Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– Мне нравятся твои плохие идеи, – прошептала я, хватаясь за пояс его треников. – Не останавливайся… – Когда он не сделал даже попытки остановиться, как обычно, я спустила его штаны немного вниз. – Я хочу тебя…
Он зарычал и погрузил язык мне в рот, приподнявшись на локте, чтобы я могла стянуть его штаны с эрегированного члена.
– Я тебя охренически люблю, – шептал он, отбрасывая треники в сторону.
Сердце билось уже в горле, когда я провела ладонью по его боксерам и ощутила, какой он толстый и длинный…
– Ты огромный… – Я дышала тяжело и быстро. – Реально очень большой…
– Черт, не говори так! – Он осыпал поцелуями мою шею. – Я же взорвусь!
– Но ты такой и есть… – Я раскачивалась под ним, и уже знакомая волна наслаждения пронеслась по моему телу. – И я хочу…
Закрыв глаза, я снова качнулась, и волна поглотила меня, облив огнем мою кожу, заставив все мышцы сжаться в бешеном спазме.
– Джонни…
– Тсс…
Прихватив зубами мою нижнюю губу, он мягко потянул ее, потом сунул язык мне в рот, двигая пальцами в одном ритме с языком, пока мое тело медленно расслаблялось под ним.
– Не волнуйся… – шептал он, переходя губами снова к моей шее. – Я держу член в трусах.
– Я не хочу, чтобы ты его там держал…
Он застыл.
– Что?
– Я хочу тебя.
Джонни на мгновение замер, потом приподнялся на локтях, чтобы посмотреть на меня.
– Ты это серьезно?
– Да.
Он изучал меня, и на лице отразилась неуверенность, когда его пальцы выскользнули из меня и потянулись к поясу черных боксеров от «Кельвин Кляйн».
– Ты уверена?
– Уверена, – кивнула я, чувствуя, как бешено бьется сердце. – Я хочу тебя всего.
55. Не открывай дверь!
ДЖОННИ
Какого хрена я делал? Не мог ясно мыслить. Я видел только Шаннон, обнаженную Шаннон на моей кровати, и все сомнения, страхи и опасения, которые мне следовало испытывать, вылетели в окно.
– Ты уверена? – еще раз спросил я, нуждаясь в подтверждении. – Ты серьезно, реально по-настоящему уверена?
Содрогнувшись подо мной, она кивнула, краснея и глядя на меня огромными глазами.
– Я готова, Джонни…
– Но тебе же больно, – прохрипел я, хотя член растягивал трусы, отчаянно желая добраться до нее. – Я не хочу делать тебе больно.
– Ты и не сделаешь, – прошептала она, обхватывая ладошкой мой подбородок. – Я хочу этого.
Охренеть.
Охренеть!
Судорожно выдохнув, я слез с нее и встал, понимая, что все происходит слишком быстро, но не желая ничего другого.
– Ты можешь сказать «нет», – произнес я, засовывая пальцы под резинку трусов и спуская их. – Ты всегда можешь сказать «нет», – добавил я, перешагивая через них и возвращаясь к кровати. – И я тебя услышу, хорошо?
Кивая, Шаннон приподнялась на локтях, уставившись на мой пенис, торчавший во всю длину.
– Да… ну, вот мой член, – сообщил я, мысленно давая себе под зад за такие тупые слова. Как будто мне нужно было повесить вывеску на гениталии.
Господи.
– Да… – выдохнула Шаннон и села. – Вот твой член, ладно.
Я задержал дыхание, когда она протянула руку и провела пальцем по головке, и, конечно же, член дернулся от прикосновения.
– Он шевелится. – Шаннон заглянула мне в глаза. – Сам по себе.
– Ты его поощряешь, – с трудом выговорил я, чувствуя, как у меня слабеют колени, когда я сделал шаг вперед. – Потрогай его, и он еще не то устроит.
Шаннон провела кончиками пальцев по моим шрамам и снова громко вздохнула.
– Ты такой красивый, Джонни… – Наклонившись вперед, она поцеловала неровную линию шрама, а потом другой шрам, пониже. – Я так люблю тебя…
Охренеть.
– Я тоже тебя люблю, – выдавил я сквозь стиснутые зубы, сжимая руки в кулаки и прижимая их к бедрам.
Нет таких слов, чтобы описать ощущения, когда она прикоснулась ко мне губами. Решив сесть, пока не упал, я опустился на кровать и привлек Шаннон к себе, чтобы мы оказались лицом друг к другу.
– Мы не обязательно должны что-то делать, – сказал я, обхватывая ладонями ее лицо. – Я счастлив просто быть с тобой.
– Джонни? – вопросительно шепнула она и повторила мое движение, кладя ладони мне на щеки.
Я задохнулся.
– Да, Шан?
– Тсс…
А потом она поцеловала меня.
И я пропал.
Все остатки самоконтроля, за которые я цеплялся, улетучились в тот миг, когда она решила целовать мое тело. Опрокинув меня на спину, Шаннон села верхом, не прерывая поцелуя, ее руки запутались в моих волосах, и ее пальцы превращали меня в безумца.
Я не выдержу.
Слишком много Шаннон для одного меня.
Перевернув ее, я устроился у нее между ног, начал целовать и одновременно потянулся рукой к тумбочке. Шаря по ней, я случайно задел пульт стереосистемы, отчего динамики взревели песню «Wires» группы Athlete.
– Да блин, – проворчал я, хватая пульт. – Сейчас выключу…
– Нет, нормально, – выдохнула Шаннон, касаясь моих губ. – Оставь.
Не отрываясь от ее рта, я дернул за ящик и выхватил из него коробку презервативов, все это время мысленно вознося молитву к небесам, благодаря Иисуса за фантастического долбаного лучшего друга и его предвидение.
Умница, Гибс…
Одной рукой я смог открыть коробку и достать презерватив. Швырнув пачку на пол, я лег между ногами Шаннон, и руки у меня дрожали, как осиновый лист на ветру, вместе со всем телом.
– Ты уверена, Шан? – спросил я, оторвавшись от ее губ, разрывая упаковку и надевая резинку. – Ты правда этого хочешь?
– Я правда тебя хочу, – шепотом ответила она, кивая, и, клянусь, мое сердце буквально сжалось в груди.
Я просто не мог вынести вида Шаннон на моих подушках. Для меня это было слишком.
– Я так люблю тебя… – кое-как выговорил я, задыхаясь от эмоций, устраиваясь у нее между ног и опускаясь на одном локте. – Я осторожно… – Я снова крепко поцеловал ее, медленно прижимаясь к ней. – Обещаю…
– Я верю тебе, – чуть слышно ответила она, и ее ладони легли на мои бедра. – Я хочу этого с тобой…
– Может быть больно, – предупредил я, прижимаясь лбом к ее лбу, и мое сердце так колотилось о ребра, что я это буквально слышал. – А я не хочу делать тебе больно…
– Я не боюсь, – шепнула она, обнимая меня за талию и вскидывая бедра.
Я всем телом ощущал ее, такую нежную и горячую, и, видит Бог, я был напуган. Я никогда в жизни не боялся ничего так, как этого момента с этой девушкой. Девственницей была она,
