поэтому в следующий раз подумай дважды, прежде чем заманивать нас в ловушку. Я не дам тебе второго шанса на искупление, и заплатишь ты не ценой своей жизни, а ценой каждого человека в Аргосе. Включая своих детей.

С лица королевы сходят все краски, ее пальцы сжимают подлокотники трона до побелевших костяшек.

– Кора, Камилла. – обращается Валери к ведьмам, и обе открывают порталы.

Первой исчезает Кора, следом Камилла отпускает наследников, и те разом делают глубокие вдохи. Фин рычит на солдат и входит вместе с Калебом в портал следом за своим вожаком и его парой.

Вал бросает на меня последний взгляд и исчезает в слабой вспышке света. Очевидно это ее маленькое представление далось ей большой ценой.

– Вау. – протягиваю я, выходя в центр зала. – Ты ее знатно разозлила.

– Почему ты все еще здесь? – раздраженно выпаливает королева.

Горящий мужчина спотыкается и буквально падает сквозь меня, теперь уже смолкнув навсегда. Я переступаю через него и поднимаю взгляд на королеву.

– Совсем недавно я прочла кое-что любопытное.

Эдмунд поднимается на ноги вместе со своими братьями и сестрами. Его темные волосы теперь доходят ему аж до плеч. Не стану врать, он стал еще сексуальнее с нашей последней встречи. Его младший брат его вылитая копия, но поменьше. Тот же высокий рост, узкая талия и изящные, воистину королевские черты лица. А вот девочкам в этой семье не повезло. Внешностью они пошли в королеву. Ничего выдающегося.

– Оказывается, – продолжаю я. – Аргос когда-то принадлежал ведьмам.

В той же книжке о русалках мне попался обрывок старинной карты с описанием и назначением территорий. И Аргос там был ведьменской землей. Это было еще задолго до времен Эрианы, и очевидно древо хотело, чтобы я получила эту информацию именно в этот момент, как раз до прихода сюда.

Эдмунд удивленно вскидывает брови и тут же смотрит на свою мать, которая в свою очередь старается вообще никак не реагировать.

– Предлагаю сделку. – улыбаюсь, сложив руки за спиной. – Если не хочешь, чтобы моя Верховная вдруг решила вернуться к своим корням…

– Я не стану сражаться с тем, кто не нападает на меня.

– О, станешь. – тут же отвечаю, направляясь ленивым шагом к помосту. – Даже будешь умолять нас о помощи. Это лишь вопрос времени. – отмахиваюсь, словно это не столь важно. – Мне нужно кое-то другое.

Королева задумывается, а я бросаю недвусмысленный взгляд на ее наследников, напоминая о том, что еще мгновение назад моей сестре ничего не стоило вырвать им сердца. Буквально.

– Оставьте нас. – вдруг приказывает она всем присутствующим в зале, включая своих детей. Ей тут же подчиняются. Все, кроме Эдмунда. Тот даже с места не двигается. По глазам вижу, его крайне удивило все, что здесь только что произошло. Очевидно, его мать не очень то посвящает его в свои дела, и ему это совсем не по душе. Хорошо. С этим можно работать.

– Чего ты хочешь? – бросает мне Каролина, когда только мы трое остаемся в зале. Она даже не пытается вытолкать Эдмунда. Наверняка, не хочет позориться при мне или же боится выдать свое недоверие к собственному наследнику. Поздно.

– Две вещи. – останавливаюсь недалеко от ступеней и склоняю голову набок. – Но для начала скажи, какой срок дал тебе Ксандр на нашу поимку?

Она сжимает челюсти так, словно не хочет отвечать. Как здорово, что выбора мы ей не оставили. Каролина может сколь угодно считать себя в выигрышном положении, но она все еще человек. Хрупкий, беспомощный человечек.

– Месяц.

– И как давно это было?

– Две недели назад.

Значит, он пришел к ней примерно после того, как потерпел неудачу с Горной стаей.

– Хорошо. – киваю. – Я хочу, чтобы ты дала