– Nope[3], – ответил Тони, приглаживая волосы. – Этой осенью пойду в первый раз. Посоветуете что-нибудь? Как лучше вести себя в школе, если ты новичок?

– Самое надёжное – это быть собой, – ответила Тара. – Я никогда больше одного учебного года не проводила в одной и той же школе, так что знаю, о чём говорю.

Алиса уставилась на Тару.

– Серьёзно?

– Ну да. Несколько лет я занималась только с репетиторами, как Тони и другие. А в остальное время, если задерживалась в каком-то городе, просто ходила в разные школы.

– Поверить не могу, что так можно. Я с детского сада хожу в одну и ту же школу и даже представить себе не могла, что бывает по-другому. А ты, Ривер?

Ривер сняла свои великанские очки, улыбнулась и пожала плечами.

– Я… Ну, сначала я ходила в обычную школу, одну и ту же, как все. А потом начались съёмки, в школу ходить было некогда, и учиться я стала в студиях звукозаписи, между съёмками. Туда приходили учителя и устраивали там уроки.

– Значит, ты не знаешь Лондона, Тони? – поменяла Тара тему. – Поэтому решил присоединиться к нам?

– Кое-что я знаю, потому что моя мама отсюда родом. Но я никогда не был в Лондоне как… ну, как турист, понимаешь?

– Понимаю… – протянула Тара.

Продолжая болтать и не очень-то глядя по сторонам, «туристы» Тара и Тони вырвались вперёд.

Галопом промчавшись по залам музея, компания спустилась через Трафальгарскую площадь в Сент-Джеймсский парк. У Букингемского дворца обе группы остановились и принялись делать фотографии перед вытянувшимися по струнке гвардейцами Её Величества. После этого ребята купили перекусить на небольшом уличном рынке и направились в Гайд-парк.

Никто из девочек не упомянул, что они находятся сейчас именно в том месте, где должны будут выступать отобранные комиссией дебютантки. Но без сомнения все до одной об этом подумали.

Три подружки и Тони сидели на траве в тени огромного дерева, жевали сэндвичи, болтали и смеялись.

Парень оказался не только симпатичным, но и явно очень легко сходился с новыми людьми. Он ни капли не смущался и поочерёдно задавал вопросы присутствующим, чтобы все участвовали в беседе, а разговор тёк сам собой и не прерывался.

Алиса подумала, что в этом он очень похож на Тару. Та тоже всегда запросто болтала со всеми подряд и как будто заранее знала, что и кому нужно говорить. Даже если видела человека впервые в жизни.

А вот Ривер была совсем не такой «душой нараспашку». Она вела себя ровно и вежливо со всеми, но сама при этом не стремилась делиться многим. Больше слушала других.

Покончив с едой, Тара с Тони подключили свои наушники к телефону нигерийки и принялись смотреть какое-то видео. Заметив, что соседка по комнате занята, Алиса вздохнула и, положив под голову рюкзак, растянулась на траве. Она прикрыла глаза и вдруг почувствовала у себя на животе какую-то тяжесть. Это была голова Ривер.

– Ничего? – осторожно спросила актриса. – Если неудобно, так и скажи.

– Всё отлично, – ответила Лисёнок.

Ривер предложила Алисе свои гигантские солнцезащитные очки, а сама прикрыла лицо кепкой, чтобы пробивавшееся сквозь листву солнце не лезло в глаза. Обе разом вздохнули, легонько рассмеялись над тем, как одновременно это вышло, и вскоре притихли, прислушиваясь к обрывкам разговоров гуляющих в парке людей и щебетанию птиц.

Лисёнок не могла сказать точно, сколько именно прошло времени. Может, много, а может, совсем чуть-чуть. Так или иначе, в какой-то момент из-за дерева, рядом с которым они с Ривер лежали, послышались голоса. Девочка не обращала на них особого внимания, пока не услышала слово «Академия».

– Вся эта история с поступлением в Академию просто шоу. Учитывая, насколько она известна, конечно, они выберут её, тут и сомнений быть не может.

– Точно, ещё и автотюн[4] ей, наверное, поставят, когда петь будет.

Несколько говоривших рассмеялись, и Алиса узнала голос Филиппы.

– Лучшее, что мы можем сейчас сделать, – это подружиться с ней, – сказала другая девочка, хихикая. – Если у неё есть преимущества, то как минимум лучше держаться рядом. Может, и нам достанется?

Филиппа фыркнула.

– Ещё чего не хватало! Кем она вообще себя возомнила? Посмела затыкать мне рот во время того разговора с Сон Хи!

Наконец голоса стихли. Алиса сняла очки, Ривер – кепку. Девочки встали и огляделись. Тара и Тони по-прежнему сидели рядом, но в их ушах уже не было наушников. Значит, они тоже всё слышали.

– Ривер… – начала Алиса, не совсем понимая, что надо говорить в таких случаях.

Ривер стояла, усердно стряхивая с брюк травинки, будто это было единственное, что её в тот момент беспокоило.

– Не обращай внимания, – сказала Тара. – Они просто…

– Нет-нет, – прервала её Ривер. – Я знаю, что люди обо мне думают. Мне не привыкать к таким разговорам.

– Это не… – начала было Алиса, но актриса снова не дала сказать.

– Я иду за мороженым. Кто-нибудь что-нибудь хочет?

Лисёнок покачала головой.

– Хочешь, я пойду с тобой? – предложила Тара.

– Нет, не стоит, я быстро.

Ривер натянула кепку и надела протянутые Алисой очки. Когда девочка ушла, Тара и Тони подошли к Алисе.

– Думаешь, надо пойти за ней? Даже если она сказала нет?..

– Мне кажется, лучше не надо, – ответила Тара. – Может, она хочет побыть одна.

Алиса кивнула и, сорвав травинку, принялась крутить её в пальцах.

– Вот ведь заразы, – спустя мгновение сказала Тара. – Нет, я знаю, бывают персонажи, для которых все средства хороши. Но такое…

Тони фыркнул.

– Пустяки. Мама говорила, что в Академии никогда не было диверсий или чего-то в этом роде.

– Диверсий? – переспросила Алиса.

Тони кивнул.

– Ну да. Такое случается в местах, где конкуренция большая. Настроятся все против одного и давай ему палки в колёса вставлять. Делать всё, чтобы человека или исключили, или чтобы он сам захотел домой вернуться. Например, в прошлом году в Торонто одной танцовщице перед выступлением туфли подменили. Ну, она и споткнулась прямо на сцене.

Алиса и Тара взволнованно посмотрели друг на друга.

– Уверен, что в Академии ничего такого не случится, – сказал Тони. – Но осторожность не помешает, верно?

9. Неприятности

– Готовьтесь, коллеги: с сегодняшнего дня у вас начинается серьёзная жизнь.

Саманта Галлахер собрала всех в актовом зале. Девочки сидели так тихо, что голос Саманты беспрепятственно разносился по залу. Даже микрофон был не нужен.

– Все эти дни мы внимательно наблюдали, как вы работаете над собой, следили за вашим прогрессом. Но