– Добрый вечер, джентльмены. – Я заставляю себя слегка склонить голову. Надеюсь, я проявляю к ним достаточно уважения, чтобы не показаться грубой, но и не настолько, чтобы проявить почтение к ним.

– Что вы здесь делаете? – спрашивает мужчина в центре. У него на шлеме есть несколько дополнительных перьев, а к груди приколот значок. Видимо, он капитан.

– Я искала принца Кэйлиса, – отвечаю я, стараясь придать себе властный вид.

– Принц Кэйлис в течение последнего часа не отходил от брата ни на шаг, – скептически замечает мужчина справа.

И будь он проклят за то, что делал именно то, о чем мы договаривались.

– О, правда? А я думала, мы собирались встретиться наедине, чтобы… – Я запинаюсь и прижимаю кончики пальцев к губам, надеясь, что мой румянец похож на стыдливый. – Не обращайте внимания. Я просто вернусь в зал.

Только я разворачиваюсь, чтобы уйти, как капитан хватает меня за запястье. И его хватка крепче, чем мне бы хотелось. Я притворяюсь смущенной, почти раздраженной его действиями.

– Прошу прощения?

– Король велел присматривать за вами.

– Да вы что? – Я изображаю на лице застенчивую улыбку. – А вам не приходило в голову, что, возможно, он велел присматривать за мной, чтобы вы должным образом поприветствовали меня в выделенных ему коридорах, поскольку я невеста Кэйлиса?

Они обмениваются неуверенными взглядами, подтверждая, что король не уточнил деталей. Что может сыграть мне на руку. Или… нет.

– Нам нужно, чтобы вы пошли с нами. Лучше все проверить.

Желчь подступает к горлу, но я проглатываю ее. В голове проносятся воспоминания о той злосчастной ночи, когда меня поймали, атакуя со всех сторон. «Не паникуй», – приказываю себе.

– Принцу найдется что сказать по этому поводу, – говорю я.

– Принц подчиняется своему отцу так же, как мы.

Полагаю, это правда. Мои пальцы подергиваются, словно борясь с желанием призвать колоду, привязанную к бедру. У меня все еще есть карта Колесницы, которую дал мне Сайлас, но я не хочу ею пользоваться, разве что окажусь в совсем отчаянном положении.

– Очень… – Слово «хорошо» так и повисает в воздухе, когда меня перебивают:

– Клара. – Голос Алор звучит ровно. Она стоит в дверном проеме, удивленная моим появлением не меньше, чем я ее. – Вот и ты. – Она поспешно перекрывает проход. Переводит взгляд с моего запястья на мужчину, который держит меня. – Какие-то проблемы, Илван?

– Король просил нас присмотреть за этой особой. Мы собирались отвести ее к нему…

– Ты схватил будущую принцессу Орикалиса так, словно она какая-то уличная девка, – перебивает его Алор, а в ее тоне слышится и возмущение, и упрек одновременно. Я замечаю, что на ней не платье или костюм, как на остальных студентах, а практичная кожаная одежда под более простой версией формы стеллитов. Она одета словно стеллит на тренировке. – Мы, клан Башни, служим короне.

– Сама корона попросила нас привести ее. – С каждой секундой голос Илвана звучит все более неуверенно.

Я с радостью позволяю Алор взять инициативу в свои руки. Она со вздохом качает головой, как будто не может поверить, что ей приходится объяснять все на пальцах.

– Вероятно, не стоит тащить ее за собой, как мула на поводке. Отпусти ее. Я сама отведу ее к королю.

Секунду мне кажется, что Илван собирается возразить. Но не делает этого. Лишь неохотно разжимает пальцы.

– Вот и славно. – Алор ведет себя так, будто стеллиты подчиняются только ей одной, несмотря на то что они явно выше ее по званию. Но ничего другого от дочери Верховного лорда клана Башни я и не ожидала. – Клара, прошу, следуй за мной.

Я обхожу стеллитов с высоко поднятой головой, хотя мое сердце бешено рвется из груди. Они провожают меня взглядами, пока я следую за Алор в соседнюю комнату. И для пущей убедительности шуршу юбками.

– Что ты, по-твоему, делаешь? – шепчет Алор, как только дверь за нами закрывается. – Ты не должна быть… А знаешь что? Не хочу знать, что ты здесь делаешь. – Она со вздохом потирает переносицу. – Пройди в эту дверь, затем направо – и попадешь прямо в бальный зал. Уходи, пока тобой не заинтересовался кто-то еще. Если кто спросит, мы пытались найти короля, но не вышло.

– Спасибо. – В моих словах слышится нечто большее, чем облегчение.

– Рано благодарить. Ты не в безопасности, а я не смогу спасти тебя от большинства людей.

Я отступаю. Не собираюсь пренебрегать ее добротой или представившейся возможностью. Но только я собираюсь открыть дверь, как она окликает меня по имени. Я замираю на месте, и Алор подходит ко мне, вытаскивая из кармана листок бумаги. С опаской смотрю на него, вспоминая, что просила ее отыскать информацию об Арине… и моей матери.

– Я почти ничего не смогла найти о твоей сестре, и это пробудило во мне любопытство. Поэтому я копнула глубже. Имя Лейлис помогло, так что спасибо за подсказку. – Одной рукой она берет меня за правое запястье, а другой вкладывает листок в ладонь. Но не отпускает меня, как будто не уверена, стоит ли делиться со мной информацией.

Алор долго смотрит мне в глаза. И что-то в ее взгляде заставляет мое сердце биться быстрее и чаще, чем навязчивое внимание стеллитов. Это страх. Опасение. Она отпускает меня, крепко сжав зубы.

– Теперь это касается не только тебя.

– Что ты нашла?

– Пока мало что. – Алор кивает в сторону двери, о которой упоминала ранее. – Нам нужно поговорить после приема.

Я молча киваю и ухожу в указанном направлении. Но прежде чем войти в бальный зал, я останавливаюсь и разворачиваю листок, который Алор сунула мне в ладонь. Резко втягиваю ртом воздух.

На самом деле она дала мне не один лист, а три, сложенные в небольшой прямоугольник. На первом указана дата почти двухгодичной давности; она приходится примерно на два месяца после Фестиваля Огня, всего через несколько недель после моей поимки. В нем говорится:

«Арина Дэйгар, схвачена блюстителями Эклипс-Сити.

По словам главы блюстителей, ее отправили на мельницы № 23.

Сведений о поступлении Арины Дэйгар на мельницы нет».

Эти записи меня не удивляют, хотя во рту появляется кислый привкус, а внутри все переворачивается. Я перехожу к следующему листку. Там еще несколько заметок Алор.

«Отчет об участии Рэвина. Запрос отдан только касательно нее? Выследить ее? Почему именно ее?»

Я смотрю последнюю страницу, и мое сердце замирает. Бумага не похожа на другие. Она потрепана и пожелтела от времени. С одной стороны видны следы, словно ее откуда-то вырвали.

Каким-то образом даже спустя столько