Он остановился у границы сада и спешился. Медленно. Без резких движений. Его взгляд скользнул по людям, задержался на Рейве. Магия вокруг него оставалась всё такой же ровной. Замкнутой. Как идеально отполированный щит.

— Леди Элира, — произнёс он, слегка склонив голову. Голос был спокойным, вежливым. — Я прибыл по поручению герцога Эштона.

Рейв рванулся вперёд. Не полностью – я почувствовала, как он сдерживается, но ярость хлынула по связи, обжигая. Вся его сущность требовала одного: устранить источник. Немедленно. Сейчас. Я развернулась к нему и шагнула ближе, почти прижимаясь ладонью к тёплой, вибрирующей от напряжения чешуе.

— Рейв, — сказала я вслух, чётко, на выдохе. — Я здесь.

Я не пыталась перекрыть ярость. Это было бы бесполезно. Я вплела в связь другое: устойчивость. Присутствие. Себя. Медленно, как если бы погружала руки в кипящую воду, не выдёргивая их резко. Его дыхание сбилось, стало глубже. Тяжелее. Крылья дрогнули и сложились чуть плотнее. Мужчина наблюдал за этим внимательно. Слишком внимательно.

— Мне велено передать, что лорд Эштон знает решение вашей проблемы и готов предоставить помощь на своих условиях. — продолжил он, словно перед ним не стоял дракон на грани срыва. — Я буду сопровождать вас в вашем путешествии.

Эти слова ударило по Рейву, как искра по сухой траве. Я почувствовала, как внутри него что-то рванулось чистым отрицанием. Чужак. Угроза.

— Мы не планировали путешествие, — сказала я, не оборачиваясь к гонцу.

— Понимаю, — кивнул он. — Однако я вижу, что ваша ситуация стала серьезнее. Его светлость предполагал это. И боюсь, выбора у вас уже нет.

Я ощутила, как Рейв напрягся ещё сильнее и снова угрожающе заревел.

— Он остаётся, — сказала я твёрдо. — По крайней мере, сегодня.

Мужчина склонил голову снова. Чуть глубже.

— Разумеется. Я никуда не спешу. Я буду здесь, пока вы не будете готовы дать ответ.

Здесь. Рядом. Это слово не прозвучало вслух, но именно его смысл ударил по связи. Рейв сделал шаг вперёд. Земля под его лапами хрустнула. Я встала ещё ближе, упираясь ладонью в его грудь, ловя его внимание целиком.

— Смотри на меня, — тихо сказала я. — Только на меня.

Я чувствовала, как человеческое в нём трещит, как инстинкты тянут наружу, требуя действия. Я удерживала. Не силой – нашей связью. Присутствием. Он не отступил, но и не двинулся дальше. Всадник молча наблюдал. Когда он наконец отошёл к краю аллеи, напряжение не исчезло. Оно просто… осело. Тяжёлым осадком.

Я знала это так же ясно, как чувствовала дыхание Рейва под ладонью: второй этап не был завершён. А третий уже начался. И времени у нас оставалось меньше, чем хотелось бы думать.

Глава 10.

Глава 10.

Толком обсудить цель визита непрошибаемого мужчины не удалось – Рейв постоянно норовил встать на дыбы при его попытках говорить с ним или со мной. Каждая попытка выстроить диалог заканчивалась одинаково: напряжением, вибрацией земли под лапами дракона и ощущением, что сейчас все вокруг будет спалено во имя великих драконьих богов. Так что все разборки отложили на утро. Марена выделила прибывшему гостевую комнату на ночь. Я была просто рада, что этот эмоционально выматывающий день как-то закончился.

Утро выдалось мерзким. Не в погодном смысле – погода как раз была приличной, даже слишком: солнце ровно светило на стены поместья, отбрасывая аккуратные тени на дорожки и садовника, любовно прижимающего к себе драгоценные ножницы. Именно такие утра особенно раздражают, когда внутри всё бурлит от тревоги.

Я сидела в малой столовой и пыталась заставить себя выпить кофе. Даже запах нормального напитка, который наконец сделал Бранд, не радовал. Откровенно говоря, Бранд с таким видом бухнул чашку на стол передо мной, что дегустировать расхотелось. Кулинарная примадонна был все еще оскорблен до глубины души и объявил ноту протеста мне и всем присутствующим в поместье. Выражалось это в полном молчании с его стороны. Страдала от этого только Ханна. Пытаясь задобрить своего любимого, она приносила ему платочки с диковиной вышивкой, полной сердечек и женских силуэтов в провокационных позах, и держала кухню в образцовой чистоте. Бранд внешне был неприступен, но мне все больше казалось, что он играет на публику, стараясь продлить эти трогательные проявления внимания со стороны старшей горничной. Как бы то ни было, мой кофе остывал быстрее, чем у меня появлялось желание к нему притронуться.

Рейв был где-то снаружи. Я не видела его, но ощущала так отчётливо, будто он разлёгся прямо на подоконнике – тяжёлый, внимательный, неподвижный. Как огромная кошка, решившая не спать принципиально.

— Он так и не уснул сегодня, да? — пробормотала я.

— Нет, — ответил Торн. — И, если честно, мне это не нравится.

Я тяжело вздохнула и в этот момент дверь столовой наконец распахнулась, впуская Лестэра как всегда полного достоинства и вышагивающего следом мужчину. Я подняла на новоприбывших тяжелый взгляд, Лестэр было открыл рот, чтобы представить наконец нашего вчерашнего гостя. В этой кутерьме никто не потрудился узнать его имя, а молодой человек не спешил делиться с нами столь ценной информацией. Я махнула рукой, отпуская дворецкого. Он вперил в меня недовольный взгляд и гордо вздернув голову удалился что-то бурча себе под нос про этикет и дом вверх дном.

На пороге стоял мужчина. Ни формы. Ни герба. Ни попытки выглядеть внушительно. Обычная тёмная одежда, аккуратная, но не парадная. Лицо – спокойное, до раздражения. Такое выражение бывает у людей, которые уверены, что всё уже решено, просто остальные пока об этом не знают.

— Доброе утро, — сказал он раздражающе ровно.

— Для кого как, — отозвалась я, переводя на него взгляд. — Ваше появление вчера было несомненно впечатляющим и вижу за ночь наш герцог вами не закусил. Так что давайте уже познакомимся. Представьтесь, будьте добры.

Он слегка приподнял бровь. Совсем чуть-чуть. Почти незаметно. Но я заметила.

— Лаэр Грейв, — ответил он. — Формально буду вашим сопровождающим.

— Формально – это как «не жрите меня, я с важными бумажками?»— уточнила я.

Торн кашлянул. Лаэр не обиделся. Это было особенно подозрительно.

— Формально – это значит, что я здесь по поручению, — сказал он. — Неформально – чтобы вы не тратили время на бесполезные метания по пересеченной местности.

— Обожаю утро, — пробормотала я. — Особенно когда меня