поднимаю я бровь. — А теперь предупреждаешь, что будет плохо. Уже были жалобы?

— Алсу, ты нарываешься! — рычит Таир.

— Я? — закатываю глаза. — Ничего подобного! Но спасибо, что предупредил. Может, и хорошо, что мы не зашли дальше. Девичья память услужливо стерла то, как плохо ты целуешься.

— Плохо? — Глаза Таира опасно прищуриваются.

— Ну да. Без огонька. Так… на троечку…

Договорить мне уже не удается.

«Довела!» — радуется женская натура, когда твердые губы впиваются в мои.

Правда, праздновать победу долго не получается, потому что Таир явно вознамерился показать мне, кто тут главный. Ха! Как бы не так. Сейчас он узнает, кто здесь зажигалка!

Глава 16

И моя активность находит встречный отклик. Даже более того.

Таир, как огромный бойцовский пес, у которого лопнул поводок. В секунду он перехватывает инициативу, оплетая меня руками и углубляя поцелуй. Я хоть и люблю быть всегда главной, но женская сущность довольно урчит. Потерявший контроль Таир — как котику сметанка. Никогда бы не подумала, что в таком непробиваемом типе столько огня. Снова повторяется момент, когда все окружающее растворяется, словно мы одни в целом мире.

Помрачение рассудка, не иначе. Ничем другим я не могу оправдать, что в этот миг для меня существуют только губы и руки Таира. Будто магнитное поле, усиливавшееся между нами весь вечер, приводит к столкновению зарядов. И электрическая вспышка проходится волной сквозь тело, вызывая мурашки вдоль позвоночника и заполняя каждую клеточку лавой.

Чудом срабатывает предохранитель, не позволяя мне расстегнуть на Таире рубашку в ответ на его жадные поглаживания. Хотя прямо сейчас мне необходимо почувствовать ладони на голой коже. Тонкая ткань платья кажется лишней, и именно это подает мне сигнал, что и в самом деле нужно остановиться.

Не время. Не место.

И самое главное — я ни за что не достанусь мужчине так легко.

Разорвав поцелуй, я делаю вид, что смущена, и прячу лицо на груди Таира. Лицо и довольную улыбку, потому что успеваю заметить голод в темных глазах. Так-то. Это не просто «хочу завалить аппетитную телочку». Таир реально делает на меня стойку.

— Опять будешь врать, что я не в твоем вкусе? — спрашиваю, хотя очевидно, что это не так. Прямо сейчас я животом чувствую, как крепнет интерес к моей персоне, повышая пульс у меня самой.

Я не из стесняшек, но почему-то ощутимая эрекция Таира не только вызывает у меня ответное возбуждение, замешанное на предвкушении, но и заставляет мои щеки краснеть.

— Не буду. — Рука, расположившаяся на моей ягодице, слегка сжимает ее. — Кажется, я спалился.

Я слышу, как тяжело бухает его сердце в груди. Но еще больше меня торкает голос. Шикарный сам по себе, сейчас он богат откровенно сексуальными нотами.

Так. Может, Таир и прав. Если не остановиться, то все плохо кончится.

Плохо — это когда мужчина получает доступ к телу женщины раньше времени. Ценить не будет, страдать не будет, признаваться в любви не будет. Плохо.

В общем, пока некоторые не пересмотрят приоритеты, ничего им не обломится.

И чтобы не показать, как меня проняло, я решаю взять тайм-аут:

— Я на минуточку, — выпутываюсь из горячих объятий. — Носик попудрить.

И линяю в уборную. Нужно остудить горящее лицо, освежить блеск для губ и взять себя в руки. А может, и порепетировать равнодушный вид.

Только туалет временно представляет собой кабинет скорой психологической помощи. Когда я туда захожу, там уже перед зеркалом зареванная девчонка рыдает по телефону.

— … меня даже не заметил! — всхлипывает она в трубку, отворачиваясь от меня. — Я подглядывала… Они целовались! То есть это точно никакие не деловые встречи! Да что ты понимаешь?

Чтобы не мешать чужому горю, скрываюсь за дверью с буквой «Ж», но мне все равно слышно всю историю мерзавца. И я деве искренне сочувствую.

Кто-то скажет, что, если она не хотела своего парня поймать на горячем, то и следить за ним не нужно было. Но я считаю, если есть подозрительные звоночки, игнорировать их глупо. Лучше узнать правду и послать козла лесом, чем самой скрести потолок развесистыми ногами. Только прежде чем начинать рыдать, я сначала бы расцарапала наглую рожу изменщика, а уж потом можно и поплакать.

Моей тактичности хватает на то, чтобы дать девушке выговориться подруге, высморкаться и уйти из уборной. Это занимает какое-то время, надеюсь, Таир там весь десерт еще не съел.

В общем, чужие страдания напоминают мне, что нельзя расслабляться. Пока враг не повержен окончательно, нельзя подпускать его слишком близко. В голове тут же выстраивается план, как подразнить и обломать Таира, но когда я возвращаюсь к приватной зоне, то вижу, что нужно придумывать что-то новенькое. Желательно с участием огнестрельного.

Нарыков стоит в дверях, и видно, что это не нетерпеливое ожидание меня прекрасной. Он обнимает и успокаивающе поглаживает по спине ту деву, что только что ревела в туалете. Она то пытается вырваться из объятий, то снова льнет к нему.

И мне все это очень не нравится.

Картинка складывается мгновенно. Таир со мной целовался, его девушка за ним следила и увидела его измену. Она проревелась и пошла выяснять отношения. И что делает Таир? Интересно, он до сих пор со стояком?

Красная пелена заволакивает мне глаза.

Натягивая на лицо выражение Снежной королевы, я с презрительным видом неторопливо подхожу к Таиру со спины. Похлопываю его по плечу, привлекая внимание, и когда он оборачивается, обливаю презрением:

— Теперь ты спалился окончательно.

— Что? — не понимает Таир.

Еще и внаглую не пытается от своей девушки даже отстраниться.

Хоть бы рожу виноватую сделал!

— Я была права насчет тебя, дорогой. И не пиши мне больше. Кобели многоразового пользования меня не интересуют!

Эффектно тряхнув волосами, я разворачиваюсь, чтобы гордо уйти, но меня останавливает дрожащий женский голосок:

— Простите, я и вам все испортила. Я сейчас уйду…

Красное марево перед глазами сменяется черным. Это как же надо себя не уважать, чтобы, застукав своего парня с другой, утереться и уйти, дабы не мешать ему развлекаться?

Я оборачиваюсь:

— Милая, — я смотрю на нее сверху вниз, благо рост и каблуки позволяют, — тебе нужно научиться ценить себя. Как бы шикарно он, — я киваю в сторону Таира, на которого стараюсь не смотреть (еще чего!), — ни выглядел без рубашки, как умело ни целовался, это не повод топтать свою гордость…

Я сейчас готова еще много чего сказать, но красноглазая дева с поплывшей подводкой меня перебивает:

— Вы все не так поняли… Я сестра Таира. Меня зовут Венера…