один синий. Каплю белого. Серебряный пигмент. Еще немного. Еще. На палитре постепенно рождался цвет ночного неба.

Цвет магии. Цвет сказки.

Я работала быстро, но уверенно — удивительно для человека, который раньше никогда профессионально не занимался росписью посуды. На чашке выросли башни замка, появилась круглая луна и облака. А потом драконы. Два серебряных дракона летели вокруг башен, изгибая длинные тела среди облаков.

Один расправлял крылья. Второй выпускал тонкую струю серебристого огня. Я добавила еще несколько деталей и поняла, что не могу перестать улыбаться.

Потому что чашка получилась ужасно красивой. ровно такой, как я ее представила, едва услышав про драконов и луну.

Под конец я покрыла рисунок закрепляющей глазурью, которую нашла среди материалов.

Серебро мягко засияло, луна вспыхнула холодным светом, а драконы будто шевельнулись. Совсем чуть-чуть. Или мне показалось.

Честно говоря, я уже не была ни в чем уверена, но сейчас это не имело значения.

17. Весьма приятное утро

На следующее утро я проснулась еще до рассвета и несколько минут лежала, просто глядя в потолок своей крошечной комнатки и бездумно улыбаясь. Вчерашнее погружение в искусство было… Словно я вернулась к самой себе. Долго искала дорогу и наконец ее нашла.

А потом я вспомнила про деньги. Точнее, про их недостаток. Улыбаться тут же расхотелось. Что же, настало время подумать о материальном, точнее, посчитать.

Я быстро выбралась из постели, привела себя в порядок и высыпала на стол оставшиеся после вчерашнего похода на рынок деньги. Потом вытащила из-под кровати корзинку, отделила ту часть еды, которую надо было съесть на завтрак, и критическим взором оценила оставшиеся запасы. Негусто.

Повспоминав рыночные цены и прикинув, сколько еще еды мне нужно до конца недели, я принялась очень тщательно и вдумчиво пересчитывать монеты, словно надеялась, что за ночь они размножились почкованием или хотя бы нашли себе богатых родственников. Но чуда не произошло. Денег осталось неприятно мало. Достаточно, чтобы не умереть с голоду завтра. Возможно, послезавтра. Но дальше начиналась область математических расчетов, в которых я чувствовала себя двоечником на экзамене по математике.

— Так, — пробормотала я, складывая монеты в столбики. — Если покупать только хлеб, это углеводы. Если только мясо — белки. Если только масло — жиры. Интересно, стоит ли мне думать о балансе КБЖУ, или уже настало время пренебречь им? Нет. Пока нет. Постараюсь питаться сбалансированно. Почти как взрослый ответственный человек.

Очень бедный взрослый ответственный человек.

Вдумчиво позавтракав, я взяла корзинку и отправилась на рынок уже знакомой дорогой. Там я долго ходила между рядами, тщательно выбирая покупки, принюхивалась к копченому мясу (в итоге сложила в корзинку самый маленький кусочек), щупала хлеб (в итоге взяла лепешки — они были подешевле), сравнивала цены на фрукты и чувствовала себя хозяйкой маленького независимого государства с крайне ограниченным бюджетом.

В итоге корзинка все же постепенно наполнилась. Хлеб. Чуть-чуть мяса. Несколько знакомых фруктов. Маленький кусочек твердого сыра. Квас я решила не покупать — обойдусь водой из питьевого фонтанчика, который заприметила неподалеку от магазина. Посмотрела на оставшиеся две монеты и решила, что пока не разорилась окончательно. Это уже можно было считать победой.

Обратная дорога неожиданно оказалась весьма приятной

Я как раз выбиралась из торговых рядов, пытаясь одновременно нести корзинку, думать о чашке с драконами, и, вертя головой по сторонам, высматривая свечи — надо бы купить пару на вечер — когда рядом послышался знакомый голос:

— Кажется, эта корзинка планирует вас победить.

Я обернулась.

И немедленно почувствовала, как щеки начинают краснеть.

Черноволосый молодой человек, который спас меня от кареты позавчера, стоял совсем рядом и улыбался во весь рот. Тот самый «деловитый дрозд». Оказывается, он существовал не только в моих воспоминаниях.

— Она справляется не очень успешно, — сказала я, отчаянно надеясь, что не выгляжу полной дурочкой.

— Пока счет примерно равный.

Он легко подхватил корзинку за вторую ручку.

— Позвольте помочь.

— Не стоит…

— Кажется, уже поздно отказываться. Я ее атаковал!

Хм. Пришлось согласиться.

Идти рядом оказалось неожиданно приятно. Настолько приятно, что я постоянно начинала думать о том, как выгляжу со стороны, а потом мысленно ругала себя за глупость. В конце концов, я взрослая девушка. Почти. Будущий архитектор. Почти. Человек, переживший похищение в другой мир. Совершенно точно.

И все равно сейчас я краснела как школьница.

— Меня зовут Дрейк, — представился молодой человек.

— Зоя.

— Красивое имя.

Ну вот.

Теперь я окончательно потеряла дар речи, потому что в голову лезли только какие-то банальные нелепости.

К счастью, большую часть дороги говорил Дрейк. Рассказывал смешные городские истории, жаловался на погоду, которая собиралась испортиться к выходным, и шутил над рыночными торговцами, «способными продать покупателю даже собственную тень, если достаточно красиво ее упаковать».

У дверей магазина он остановился.

— Вот и пришли.

Мне ужасно не хотелось, чтобы мы пришли. То есть хотелось. Но не сейчас. Еще минут через десять, или двадцать, или через пару лет.

— Спасибо за помощь.

— Всегда пожалуйста.

Он улыбнулся, тепло и весело. Сказал: «Надеюсь. еще увидимся!» Послал мне воздушный поцелуй, раскланялся и ушел.

Я смотрела ему вслед чуть дольше, чем следовало. Потом опомнилась и быстро нырнула в магазин. Впрочем, времени мечтать почти не осталось, близилось время открытия, а значит, мне следовало спешить на кассу, выкинув из головы всякие глупости.

Ближе к полудню дверь распахнулась, и в магазин вошли знакомые посетители.

Расфуфыренная дама, ее терпеливый муж и тот самый мальчик.

Увидев меня, он сразу подскочил к прилавку.

— Нашли⁈

Я почувствовала, как внутри все сжалось. а потом вспомнила чашку и расплылась в улыбке.

— Нашла.

Когда я поставила чашку на прилавок, мальчик замер на несколько секунд. Потом глаза у него стали огромными.

— Драконы…

— Два дракона, — подтвердила я.

— И замок!

— И замок.

— И луна!

— И луна.

Мальчик издал победный клич, схватил чашку и прижал ее к груди.

Его мать улыбнулась, потом перевела взгляд на меня.

— Это необыкновенная работа.

У меня даже сердце подпрыгнуло. Потому что одно дело — когда тебе самой нравится собственный рисунок. Совсем другое — услышать похвалу от другого человека.

— Спасибо.

Дама заплатила за покупку, а потом неожиданно положила рядом еще несколько монет. Заметно больше, чем стоила чашка.

— Это лишнее…

— Нисколько.

Она улыбнулась.

— Вы исполнили мечту моего сына. Он часто просит «звезду с неба». Но далеко не все могут ее достать. А вот вы смогли.

Когда семья ушла, я еще несколько секунд смотрела на монеты.

Потом пересчитала их. Кажется, голодная смерть до конца недели откладывалась.

Наверное, именно поэтому