сил. Вообрази, в среднем за день по полторы пачки выкуриваю, а иногда и по две. Кошмар. — Он стряхнул пепел с кончика уполовинившейся сигареты, ещё пару раз смачно затянулся и раздавил окурок о дно пепельницы.

— Итак, к делу, — решительно объявил подполковник, прерывая короткую паузу. — Во сколько тебе нужно быть на полигоне?

— Взрыв запланирован на пятнадцать ноль-ноль. Чтобы без суеты, спокойно разгрузиться, мне там надо будет появиться часа за два. То есть в час пополудни.

— Ехать отсюда до полигона примерно час, — подхватил подполковник. — Значит, мои парни должны упаковать твои грузовики к двенадцати. Сейчас, — он посмотрел на экран айфона — семь двадцать четыре. Выходит, у нас в запасе четыре с половиной часа. Отлично, успеваем. Ну чего, пошли что ли в ангар, проконтролируем погрузку.

— А вы разве не дадите мне список, для предварительного ознакомления?

— Да брось, Олегыч, я лично дважды просматривал список. Там всё по делу, только отслужившее свой срок барахло. Пошли в ангар, опломбируем приготовленные ящики и проконтролируем их погрузку на твои грузовики.

— Нет, так нельзя, — упёрся капитан. — По инструкции, до погрузки мне должен быть предоставлен список вывозимых со склада боеприпасов. Я должен внимательно с ним ознакомиться и утвердить его.

— Говорю тебе, капитан, это бесполезная трата времени. Со списком всё в порядке, но он большой, аж на двенадцати листах. И если ты, по инструкции, будешь внимательно с ним ознакомляться, мы затянем с началом погрузки и можем не уложиться в срок.

— И тем не менее, я обязательно должен его просмотреть. Постараюсь сделать это как можно быстрее.

— Вот, значит, как, Валерий Олегович, — покачал головой помрачневший подполковник, — выходит ты мне не доверяешь? Ну спасибо тебе, сынок, удружил.

— Василий Макарович, но ведь…

— Кому Василий Макарович, а кому и товарищ подполковник, — перебил Береговой.

— Товарищ подполковник, но ведь так по инструкции положено, — растерянно пролепетал в своё оправдание молодой капитан. — Честное слово, у меня и в мыслях не было вас обидеть.

Подполковник поднял трубку одного из телефонов и раздражённо рявкнул в неё:

— Лариса, срочно распечатай мне дополнительный список хлопушек!.. Каких-каких? Новогодних, млять! Тех, что на вывоз приготовили!.. Затем! Этот умник инструкций начитался, и требует экземпляр для предварительного ознакомления!.. Да, Семёныч доверял, а этот проверяет! Ты, давай, поменьше рассуждай и быстрее делай!.. Печатаешь уже? Ну, добро. Как закончишь, пулей ко мне! Всё, отбой.

Комендант положил трубку, выудил из пачки очередную сигарету, закурил и, окинув собеседника тяжёлым взглядом, объявил:

— Будет тебе список. Жди. Через минуту распечатает.

— Напрасно вы так обо мне, — проворчал обиженный капитан. — Я лишь выполняю свою работу.

Но подполковник никак не отреагировал на это его последнее высказывание. Он с отстранённым видом смотрел в распахнутое окно и курил, подолгу затягиваясь и выпуская изо рта и носа струи белого дыма.

Как и было обещано, через минуту в кабинете появилась секретарша с распечатанным списком. Она подошла к угрюмым офицерам и положила список перед капитаном.

— Спасибо, Лариса, — кивнул подполковник.

— Что-нибудь ещё? — спросила женщина.

— Это ты не по адресу вопрос задаёшь, — ухмыльнулся подполковник. — Не меня, а товарища капитана спрашивать надо. Он у нас большой знаток инструкций.

— Ну что вы, ей богу, — покраснел молодой капитан. — Не я же их придумал…

— Капитан, список тебе принесли? — перебил подполковник. — Вот и читай его, не отвлекайся, а то время уходит… Лариса, ты пока свободна. Понадобишься, позвоню.

Секретарша вернулась в приёмную, капитан занялся списком, а подполковник потянулся за очередной сигаретой…

Когда капитан закончил чтение последней страницы и отложил её в сторону, пепельница подполковника была полна окурков, а таймер на лежащем на столе айфоне показывали восемь ноль девять.

— Никак ознакомился, — усмехнулся подполковник и закашлялся. — Тепе-кх-рь мы може-кх-кх-м идти гру-кх-зиться? Кх-кх-кх…

— У меня вопрос по одному пункту, — спокойно возразил капитан.

— Тьфу ты, чёрт, опять не слава богу! — прохрипел подполковник, откашлявшись, и от души приложил по столу кулаком. — Капитан, ты что, решил меня сегодня до инфаркта довести?

— Вот, посмотрите сами, пункт двести шестьдесят первый на девятой странице. — Валерий передал список подполковнику. — Нашли?.. Читайте.

— ГОСТ ХХХХХХ серийный номер с ХХХХ01 по ХХХХ34 оптические приборы «Глаз» тридцать четыре штуки, срок беспрерывного хранения на складе девятнадцать лет два месяца четырнадцать дней. Ну и чего тебя не устраивает? Срок эксплуатации их истёк, и приборы списали на уничтожение. Всё по инструкции, как ты любишь.

— Не совсем, — возразил капитан. — Здесь же чёрным по белому написано оптические приборы. А по инструкции…

— О Боже! Дай мне сил! — взмолился подполковник.

— Да, по инструкции, — как ни в чём не бывало продолжил Летунов, — я должен вывозить на полигон только просроченные боеприпасы.

— Да брось, капитан, видел я эти приборы, ерунда какая-то, трубки вроде подзорных, изготовленные во времена Союза, для какой-то засекреченной лаборатории. Они уже почти двадцать лет у меня на складе пылятся, и за всё это время ни разу ни одна душа о них не вспомнила. По сути, это никому не нужный хлам, и, если мы похороним их на полигоне, никто нам слова дурного не скажет. Ведь я не имею права хранить у себя невостребованные игрушки дольше отмеренного им срока профпригодности. Сам знаешь, на моём складе каждый квадратный метр ценится на вес золота.

— Но я не имею полномочий их уничтожать, если это не боеприпасы. Оптикой занимаются другие структуры. Можно с ними связаться и организовать перевозку приборов отсюда на какой-нибудь их специальный склад… Или что там у них?

— Можно-то можно, но для этого нужно созваниваться, договариваться, оформлять немерено бумаг, выделять машину с охраной, напрягать людей, и всё ради коробки никчёмных, никому нахрен не нужных, списанных в утиль, трубок. К чему весь этот геморрой, когда можно попросту отвезти их на полигон, уложить среди снарядов и шарахнуть. А после взрыва от приборов и следа не останется.

— Нет, я не повезу их на полигон, — остался непреклонен молодой капитан.

— Вот же черт упрямый! — в сердцах воскликнул подполковник и закурил очередную сигарету. — Скажи, ну чего ты боишься? Кроме нас с тобой, об этом ящике с оптическими приборами ни одна живая душа