Мастера это хорошо. Даже очень хорочо. Даже разумно. Но для оплаты любых услуг нужны деньги, а с ними у меня еще с прошлой жизни вечный напряг. В этой же я их вообще еще не видела.

— Заходи, — широким жестом пригласила я кавалера в дом. — Любуйся.

— Дама вперед, — галантно склонился он.

Ты ж мое солнышко. Воспитанный, просто сил нет. Я решительно шагнула к двери первой.

Макс любезно придержал для меня створку, а сам там и застыл, с ужасом обозревая открывшуюся картину.

— Л-лисетт! Что это? Как это?

— Наследство, — сказала я не без иронии. — Видал, какое богатство?

Макс, как завороженный кивнул, окинул взглядом «шикарный» интерьер.

— Это как раз то, о чем я как раз говорила. Мой дом без прикрас. Извини, здесь куча работы, мне придется начать прямо сейчас, чтобы к ночи хоть одну комнату привести в божеский вид.

— Но Лисетт, ты же не можешь делать это сама!

— У тебя есть другой вариант?

Парень ошарашенно покачал головой.

— Я так и думала. Сам понимаешь, у меня нет другого выбора. Чего я точно не смогу — так это ночевать в грязи и среди облаков пыли.

— Позволь тебе помочь! — пылко воскликнул он, решительно закатывая рукава.

Я с интересом уставилась на парня. Да ладно! Он серьезно? Всерьез решил помочь мне с уборкой? Да через час от его щегольского костюма останутся жалкие воспоминания.

— Ты... В самом деле готов помогать? — осторожно поинтересовалась я. — Тут грязно, а ты в светлой одежде и переодеться не во что.

— Причем здесь моя одежда? — недоуменно воззрился он в ответ и даже оглядел себя. — Мы поедем к родителям и попросим у отца пару горничных. Они мигом приготовят для тебя комнату.

Ах вот оно что. Горничных. Только вот вряд ли чета Брюс после грандиозного провала в споре за наследство и пропажи магической печати согласится на это. Даже пробовать не хочу.

— Не надо, — покачала я головой.

— Ты не хочешь принять мою помощь? Но почему, Лисетт? Поверь, это от чистого сердца! — горячо воскликнул Макс и бережно ухватил меня за обе руки. По очереди поднес их к губам и обезоруживающе улыбнулся. — Не обижай меня отказом. Не могу же я бросить столь очаровательную девушку в беде. Право, Лисетт, позволь помочь тебе.

— Ну хорошо, — невольно улыбнулась я в ответ.

Очень уж он искренне огорчился. А мне разве плохо, если вдруг что-то выгорит, и в доме появятся две дармовых помощницы?

— Лисетт, ты чудо! — аж расцвел Макс и потянулся своими губами к моим.

Э нет, мы так не договаривались! Я резко отвернулась, так что он лишь клюнул меня сухими губами в щеку. При этом сам смутился так, что покраснел.

Я воспользовалась замешательством парня и отступила на пару шагов.

— Прости, — покаянно извинился он. — Я не хотел.

Да ну? Не хотел он. Вместо ответа я иронично выгнула бровь и сложила на груди руки.

— То есть хотел, но не так... не то, что ты подумала.

— А что я подумала?

Макс смутился еще больше, краска залила его лицо и уши.

— Я виноват. Просто ты такая... Конечно не такая, — косноязычно оправдывался он, тихо пятясь к выходу. — Я исправлюсь, вот увидишь. И к отцу сам съезжу. Через час вернусь с прислугой.

Блондин резко кивнул на прощание и вылетел за дверь.

Я расхохоталась. Ну чудо же! В нашем мире таких и не встретишь. Повымерли давным-давно.

Ну пусть идет. Если и правда приведет мне помощь, так и быть прощу. Но кажется мне, что вряд ли. Поэтому придется все самой.

— Дэйс! Не прячься, я знаю, что ты здесь. Где у нас инвентарь для уборки? — позвала я в пустоту.

— Я и не прячусь, чего мне прятаться? — на фоне дивана проявилась чеширская улыбка.

На этот раз была она особо ехидной. Или мне так показалось?

— Да-да, просто подглядываешь.

Не-е-ет, не показалось.

— Присматриваю. Ах, Лисетт, я не хотел, мур-мур-мур, — кот изобразил поцелуи в воздухе и язвительно ухмыльнулся.

Я осмотрела его задумчиво.

— Жаль, веника в руках нет. Так и наподдала бы по чьей-то наглой синей морде.

Кот проявил голову целиком, жалобно поджал ушки.

Я сдалась.

— Ладно, экзекуции оставим на потом. Показывай, где тут метлы-швабры-тряпки хранятся?

— А тебе зачем? — на морде опасливо встопорщились усы.

— Пыль гонять. И нахальных котов.

Улыбка растворилась в воздухе и в тот же миг проявилась прям около моего лица.

— Карму испортишь, хозяюшка, — с непередаваемой интонацией муркнул он мне на ушко.

Вот же засранец! Он и так умеет? Я от внезапности перемещения чуть инфаркт не хватанула. Правда, быстро взяла себя в руки.

— Уговорил, для котов возьму что-нибудь потяжелее. Чтобы не наглели.

Улыбка Дейса стала воистину возмутительной.

— Злая ты, Алиска, — поведал он с трагизмом в голосе. — Уйду я от тебя.

— Куда ты денешься? Если я правильно поняла, ты привязан к этому дому и парку. Да? Нет? — Я выслушала целую серию возмущенных булькающих звуков. Погрозила пальцем: — И не вздумай врать. Я обязательно уточню у Джастина. Он точно обманывать не станет.

Глава 8. Где я понимаю, что утро бывает добрым

Утро началось со странного.

Дейс читал газету. Хотя нет, газета была чуть позже. Сперва я проснулась и наконец-то разглядела потолок своей спальни. До мелочей. С чувством глубочайшего неудовлетворения разобрала все то, что было скрыто в сумраке ночи.

Честное слово, лучше бы и не разглядывала. Паутина — совсем не тот декор, который хочется наблюдать у себя над головой. Зато как бодрит вид на паучьи сети! Ух! Похлеще зарядки и контрастного душа. Особенно когда хозяин паутины висит на ниточке у тебя перед лицом и смотрин с немым укором, как на оккупанта.

Лишь крепкие нервы и закалка, приобретенная на работе, не дали мне заорать. Я просто вскочила, подхватила со спинки кровати халатик, откопанный в чемодане настоящей Алисы, всунула ноги в домашние туфли и метнулась в туалетную комнату. Там уже отдышалась и кое-как привела в порядок мысли.

Все! Никаких рисунков. Никаких фамильяров. Сначала надо отмыть хотя бы часть комнат. А тот так и до инфаркта недалеко.

Руки у меня предательски подрагивали. Ноги тоже.

Я поплескала в лицо водой. Вдохнула-выдохнула успокаиваясь. Лишь после взялась за утренний туалет основательно, как и положено благовоспитанной девице из хорошей семьи.

На кухню я попала почти через полчаса. Уже умиротворенная и довольная собой. А там основательно подвисла.

Кот читал газету. С чувством, вдумчиво, изредка подчеркивая строчки отточенным когтем. На печи пыхтел чайник. На