— А мне предлагаешь пешком идти? — усмехнулся Владимир. — Ладно, не тушуйся. Так и быть, корабли твои. При условии, что ты мне потом свой Летучий отдашь.

— Ворон ворону глаз не выклюет, но и выгоду не упустит? — хмыкнул я понимающе. — Тот же не отдам. Просто не могу, его уже должны были разобрать на запчасти. Но из этих запчастей как раз поставить первую мануфактуру. Правда уже через месяц, а то и два. И тогда…

— Вот тогда и отдашь. — Тут же согласился князь. — мне эти три месяца не принципиальны, а вот корабль получить хочется. Чудо враждебной техники.

— Людей пришлешь. — Сказал я, заметив, что Макграг уже написал ответ. — Для обучения. Там и рулевой, и инженер, и кочегары нужны. Не спрашивай, долго объяснять, кто все эти люди и зачем они на корабле нужны. Но человек двадцать смышленых понадобится. В Сабор.

— Далеко тебя забросило. — Усмехнулся Владимир. — Прощай, мне собираться нужно, да и твоя дорога не ждет. — Поднявшись, он махнул рукой, и два молодца, тут же прихватив трон, унесли его в сторону основного войска. — Как готово будет — свяжись со мной. Удачи. Она даже сильным пригождается.

— И тебе, князь, чтобы и с боярами договориться, и город отстоять. — Кивнув на прощание, Владимир отошел, а я, наконец, мог открыть сообщение от Бладстила.

«Господин. Простите, что подвел вас. Армия Империи, больше тысячи человек с тяжелой техникой. Они просто разрушили крепостницу, не пощадив никого. Убивали, не спрашивая, а сейчас рыщут по лесам. Но мы сумели оторваться. Со мной полторы сотни, бойцов от силы три десятка. Сопротивление оказать не можем».

«Иди в Сабор. Встретимся там». — Я едва сдержался, чтобы не обматерить нерадивого ставленника. Но даже с рабами идти против тысячи воинов Империи не мог. Оставалось только надеяться, что, скрывшись у себя в баронстве или как тут принято было говорить княжестве, я сумею найти ключ к победе.

— Всем грузиться на ладьи! Немедленно! Отправляемся, как только последний человек окажется на борту.

Глава 29

Я оказался не совсем прав, и с Макграгом мы пересеклись куда раньше. Переполненные ладьи едва плелись по рекам, особенно когда приходилось идти против течения, но это все равно было удобнее и быстрее, чем пешком. Приходилось налегать на весла, но двенадцать ладей были под завязку загружены людьми, которых можно было посадить грести. Да я и сам не пренебрегал этой обязанностью. Мышцы размять, да и нарастить.

Почти семь сотен человек, большая часть которых была рабами. Чуть больше двух сотен свободных приверженцев Святогора, включая челядь и слуг, обращенных насильно. И только полторы сотни настоящих воинов. Караван судов следовал по рекам, и повезло нам только в двух вещах. Во-первых, земли тут были и в самом деле забытые. Это означало, что рыбы и дичи было навалом. А во-вторых, все реки так или иначе пересекались друг с другом, и волоком корабли тащить не пришлось.

Неделя понадобилась нам, чтобы пересечь границу баронства. Еще несколько дней, чтобы добраться до детинца — небольшой разрушенной крепости. У себя я сделал пометку, что теперь Дождливая крепость является уже пройденным этапом. О ней можно забыть. А вот до свадьбы с Кинтой Буланской осталось меньше двух месяцев. Странно, что такая возможность вообще еще была, однако даже в измененном интерфейсе стояло уведомление о событии — венчание в главной ратуше столицы империи — Ибукоте.

Вообще странно, конечно. Но и черт с ним. Если появится желание и возможность — отправлюсь. Посмотрю на кривую рожу княжны при моем появлении. А если нет — ну и черт с ним. Но сейчас меня куда больше интересовало, что делать с моими собственными землями. Чем с гипотетическими, которые я мог бы приобрести в процессе женитьбы. Находились они в явном запустении. За всю дорогу на пути мы встретили лишь пару небольших полуразрушенных деревень. Хотя из каменных развалин поднимался хорошо видимый даже невооруженным взглядом дымок.

— Мне проверить? — заискивающе спросил Макграг, всячески пытающийся загладить вину за потерю пограничной крепости. Хотя я ему уже сказал, что простил его, реальной вины в том, что сотня воинов не справилась с тысячей, не было никакой.

— Можешь пойти со мной. — Разрешил я, спрыгивая на берег. — Крепите корабли. Разгружайте пожитки. Судя по карте, мы на месте.

— Так, господин, тут же нет ничего?.. — удивленно проговорила травница Желя. — Одни руины.

— Можете себе пока шалаши сделать из еловых веток. — Ответил я просто. — С остальным разберемся в процессе. Эва, Дара, со мной. Кси, подготовь на всякий случай доспех. А то мало ли кто в этой глуши костры развести решил.

Заранее раскрыв щит до полного размера, я перехватил поудобнее Кладенец и пошел первым. Клинок быстро нагревался и было видно, как под кожей светятся жилы ангела, подогревающие его еще сильнее. Чуть поодаль от берега, за каменной стеной, обнаружился небольшой деревянный дом странной, полукруглой формы. Я не сразу сообразил, что это перевернутый вверх дном корабль. Вернее все, что от него осталось.

— Есть кто живой⁈ — крикнул я, на всякий случай проверяя наличие своих последователей на карте. За спиной их была приличных размеров толпа — все побережье усыпано точками от бледно-коричневых до ярко-зеленых. А вот впереди — ни одной. И все же кто-то в корпусе бывшего летучего корабля был. — Выходите по одному, и если вы не сотворили на моих землях дурного, я вас пощажу!

Шорох из ближайших кустов заставил резко повернуться в том направлении, и как раз вовремя, чтобы принять на щит сразу две стрелы. Дальше спрашивать и разбираться я уже не стал. Вспышка огненного заклятья снесла кусты вместе с куском стены, у которой они располагались. Испуганный эльф метнулся в сторону, но его тут же повалил на землю Дружок.

— Не убивать! — едва успел крикнуть я, когда косматая лапа уже собиралась вдавить череп стрелка в камни. — Допросить. Найти вход!

— Вижу! — радостно крикнула Эва, пикируя сверху на еще одного зеленоухого.

— Брат! Их много! — заорал подраненный ее когтями рейнджер, и часть стены как по команде обрушилась наружу. Вот только эльфы, выпрыгнувшие из проема, явно рассчитывали на каких-то других противников. Лютоволки схватили крайних еще до того, как они вышли наружу. Это было даже не сражение — избиение