Если бы можно было дать совет молодому поколению, я бы сказал, что главное - не рубить с плеча. По молодости, а может, от усталости и от зашоренности обычно всем море по колено. Принципиальность зашкаливает.

В конце концов, для спуска на дно водоема требуется аж три человека, помимо водолаза: руководитель, страхующий и замещающий, а после свадьбы муж с женой остаются вдвоем. Ни подстраховать, ни покараулить.

Сложно.

После рождения Насти как-то постепенно все изменилось. Год, два, три… Это ведь не за день происходит. Тут не договорили, тут замолчали, обиду затаили, там недолюбились - выходит оказия.

Люди с течением жизни отдаляются - вот она человеческая трагедия.

Оля ни с того, ни с сего начала ревновать… Как сумасшедшая.

Приезжаешь со сборов или командировки, а дома тебя принимают как на государственной таможне - с досмотром и спущенными с цепи собаками.

Кому такое недоверие понравится? Будто накручивал ее кто. Ставлю сотку - любимая теща постаралась. Без нее еще ни один пиздец в жизни Ильи Александрова не обходился.

Отшучивался, успокаивал как мог, но Олю, мою Чуму - дерзкую, независимую, веселую - словно подменили. И внешне, кстати говоря, тоже. Любое предложение заняться ни красотой, а хотя бы собственным здоровьем, она воспринимала в штыки.

Так прошло еще несколько лет.

Ситуация ухудшалась. Принимала форму чрезвычайного положения. Домой порой идти не хотелось, ночевал в управлении, выдумывал причины, чтобы не появляться.

Силы были на исходе.

Любовь - казалось… умерла.

В один день не выдержал, нервы окончательно сдали. Я тоже человек. Пусть и с членом. Сказал ей выбирать: «Или Оля верит и больше не мучит подозрениями ни меня, ни себя, либо я уезжаю в длительную командировку на новые территории - передавать опыт молодняку. Как раз руководство попросили. Условия вполне приемлемые: домой стал бы приезжать в отпуск и по праздникам. С детьми - родители помогут. Да и они уже не маленькие. Так, за нашими ссорами и Настя до школы доросла».

Чума на мой план согласилась. Мы поговорили, вроде помирились, но через несколько дней у нее перемкнуло - выставила меня за дверь.

Так началась моя агония.

Одиночество.

Переоценка ценностей.

Было много разговоров, желания сойтись, спонтанных встреч, взаимных обид и слез. В том числе и детских: Артем принял все слишком близко к сердцу, Настя, моя стойкая малышка, как-то держалась.

Я на время умер.

Вместо реанимации - съемная полупустая квартира.

Вместо капельницы - алкоголь. Да, и такое бывало. Забыться помогало.

Периодически все нутро скручивало - про-е-бал. Казалось, жизнь кончена, все, темнота. Нет, даже не так. Если бы умер - было бы не так плохо.

Это страшнее.

Все по сравнению с этим было страшнее.

А Оля? Пришла на развод с таким выражением лица, будто я предатель. Пришла в суд, хотя давно меня судила и вынесла вердикт: «Списан за ненужностью».

Кстати, взгляд у Чумы был такой же, как и сегодня - пустой.

Окей.

Забыли, значит, что после садьбы произошло, раз такие взрослые.

- Твою дивизию! - хриплю, въезжая в сугроб прямо у входа в Управление.

Задумался!

Выскакиваю из-за руля и рассматриваю передний бампер. Клиренс в двести двадцать решает - ни одной отметины. Все чисто.

Хорошая машина - любуюсь.

И цвет - ровно под наш город, серый.

На разноцветных пусть клоуны всякие катаются.

Щелкнув пультом от сигнализации, захожу в Управление и здороваюсь с охраной. В своих мыслях поднимаюсь на второй этаж.

Возле кабинета окликают.

- Илья Владимирович! А я вас жду. Мы хотели по вакансиям пообщаться, - под стук тонких каблучков сообщает Алена.

- По вакансиям? - придерживаю для нее дверь, скидываю куртку и стряхиваю с нее снег. - Ну пойдем, пообщаемся…

 Глава 16. Илья

- Как тут у тебя душно, Илюша! - обмахивается папкой Алена.

- Не проблема. Сейчас проветрим, - спокойно отвечаю.

Она кладет папку, разворачивается и присаживается на угол стола.

Загадочно наблюдает за тем, как я запихиваю парку в шкаф и достаю вешалку с парадным темно-синим костюмом. После обеда состоится совещание с руководством, надо причепуриться. Начальник отдела безопасности людей на водных объектах должен выглядеть соответственно.

- Погладить бы тебе форму, - Алена бросает взгляды на спецовку и брюки, которые я снимаю с перекладины.

-Только из химчистки.

Глянув на нее, жду какой-то реакции.

Ни стеснения, нет - чего она там не видела?

Хрен знает чего жду: молодежь нынче пошла без комплексов. А у меня их отродясь не было.

Вообще, только идиот выгуливает ширинку «в своем дворе». С Аленой интересно получилось. Бывшая соседка Полины, жены Артема, приглянулась мне сразу. Миловидная, спокойная, темненькая - все как я люблю. С сексом не затягивала, про отношения разговоров не заводила, в душу не лезла.

Легкий бытовой роман двух уважающих чужие личные границы людей так бы и продолжался, но потом они обе, включая невестку, на меня насели: работа нужна, с прошлого места Алену несправедливо уволили, а жить на что-то надо.

На сайте Управления МЧС девчонки нашли объявление о наборе в отдел кадров.

Пришлось замолвить словечко.

Устроили.

- Ты переодевайся, - мягко улыбается. - Не обращай на меня внимание…

Хмыкнув, расстегиваю ремень и дергаю вниз собачку на ширинке.

Джинсы меняю на брюки.

- Стрелку на штанине неровно погладили, Илюш? - Алена поднимается и пока я вдеваю ремень в шлевки, проводит ладонью выше колена.

- Где? - смотрю вниз.

В нос бьют сладковатые духи, в лицо - вырез на груди. Женские бедра и ноги, обутые в узкие лодочки, тоже в плюс.

Все красиво - не спорю, но больше от этого не коротит.

Потому что Чума равно отрава для бойца.

- Вот здесь задвоилась стрелочка, - ласково гладит бедро. - Заедь ко мне. Я переделаю.

- Сойдет для региона, - отвечаю с иронией.

Отдалившись, стягиваю свитер и отворачиваюсь, чтобы снять спецовку с вешалки.

Алена мягко нападает со спины. Прижимается.

Сначала эта игра в «Илью Владимировича Серого Волка и Аленушку» даже нравилась. Потом узнал, что отца у нее не было. Вот и тянется, постоянно спрашивает разрешение на каждый шаг и делает вид, что ее все устраивает.

Но это все поебень, конечно.

Только вид.

Женщины, которые играют в «девочку», определенно вставляют, но если чувствуешь себя при этом мужиком, а не папашей.

- Ну? Чего ты? - смотрю назад.

- Я соскучилась, Илюш. Ты давно не заезжал… Все на