Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Говоришь, шикарно выгляжу без рубашки?
Занавес.
Глава 17
С возмущением смотрю на Таира.
А сразу сказать нельзя было?
Вот прям как мой папа! Тот тоже вечно отмалчивается. Ждет, пока мама выбьется из сил, объясняя ему, где он был неправ. И только потом выясняется, что все все неправильно поняли. Потому что он молчал.
У меня в семье один нормальный мужчина, который не ждет до последнего с важной информацией, — это Марат. Он, видимо, в маму пошел, а из отца даже сплетни не вытянешь.
И Таир, похоже, такой же.
Сплошные недостатки у человека. Как он выживает-то?
Не мог сразу сказать, что у него две сестры? В первую же встречу. Где-то между «привет» и «как дела» было бы вполне уместно. Ну или «А брелок мне подарила сестра. Одна из двух». Тоже мне разведчик.
Закатываю глаза и демонстративно отворачиваюсь, складывая руки на груди. Пусть теперь извиняется.
Но момент с публичным раскаянием портит Венера.
— Я позвоню тебе попозже… — шмыгает она носом, обращаясь к брату.
— Лучше завтра, — самонадеянно уточняет Таир. Ха! — И я бы не торопился делать выводы. По крайней мере, все следует выяснить наверняка, чтобы не вышло как в прошлый раз… Ты же сама говоришь, что было только похоже, что они целовались…
— Он к ней наклонился! — снова хлюпает Венера. — Просто ты из мужской солидарности его защищаешь! Не буду тебе звонить!
И уносится.
Таир тяжело вздыхает.
— Младшая? — повернувшись к нему, уточняю я.
— Они все младшие, — он трет переносицу.
— И что ж ты как старший брат проморгал козла рядом с сестренкой? — упрекаю я.
— Вот у тебя есть старший брат? — смотрит мне в глаза Таир.
— Ну, есть.
— И часто ты его слушаешь?
Слушать Марата? Еще чего!
— Иногда, — обтекаемо отвечаю я, но, похоже, мои слова не вводят Таира в заблуждение.
— Вот и Венера — иногда. И вообще, слушать надо было до того, как они поженились…
— Так он еще и муж? — поднимаю я брови.
— Да, и это уже шестая или седьмая за полгода «обнаруженная измена». Венерка даже частного детектива нанимала, чтобы найти какую-то левую бабу. Не нашла, ситуация прояснилась, но ей не хватает драмы. Санек — святой человек и любит ее.
— Дыма без огня не бывает, — скептически фыркаю.
— Кстати, про огонь. Пора вернуться к насущным вопросам.
— Это к каким? — Хлопаю ресницами.
— К тем, в которых я без рубашки и шикарен, — напоминает Таир.
— Это я для красного словца, — тут же открещиваюсь я.
Кажется, настает подходящий момент продинамить Нарыкова. Будет он мне еще голову морочить!
— Предлагаю убедиться эмпирически, — Таир притягивает меня к себе.
Я поддаюсь, но в последний момент выставляю между нами руку.
— Не, не, не… Эмпирически мне папа не разрешает. И я обещала быть дома в одиннадцать…
— Алсу, — Таир улыбается так, что у меня дыхание перехватывает. — Ты забываешь про обстоятельства нашего знакомства.
И окончательно прижимает меня к себе.
Это он про то, что мы с Маринкой напивались до двух ночи в баре? Ну так, папа просто не знал. Уверена, если бы я спросила его разрешения, он бы не одобрил. Поэтому я его и не спрашиваю.
— Вот из-за этих самых обстоятельств у тебя и сложилось обо мне ложное впечатление, — заверяю я Таира и выпутываюсь из объятий.
Надо увеличить дистанцию, а то мурашки опять просыпаются и уже начинают разминаться перед забегом. Некоторые усиленно пытаются усыпить мою бдительность, но со мной этот фокус не пройдет.
Можно и Таро не раскладывать. Если я сейчас пойду на поводу у гормонов, Таир так никогда и не осознает, как правильно ухаживать за девушкой.
Так что Золушке пора домой, пока она не потеряла не только туфельку, но и платьице.
— А как же десерт? — И главное, смотрит так, что любому ясно, что он не про те пирожные, что сейчас стоят на столе. И у меня четкое ощущение, что переступи я порог приватной зоны, окажись снова в той наэлектризованной атмосфере, и все… Воспитательный момент будет гарантированно упущен.
— Много сладкого вредно, — делюсь я с Таиром мудростью и направляюсь к выходу.
Настигает меня Нарыков уже на крыльце. Быстро он расплатился.
Открывая мне дверь машины, спрашивает:
— Не передумаешь?
Ну кто так настаивает? Начинаю раздражаться. Всему-то надо учить.
— Не-а.
И пока Таир везет меня домой, я уже планирую в голове, как он потянется меня поцеловать, и как я не дамся…
Однако если человек противный с самого начала, он таким остается до конца.
Нарыков по-свински не оправдывает моих ожиданий, даже и не думая приставать ни в машине, ни у подъезда, отчего я раздражаюсь еще сильнее. Очень хочется дать пощечину, но не за что. Никакой чуткости и понимания.
Таир еще и сообщает, что его не будет несколько дней в городе.
— Ты же не думаешь, что я буду ждать твоего возвращения, сидя у окошка в тоске? — сразу даю понять, что, если на это рассчитывает, то очень зря.
Нет, чтобы закрепиться на позициях, Таир куда-то уезжает.
Ну сам виноват, что такую женщину у него уведут.
И вообще. Я очень занята. Дел невпроворот.
Я бегать за ним не собираюсь. И так все не по-человечески: надо, чтобы мужчина делал первый шаг. Я не люблю, когда не по правилам.
Поднявшись к себе, твердо решаю, что, когда в следующий раз Таир мне напишет, то наткнется на неприступную крепость.
И все шло хорошо, пока Нарыкова в городе не было.
Испортила все, разумеется, Маринка.
Глава 18
Вторник проходит в рабочем угаре. Звонит Амина и «радует» меня новостями из типографии. У нее был заказ на приглашения, но хотя бы тут никакой лажи. Все уже отпечатано и даже разослано. К тем, кому нужно вручать лично, жених и невеста должны доехать в эти выходные. А вот с коробочками для мини-презента гостям какая-то засада. То ли картон нужного оттенка кончился, то ли ленты не того цвета.
Задница, короче.
Тащиться в промзону в час пик, не понимая, что именно пошло не так, мне совершенно не хочется, и я пытаюсь вызнать по телефону детали. Пока выходит так себе.
Еще отбиваются из ресторана, что тумба-стойка для вэлкам-зоны в ремонте. Предлагают другую, но она такая мрачная, будто мы собираемся принимать не поздравления, а соболезнования. Нужно как-то это дело загримировать.
И куча подобных мелочей, включая вставшую на паузу аренду мини-холодильников для шампанского, чтобы гости в ЗАГСе и в поездке